Я стояла на перекрестке Мартин-стрит и Пацифик и ждала, когда светофор покажет белый цвет, чтобы перейти улицу.
Добавить в моё избранное
11 мин, 58 сек 13819
Эта зараза ходит в венах каждого из нас, даже тех, кто пока еще не превратился.«.»
И, когда я укусила его за руку, вместе с его кровью в мой организм проникли бактерии того страшного вируса. Райтер ошибался. Попав в прошлое, он изменил собственное будущее, став заложником временного парадокса. Только в одном он оказался прав — именно я стала первым распространителем эпидемии зомбилихорадки… Но неужели ничего нельзя поделать? Неужели будущее предопределено? Я должна предупредить их!
Поняв это, я схватила со стола чистый лист бумаги и начала писать предостережение. Но ручка не слушалась моих пальцев. В голове стояли туман и шум, сквозь который проносились лишь отдельные мысли.
«Кровь… мозг… свежее мясо»… Нет, я должна писать! Должна предупре… «Кровь… мозг… мясо»…. Пол вдруг приблизился и оказался рядом. Недописанный лист улетел со стола и, кружась, лег на него.
И последнее, что я помню, было лицо склонившегося надо мной врача «скорой помощи». С озабоченным видом, он светил фонариком мне в глаза, а потом, с облегчением, крикнул кому-то:
— Кажется, еще не все потеряно!
Я хотела предупредить его, рассказать о том, чем стала. Но все, что я смогла, когда он наклонил ко мне свое лицо, чтобы получше разглядеть, так это вцепиться зубами ему в щеку.
«Боже, какое наслаждение!» — жуя, думала я, улетая во тьму… Ноябрь 2016г.
И, когда я укусила его за руку, вместе с его кровью в мой организм проникли бактерии того страшного вируса. Райтер ошибался. Попав в прошлое, он изменил собственное будущее, став заложником временного парадокса. Только в одном он оказался прав — именно я стала первым распространителем эпидемии зомбилихорадки… Но неужели ничего нельзя поделать? Неужели будущее предопределено? Я должна предупредить их!
Поняв это, я схватила со стола чистый лист бумаги и начала писать предостережение. Но ручка не слушалась моих пальцев. В голове стояли туман и шум, сквозь который проносились лишь отдельные мысли.
«Кровь… мозг… свежее мясо»… Нет, я должна писать! Должна предупре… «Кровь… мозг… мясо»…. Пол вдруг приблизился и оказался рядом. Недописанный лист улетел со стола и, кружась, лег на него.
И последнее, что я помню, было лицо склонившегося надо мной врача «скорой помощи». С озабоченным видом, он светил фонариком мне в глаза, а потом, с облегчением, крикнул кому-то:
— Кажется, еще не все потеряно!
Я хотела предупредить его, рассказать о том, чем стала. Но все, что я смогла, когда он наклонил ко мне свое лицо, чтобы получше разглядеть, так это вцепиться зубами ему в щеку.
«Боже, какое наслаждение!» — жуя, думала я, улетая во тьму… Ноябрь 2016г.
Страница 4 из 4
