Свидание с мертвецом

— Hasta luego, chica. («До свидания, девочка», испанс. прим.переводчика)

Меня слепили слезы. Я вытерла их, но он уже ушел.

Хлопок закрывшейся двери эхом отозвался во внезапной тишине комнаты. Я снова была одна.

Только я и моя заплывшая жиром скучная жизнь.

Моя жизнь не стала от этого лучше. Кроме Чавеса в ней больше не было ничего ценного.

Я никогда не любила свою работу. Теперь я её ненавидела. Что хорошего пытаться продать книги людям, настроенным платить гораздо меньше их стоимости? Что хорошего вообще в любой работе в ожидании конца света?

Я плыла по течению, ожидая чего-то, не зная чего.

Три месяца спустя, я все еще ждала. Однажды поздно ночью я заснула за чтением рукописи. Впереди была очередная суббота, а у меня по-прежнему никого не было. Потому что я не хотела никого, кроме него.

Я мечтала о Чавесе все время, и в моих мечтах он был со мной. Его нежные прикосновения…, глаза, полные любви. Увы, грезы — это все, что у меня было.

— Кит. Проснись.

Его голос звучал так близко. Его пальцы, снявшие с меня очки, были такими теплыми. Отгоняя сон, я открыла глаза.

— Эй, цыпочка.

Я снова закрыла глаза, сильно сожмурила, а затем попробовала еще раз. Он казался размытым, но он был здесь.

Я попыталась встать и страницы рукописи, лежавшие на коленях, посыпались на пол. Я не стала их собирать.

— Мир спасен?

Чавес покачал головой. Он казался уставшим, выжатым, побежденным. Не тем человеком, что отправился на поиски лишь три месяца назад.

— Почему ты приехал?

Он колебался.

— Я…мне.. нужна ты.

— Окей, — я взяла его за руку и направилась к спальне. Я возьму то, что могу получить.

— Нет! — он отнял руку. — Я имел в виду другое.

— И что же это?

— Я.. я видел ужасные вещи. Мир в хаосе, Кит.

— Я заметила.

— Среди всего этого, я помнил о тебе. Ты — то, что толкало меня вперед.

Я хотела бы верить ему, хотела, чтобы его слова оказались правдой, а еще я хотела… быть с ним.

— У нас была одна ночь, Чавес. Синтетическая близость в обмен на смерть зла или, по крайней мере, одной её небольшой частицы.

— У нас был секс.

— Я знаю.

— Для меня это было нечто большее.

Мои глаза расширились, дыхание перехватило. Я не могла говорить. Он такой проблемы, кажется, не испытывал.

— Ты свела меня с ума в тот самый миг, как я впервые увидел тебя, но я не мог прикоснуться к тебе. Я хотел …

— Защитить меня, — я улыбнулась, и его напряженность спала. — Ты это сделал. Сейчас я в безопасности и благодарна тебе за это.

— Я не хочу, чтобы ты была благодарной, — зарычал он.

— Какой же ты хочешь, чтобы я была?

Он поглядел вдаль и пробормотал:

— Моей.

— О?

Чавес тяжело вздохнул и повернулся.

— Я хочу, чтобы ты была моей. Я хочу иметь кого-то, где-нибудь, кто ждет меня. Я устал быть одиноким. Единственное время, когда я чувствовал себя частью чего-то, было время, когда я был здесь, с тобой.

— Что ты говоришь?

— Я люблю тебя. Я не могу жить без тебя. Я надеюсь, что ты чувствуешь то же самое.

Я колебалась, и его плечи поникли.

— Девушка как ты и парень как я… ты, вероятно, забыла обо мне в тот самый миг, как я вышел из этой двери.

Я позволила себе тихий смешок.

— Ты — незабываемый тип.

Надежда осветила его глаза. Я не хотела, чтобы эта надежда умерла.

— Я тоже люблю тебя, Зак.

Он улыбнулся произнесенному мною имени. Для него, признание его имени было дороже признания его тела.

— Моя жизнь без тебя не представляет никакой ценности. Я ненавижу находиться здесь, потому что это означает, что я не с тобой. Я хочу помочь тебе спасти мир.

Чавес замотал головой так сильно, что его волосы взлетели, а его сережка блеснула в искусственном свете, отбросив искорки в мои глаза.

— Я не могу позволить тебе рисковать собой.

— Но ты же рискуешь собой?

— Я — охотник на демонов. Это то, что я делаю. Это — все, что я когда-либо делал.

— Сдается мне, что последний демон собирался убить нас обоих. Без меня, ты бы все еще крутился на месте со своей солью, святой водой и церковным вином.

Его бровь приподнялась:

— Не забудь про серебряные пули.

— Разве я могу, ведь они так хорошо подействовали?

Его улыбка стала застенчивой.

— Я пришел к мысли, что любовь всегда была сильнее, чем что-либо еще.

— Я согласна.

— Возможно, того демона убил не столько секс, сколько любовь.

— Возможно, ты прав.

— Так значит, чем больше мы занимаемся любовью…

— Тебе не нужны оправдания, Зак.

— Тогда …?