И все-таки, до чего удивительно и непостижимо Инопространство! Каждый лирен по-своему боится его. Потому что на этом вечном балу смерти и застывшей красоты тебе приходится танцевать с безумием, а уж оно непременно найдет трещину в сознании и разрушит его до основания. И неизвестно, кто или что есть твой враг. То ли бесчисленные, жадные до Жизни в твоих венах проклятые Сущности. То ли хаотичность пространства с его изощренными ловушками, Стражами и Богами, непонятно как там оказавшимися. То ли ты сам.
Добавить в моё избранное
257 мин, 2 сек 4784
— Мириам!
— Ну прости, совсем из головы…
— Мириам!!! Ты… ты просто… Ну вот. Теперь нам точно конец. Все… Все. Точно конец. Точно.
— А в чем все-таки дело? — Осторожно повторила я.
Нийрав с тихим стоном повалился на бок и, схватившись руками за голову, принялся что-то бубнить на илминрском. Мириам и Ирвэлл, одна бледнее другого, уставились куда-то перед собой. И только Лэйкер, воплощенное спокойствие, переводил взгляд с неба на Чудиков и обратно.
— Началась трансформация, — коротко ответил он.
— Но… почему так рано? Фестиваль едва начался и… — Мириам запнулась. — Нет, нужно что-то делать. Нельзя же сидеть здесь и ждать, пока… Нийрав, поднимайся, нытик, сейчас не время устраивать истерики. Да приди же ты, наконец, в себя, идиот!
Девушка принялась хлестать брата по щекам. Без видимого результата.
— Из-за чего мы не можем вернуться? — Обратилась я к Лэйкеру. — Что нам мешает?
— Структура пространства Кладбища, — ответил вместо командира Ирвэлл. — Здесь она представляет собой не плоскость, а, так сказать, клубок из закрученных и переплетенных в беспорядке спиралей с шипами.
— Спиралей? Как это?
— Ну, нарисовать такое, пожалуй, с первого раза не получится. На Кладбище реальный и псевдомир взаимодействуют куда активнее, чем, скажем, в Текландте, порой даже переходя друг в друга. Из-за этого Клиадральным зрением можно видеть собственного двойника, и даже общаться с ним. Чем выше категория, тем острее ощущается раздвоение. В псевдомире присутствует лишь часть Духа, контролируемая подсознанием, но иногда даже этого хватает, чтобы сойти с ума. Кто знает, что творится по ту сторону твоего сознания. Ко всему прочему, каждый пространственный завиток выбрасывает бесчисленное множество длинных игл. Тела и Сущности лирен, оказавшихся на Кладбище, буквально ими нашпигованы. Какое-то время иглы неподвижны, но трансформация запускает огромный механизм. Сначала пространство выворачивается наизнанку. Находясь здесь, этого не чувствуешь, однако…
Ирвэлл подхватил упавшее яблоко и поднес его к глазам.
— …однако теперь ты не снаружи, а внутри. Естественная пространственная ловушка, из которой неизвестно, как выбраться… Что происходит дальше, никто не знает. Потому что трансформацию не переживают. Но есть предположение, что машина с всепроникающими шипами приходит в движение, и…
— И?
— Бум! — Яблоко в руке Ирвэлла разлетелось на кусочки. — Ой, а оно изнутри не зеленое… В общем, сейчас такой бардак творится с пространством, скоро даже ты это почувствуешь. Или нет. Как думаешь, дир?
— Спроси об этом через четыре лимн, тогда отвечу.
— Четыре лимн? Замечательно. Эй, Нийрав! Долго ты еще будешь валяться на земле? Твоя ненаглядная сестренка скоро превратит лицо братца в один большой синяк. Нюня, ты меня слышишь?.. Нет.
— Как всегда веселишься, Ирвэлл? Откуда столько энтузиазма? — Нахмурилась я. — Насколько я поняла, обстоятельства не особо благоприятствуют.
— Ха, во-первых, нытик здесь только один, и тот вне досягаемости. Да, Нюня? За всех нас старается. Во-вторых, через четыре лимн Лэйкер вытащит всех нас отсюда. Или, по крайней мере, придумает, как это сделать. Так что нет смысла волноваться.
Я снова посмотрела на командира. Его лицо по-прежнему ничего не выражало, кроме легкой задумчивости.
Знаю, что придумает. Не понятно, почему, но знаю. И это единственное, что не дает мне паниковать сейчас. Не только мне.
— Нийрав! — Лэйкер, не поворачивая головы, взглянул на лежащего Чудика. Тот вздрогнул и поднял голову. — Встань.
Под ошарашенные вздохи Мириам и Ирвэлла, парень осмысленно кивнул и послушно поднялся на ноги.
— А теперь ответь, с каким количеством лирен ты можешь поддерживать Клиадральный Резонанс на максимальном уровне?
— С шестью.
— Ты? — Командир перевел взгляд на Мириам.
— С пятью.
— Достаточно. А теперь, все, быстро к воротам. По пути объясню, что надо делать.
— Ну, что я говорил? — Ирвэлл, хохоча, на бегу отвесил рыжеволосому Чудику подзатыльник, но тут же недовольно скривился, не дождавшись ответной реакции.
— Врата и сам барьер устанавливаются на Кладбище из Илминра, так? Что это значит? Должен остаться свежий след. Первый этап трансформации перетасовывает окружающие этот мир пространственные слои, затрагивая, в том числе, следы. Однако плетение такого порядка, как наш барьер, обязано оставить слишком яркий отпечаток, чтобы его можно было распознать даже в разобранном виде. Это даст возможность использовать разбросанные участки следа в качестве маяков и провести коридор в Фельмориин. Единственная сложность — пространственные слои перемешиваются непрерывно, значит, структура коридора также должна динамично подстраиваться под эти изменения.
— Ну прости, совсем из головы…
— Мириам!!! Ты… ты просто… Ну вот. Теперь нам точно конец. Все… Все. Точно конец. Точно.
— А в чем все-таки дело? — Осторожно повторила я.
Нийрав с тихим стоном повалился на бок и, схватившись руками за голову, принялся что-то бубнить на илминрском. Мириам и Ирвэлл, одна бледнее другого, уставились куда-то перед собой. И только Лэйкер, воплощенное спокойствие, переводил взгляд с неба на Чудиков и обратно.
— Началась трансформация, — коротко ответил он.
— Но… почему так рано? Фестиваль едва начался и… — Мириам запнулась. — Нет, нужно что-то делать. Нельзя же сидеть здесь и ждать, пока… Нийрав, поднимайся, нытик, сейчас не время устраивать истерики. Да приди же ты, наконец, в себя, идиот!
Девушка принялась хлестать брата по щекам. Без видимого результата.
— Из-за чего мы не можем вернуться? — Обратилась я к Лэйкеру. — Что нам мешает?
— Структура пространства Кладбища, — ответил вместо командира Ирвэлл. — Здесь она представляет собой не плоскость, а, так сказать, клубок из закрученных и переплетенных в беспорядке спиралей с шипами.
— Спиралей? Как это?
— Ну, нарисовать такое, пожалуй, с первого раза не получится. На Кладбище реальный и псевдомир взаимодействуют куда активнее, чем, скажем, в Текландте, порой даже переходя друг в друга. Из-за этого Клиадральным зрением можно видеть собственного двойника, и даже общаться с ним. Чем выше категория, тем острее ощущается раздвоение. В псевдомире присутствует лишь часть Духа, контролируемая подсознанием, но иногда даже этого хватает, чтобы сойти с ума. Кто знает, что творится по ту сторону твоего сознания. Ко всему прочему, каждый пространственный завиток выбрасывает бесчисленное множество длинных игл. Тела и Сущности лирен, оказавшихся на Кладбище, буквально ими нашпигованы. Какое-то время иглы неподвижны, но трансформация запускает огромный механизм. Сначала пространство выворачивается наизнанку. Находясь здесь, этого не чувствуешь, однако…
Ирвэлл подхватил упавшее яблоко и поднес его к глазам.
— …однако теперь ты не снаружи, а внутри. Естественная пространственная ловушка, из которой неизвестно, как выбраться… Что происходит дальше, никто не знает. Потому что трансформацию не переживают. Но есть предположение, что машина с всепроникающими шипами приходит в движение, и…
— И?
— Бум! — Яблоко в руке Ирвэлла разлетелось на кусочки. — Ой, а оно изнутри не зеленое… В общем, сейчас такой бардак творится с пространством, скоро даже ты это почувствуешь. Или нет. Как думаешь, дир?
— Спроси об этом через четыре лимн, тогда отвечу.
— Четыре лимн? Замечательно. Эй, Нийрав! Долго ты еще будешь валяться на земле? Твоя ненаглядная сестренка скоро превратит лицо братца в один большой синяк. Нюня, ты меня слышишь?.. Нет.
— Как всегда веселишься, Ирвэлл? Откуда столько энтузиазма? — Нахмурилась я. — Насколько я поняла, обстоятельства не особо благоприятствуют.
— Ха, во-первых, нытик здесь только один, и тот вне досягаемости. Да, Нюня? За всех нас старается. Во-вторых, через четыре лимн Лэйкер вытащит всех нас отсюда. Или, по крайней мере, придумает, как это сделать. Так что нет смысла волноваться.
Я снова посмотрела на командира. Его лицо по-прежнему ничего не выражало, кроме легкой задумчивости.
Знаю, что придумает. Не понятно, почему, но знаю. И это единственное, что не дает мне паниковать сейчас. Не только мне.
— Нийрав! — Лэйкер, не поворачивая головы, взглянул на лежащего Чудика. Тот вздрогнул и поднял голову. — Встань.
Под ошарашенные вздохи Мириам и Ирвэлла, парень осмысленно кивнул и послушно поднялся на ноги.
— А теперь ответь, с каким количеством лирен ты можешь поддерживать Клиадральный Резонанс на максимальном уровне?
— С шестью.
— Ты? — Командир перевел взгляд на Мириам.
— С пятью.
— Достаточно. А теперь, все, быстро к воротам. По пути объясню, что надо делать.
— Ну, что я говорил? — Ирвэлл, хохоча, на бегу отвесил рыжеволосому Чудику подзатыльник, но тут же недовольно скривился, не дождавшись ответной реакции.
— Врата и сам барьер устанавливаются на Кладбище из Илминра, так? Что это значит? Должен остаться свежий след. Первый этап трансформации перетасовывает окружающие этот мир пространственные слои, затрагивая, в том числе, следы. Однако плетение такого порядка, как наш барьер, обязано оставить слишком яркий отпечаток, чтобы его можно было распознать даже в разобранном виде. Это даст возможность использовать разбросанные участки следа в качестве маяков и провести коридор в Фельмориин. Единственная сложность — пространственные слои перемешиваются непрерывно, значит, структура коридора также должна динамично подстраиваться под эти изменения.
Страница 24 из 78
