И все-таки, до чего удивительно и непостижимо Инопространство! Каждый лирен по-своему боится его. Потому что на этом вечном балу смерти и застывшей красоты тебе приходится танцевать с безумием, а уж оно непременно найдет трещину в сознании и разрушит его до основания. И неизвестно, кто или что есть твой враг. То ли бесчисленные, жадные до Жизни в твоих венах проклятые Сущности. То ли хаотичность пространства с его изощренными ловушками, Стражами и Богами, непонятно как там оказавшимися. То ли ты сам.
Добавить в моё избранное
257 мин, 2 сек 4703
— Ага, и ты тем самым хочешь сказать, что я бегаю по Инопространству этаким героем-освободителем, несущим долгожданное помилование, а валящие со всех сторон призраки со, скажем так, немного агрессивными намерениями по отношению ко мне — всего лишь толпы поклонников, просящие дать спасительный автограф?
— Низкородные слабые Сущности думают только о мучающей их жажде. Так же, как и некоторые Стражи.
— Ну, тогда иди сюда, — Аурелиус выставил вперед руку, вокруг когтей-кинжалов которой заструилось ярко-синее пламя Сущности. — Так и быть, окажу тебе маленькую предсмертную услугу.
Ангел с легкой улыбкой склонил голову и рванул вперед, делая предсказуемый, скорее декоративный замах рукой.
— Всегда пожалуйста, — больше для вида отклонившись от удара, Рамерик всадил острые когти в расположенное справа призрачное сердце Стража, так и растаявшего со своей застывшей глупой улыбкой на безупречно прекрасном лице.
Джунгли Аурелиусу не понравились сразу, еще когда выяснилось, что через них невозможно перелететь из-за очередных пространственных искривлений. Это не говоря о деревьях, растущих не самым логичным образом, как бы сверху вниз. Вдоль каменистой почвы невообразимо длинными канатами стелилась целая сеть из сизых гладких ветвей, каждая толщиной с руку. Вьющиеся побеги поднимались, срастаясь в толстые рельефные стволы, в свою очередь заканчивающиеся устремленными к небу корнями, плотным шатром сплетающимися между собой. Но, что странно, в чудном лесу как будто ничего не было. В смысле, совсем ничего: ни Сущностей, ни пространственных завихрений (как, например, над корнями), ни хотя бы обычных стен-преград. Здравый смысл подсказывал, что массив диковинных деревьев находится здесь явно не в декоративных целях. Да только пользы от его советов сейчас не было абсолютно никакой. Невидимый и неосязаемый противник, прячущийся среди мрачных зарослей, вряд ли даст о себе знать прежде, чем будет уверен в стратегическом превосходстве.
Стал бы находившийся в своем уме лирен идти вперед при таких обстоятельствах? Наверное, вопрос следовало бы сформулировать несколько иначе: стал бы находящийся в своем уме лирен вообще появляться в Инопространстве? Ответы на оба вопроса для Рамерика были очевидны и однозначны. Потому-то он, едва вернув себе настоящий Сущностный Образ, не задумываясь, шагнул под древесный навес.
Толстые ветки упруго прогибались под ногами, слегка поскрипывая от натуги. С мягким хрустом отрывающиеся от них нежно-голубые острые семиконечные листочки в неспешном ритме поднимались к корням и там торжественно замирали, облепив раскинувшиеся коряги плотным ковром. По обеим сторонам узкой тропинки (если небольшое пространство, свободное от плотно прижимающихся друг к другу стволов-гигантов, можно было так назвать) то и дело дразнили холодным светом огоньки, танцуя между теснящимися деревьями.
— Классические декорации для какого-нибудь заурядного шоу с привидениями, а? — Аурелиус перепрыгнул через выгнувшуюся толстую ветку, по пути выхватив один из листочков и повертев его за тонкий черенок. — Самое время показаться жу-уткому старому дому с его еще более страшным обитателем. Ну, вот я! Один! Ловите!
— Не кричи так громко, мальчик. Тут никто на слух не жалуется.
Рик медленно повернулся, опустив ладони на рукояти сабель, и слегка тряхнул волосами. На самом краю тропинки, прислонившись спиной к стволу, расчесывала длинные золотистые волосы деревянным гребнем смуглая женщина, по-видимому, презиравшая все виды одежды, кроме, разве что, собственных вьющихся локонов, доходивших ей до колен.
— Хм, все интереснее и интереснее, — Аурелиус оценивающе склонил голову набок. — Вот, что я называю «ничего лишнего», принцип минимализма, дошедший до абсолюта.
— Ты имеешь что-то против? — Женщина обнажила ряд белых острых зубов и игриво качнула бедрами.
— Нисколько. Хотя, признаться честно, я предпочитаю чуть более молодых девушек, так что извини, — император с насмешливым полупоклоном развернулся на каблуках.
— Постой! — Теплые пальцы мягко коснулись рукава синей куртки. — Ну, куда же ты так спешишь? Я ведь еще не успела представиться. Страж Хитрости.
— Очень приятно. Владыка Аурелиус. Для тебя Аурелиус Энуалий Вергилиций Бертериан.
— Как резко! — Страж с улыбкой приблизилась к Рамерику и прильнула к нему всем телом. — Разве так в Кальтиринте принято обращаться с дамами?
— Если они вешаются на шею? Причем, даже в прямом смысле? Да.
— Грубиян.
— Возможно. Давай не будем тянуть? Что тебе нужно? И, если можно, объясняйся короче, я спешу.
— Ну хорошо, — женщина с разочарованным вздохом сделала шаг назад. — Согласно условию, я обязана рассказать тебе о правилах игры.
— Вот, это уже радует.
— Ты должен разгадать загадку.
— Еще один сфинкс на мою голову, — Аурелиус с раздражением закатил глаза.
— Низкородные слабые Сущности думают только о мучающей их жажде. Так же, как и некоторые Стражи.
— Ну, тогда иди сюда, — Аурелиус выставил вперед руку, вокруг когтей-кинжалов которой заструилось ярко-синее пламя Сущности. — Так и быть, окажу тебе маленькую предсмертную услугу.
Ангел с легкой улыбкой склонил голову и рванул вперед, делая предсказуемый, скорее декоративный замах рукой.
— Всегда пожалуйста, — больше для вида отклонившись от удара, Рамерик всадил острые когти в расположенное справа призрачное сердце Стража, так и растаявшего со своей застывшей глупой улыбкой на безупречно прекрасном лице.
Джунгли Аурелиусу не понравились сразу, еще когда выяснилось, что через них невозможно перелететь из-за очередных пространственных искривлений. Это не говоря о деревьях, растущих не самым логичным образом, как бы сверху вниз. Вдоль каменистой почвы невообразимо длинными канатами стелилась целая сеть из сизых гладких ветвей, каждая толщиной с руку. Вьющиеся побеги поднимались, срастаясь в толстые рельефные стволы, в свою очередь заканчивающиеся устремленными к небу корнями, плотным шатром сплетающимися между собой. Но, что странно, в чудном лесу как будто ничего не было. В смысле, совсем ничего: ни Сущностей, ни пространственных завихрений (как, например, над корнями), ни хотя бы обычных стен-преград. Здравый смысл подсказывал, что массив диковинных деревьев находится здесь явно не в декоративных целях. Да только пользы от его советов сейчас не было абсолютно никакой. Невидимый и неосязаемый противник, прячущийся среди мрачных зарослей, вряд ли даст о себе знать прежде, чем будет уверен в стратегическом превосходстве.
Стал бы находившийся в своем уме лирен идти вперед при таких обстоятельствах? Наверное, вопрос следовало бы сформулировать несколько иначе: стал бы находящийся в своем уме лирен вообще появляться в Инопространстве? Ответы на оба вопроса для Рамерика были очевидны и однозначны. Потому-то он, едва вернув себе настоящий Сущностный Образ, не задумываясь, шагнул под древесный навес.
Толстые ветки упруго прогибались под ногами, слегка поскрипывая от натуги. С мягким хрустом отрывающиеся от них нежно-голубые острые семиконечные листочки в неспешном ритме поднимались к корням и там торжественно замирали, облепив раскинувшиеся коряги плотным ковром. По обеим сторонам узкой тропинки (если небольшое пространство, свободное от плотно прижимающихся друг к другу стволов-гигантов, можно было так назвать) то и дело дразнили холодным светом огоньки, танцуя между теснящимися деревьями.
— Классические декорации для какого-нибудь заурядного шоу с привидениями, а? — Аурелиус перепрыгнул через выгнувшуюся толстую ветку, по пути выхватив один из листочков и повертев его за тонкий черенок. — Самое время показаться жу-уткому старому дому с его еще более страшным обитателем. Ну, вот я! Один! Ловите!
— Не кричи так громко, мальчик. Тут никто на слух не жалуется.
Рик медленно повернулся, опустив ладони на рукояти сабель, и слегка тряхнул волосами. На самом краю тропинки, прислонившись спиной к стволу, расчесывала длинные золотистые волосы деревянным гребнем смуглая женщина, по-видимому, презиравшая все виды одежды, кроме, разве что, собственных вьющихся локонов, доходивших ей до колен.
— Хм, все интереснее и интереснее, — Аурелиус оценивающе склонил голову набок. — Вот, что я называю «ничего лишнего», принцип минимализма, дошедший до абсолюта.
— Ты имеешь что-то против? — Женщина обнажила ряд белых острых зубов и игриво качнула бедрами.
— Нисколько. Хотя, признаться честно, я предпочитаю чуть более молодых девушек, так что извини, — император с насмешливым полупоклоном развернулся на каблуках.
— Постой! — Теплые пальцы мягко коснулись рукава синей куртки. — Ну, куда же ты так спешишь? Я ведь еще не успела представиться. Страж Хитрости.
— Очень приятно. Владыка Аурелиус. Для тебя Аурелиус Энуалий Вергилиций Бертериан.
— Как резко! — Страж с улыбкой приблизилась к Рамерику и прильнула к нему всем телом. — Разве так в Кальтиринте принято обращаться с дамами?
— Если они вешаются на шею? Причем, даже в прямом смысле? Да.
— Грубиян.
— Возможно. Давай не будем тянуть? Что тебе нужно? И, если можно, объясняйся короче, я спешу.
— Ну хорошо, — женщина с разочарованным вздохом сделала шаг назад. — Согласно условию, я обязана рассказать тебе о правилах игры.
— Вот, это уже радует.
— Ты должен разгадать загадку.
— Еще один сфинкс на мою голову, — Аурелиус с раздражением закатил глаза.
Страница 7 из 78
