Дело было за две недели до Рождества - затишье в нашей работе подъема мертвых. Напротив меня сидел последний клиент на этот вечер. Возле его имени не было примечания. Не сказано, нужен ему подъем зомби или ликвидация вампира. Ничего. А это могло значить, что то, чего он хочет, я не смогу сделать или не захочу. Предрождественское время - мертвое в нашем бизнесе, простите за каламбур. И мой босс Берт хватается за любую работу, до которой сумеет дотянуться.
463 мин, 20 сек 7697
Альфред направился ко мне, будто с какой-то целью. Я отступила спиной к стене, так, чтобы видеть Райну и всех остальных. Ирвинг отступил вместе со мной. Он стоял чуть поодаль от всех, но ближе ко мне, чем остальные.
Я откинула полу пальто, чтобы был виден револьвер.
— Надеюсь, Альфред, у вас нет враждебных намерений.
— Альфред, — сказал второй мужчина. Одно слово и с той же интонацией, но на этот раз Альфи остановился на полпути. И стоял, глядя на меня в упор. Взгляд его не был безразличным — он был враждебным. Обычно я не вызываю у людей неприязни с первого взгляда. Ладно, я тоже от него не в диком восторге.
— Мы не собираемся применять к вам насилие, мисс Блейк, — сказал Маркус.
— Ага, как же! У вашего Альфи насилие в каждом движении. Прежде чем подпустить его ближе, я хочу знать, что у него на уме.
Маркус поглядел на меня, будто я сделала что-то интересное.
— Очень точное описание, мисс Блейк. Вы, значит, видите нашу ауру? — Если вы так это называете.
— У Альфреда нет враждебных намерений. Он просто обыщет вас и убедится, что при вас нет оружия. Для необоротней это стандартная процедура. Уверяю вас, в этом нет ничего личного.
Уже само их желание видеть меня безоружной вызвало у меня не менее сильное желание оставить оружие при себе. Зовите это упрямством или сильным инстинктом выживания.
— Может быть, я и соглашусь на обыск, если вы мне сначала объясните, зачем я здесь.
Потянуть время, пока я решу, что делать.
— Мы не обсуждаем дела в присутствии прессы, мисс Блейк.
— А я не буду разговаривать с вами без него.
— Я не стану подвергать нас всех риску ради удовлетворения праздного любопытства. — Маркус продолжал сидеть на платформе, как генерал, делающий смотр войскам.
— Единственная причина, по которой я здесь оказалась, это что Ирвинг — мой друг. Оскорбляя его, вы не завоюете моей симпатии.
— Мне не нужна ваша симпатия, мисс Блейк. Мне нужна ваша помощь.
— Вам нужна моя помощь? — Я даже не пыталась скрыть удивление.
Он коротко кивнул.
— Какого рода помощь? — Сначала он уйдет.
— Нет, — ответила я.
Райна оттолкнулась от стены и пошла вокруг нас мягким шагом — на расстоянии, но кружа, как акула.
— Наказание Ирвинга можно бы уже начать, — прозвучал ее низкий и мурлыкающий на переходах голос.
— Не знала, что волки мурлычут, — сказала я.
Она рассмеялась: — Волки много что делают, что вы, как я уверена, знаете.
— Не понимаю, о чем вы.
— Ну, бросьте, бросьте! Между нами, женщинами. — Она привалилась плечом к стене, скрестив руки, с очень дружелюбным лицом. Ручаюсь, она могла бы откусить мне палец и при этом все время вот так улыбаться.
Райна наклонилась ниже, будто хотела посекретничать.
— А Ричард — он действительно так хорош в деле, как с виду?
Я поглядела в ее смеющиеся глаза.
— Я об этих делах не рассказываю.
— Я тебе расскажу свои маленькие секреты, а ты мне — свои.
— Хватит, Райна! — Маркус пододвинулся к краю платформы, и вид у него был далеко не довольный.
Она выдала ему ленивую улыбку. Она подначивала больше его, чем меня, и получала от этого огромное удовольствие.
— Ирвинг должен уйти, а Альфред должен обыскать вас на предмет оружия. Эти два пункта не обсуждаются.
— Я вам предлагаю компромисс: Ирвинг уходит, но он едет домой. Никаких наказаний.
Маркус покачал головой: — Я распорядился, чтобы он был наказан. Мое слово — закон.
— И кто это умер, что вы стали королем? — Саймон, — сказала Райна.
Я заморгала.
— Он убил Саймона в бою. Вот кто умер и сделал его королем.
Задай глупый вопрос…
— Если вам нужна моя помощь, Ирвинг уходит целым и невредимым. Без наказания.
— Не надо, Анита, — сказал Ирвинг. — Ты только хуже делаешь.
Райна так и осталась стоять, наклонившись ко мне. «Наши девичьи разговоры»
— А знаешь, он прав. Сейчас с ним предстоит поиграть мне, но если ты разозлишь Маркуса, он отдаст его Альфреду. Я буду мучить его ум и тело, Альфред его сломает.
— Ирвинг свободно уходит, и никаких наказаний. Я остаюсь, и Альфред меня обыскивает. Иначе мы уходим.
— Не «мы» мисс Блейк. Вы можете свободно уйти, но Ирвинг — мой. Он останется, и с вами или без вас получит свой урок.
— А что он такого сделал? — Это наше дело, а не ваше.
— Я не стану вам помогать.
— Тогда идите, — сказал он, ловко спрыгивая с платформы, — но Ирвинг останется. Вы с нами только в эту ночь. А ему с нами жить, мисс Блейк. Вашей бравады он себе позволить не может.
При этих словах он оказался чуть позади Альфреда. Достаточно близко, чтобы можно было разглядеть морщины у глаз и вокруг рта, обвисшую кожу на шее и возле челюстей.
Я откинула полу пальто, чтобы был виден револьвер.
— Надеюсь, Альфред, у вас нет враждебных намерений.
— Альфред, — сказал второй мужчина. Одно слово и с той же интонацией, но на этот раз Альфи остановился на полпути. И стоял, глядя на меня в упор. Взгляд его не был безразличным — он был враждебным. Обычно я не вызываю у людей неприязни с первого взгляда. Ладно, я тоже от него не в диком восторге.
— Мы не собираемся применять к вам насилие, мисс Блейк, — сказал Маркус.
— Ага, как же! У вашего Альфи насилие в каждом движении. Прежде чем подпустить его ближе, я хочу знать, что у него на уме.
Маркус поглядел на меня, будто я сделала что-то интересное.
— Очень точное описание, мисс Блейк. Вы, значит, видите нашу ауру? — Если вы так это называете.
— У Альфреда нет враждебных намерений. Он просто обыщет вас и убедится, что при вас нет оружия. Для необоротней это стандартная процедура. Уверяю вас, в этом нет ничего личного.
Уже само их желание видеть меня безоружной вызвало у меня не менее сильное желание оставить оружие при себе. Зовите это упрямством или сильным инстинктом выживания.
— Может быть, я и соглашусь на обыск, если вы мне сначала объясните, зачем я здесь.
Потянуть время, пока я решу, что делать.
— Мы не обсуждаем дела в присутствии прессы, мисс Блейк.
— А я не буду разговаривать с вами без него.
— Я не стану подвергать нас всех риску ради удовлетворения праздного любопытства. — Маркус продолжал сидеть на платформе, как генерал, делающий смотр войскам.
— Единственная причина, по которой я здесь оказалась, это что Ирвинг — мой друг. Оскорбляя его, вы не завоюете моей симпатии.
— Мне не нужна ваша симпатия, мисс Блейк. Мне нужна ваша помощь.
— Вам нужна моя помощь? — Я даже не пыталась скрыть удивление.
Он коротко кивнул.
— Какого рода помощь? — Сначала он уйдет.
— Нет, — ответила я.
Райна оттолкнулась от стены и пошла вокруг нас мягким шагом — на расстоянии, но кружа, как акула.
— Наказание Ирвинга можно бы уже начать, — прозвучал ее низкий и мурлыкающий на переходах голос.
— Не знала, что волки мурлычут, — сказала я.
Она рассмеялась: — Волки много что делают, что вы, как я уверена, знаете.
— Не понимаю, о чем вы.
— Ну, бросьте, бросьте! Между нами, женщинами. — Она привалилась плечом к стене, скрестив руки, с очень дружелюбным лицом. Ручаюсь, она могла бы откусить мне палец и при этом все время вот так улыбаться.
Райна наклонилась ниже, будто хотела посекретничать.
— А Ричард — он действительно так хорош в деле, как с виду?
Я поглядела в ее смеющиеся глаза.
— Я об этих делах не рассказываю.
— Я тебе расскажу свои маленькие секреты, а ты мне — свои.
— Хватит, Райна! — Маркус пододвинулся к краю платформы, и вид у него был далеко не довольный.
Она выдала ему ленивую улыбку. Она подначивала больше его, чем меня, и получала от этого огромное удовольствие.
— Ирвинг должен уйти, а Альфред должен обыскать вас на предмет оружия. Эти два пункта не обсуждаются.
— Я вам предлагаю компромисс: Ирвинг уходит, но он едет домой. Никаких наказаний.
Маркус покачал головой: — Я распорядился, чтобы он был наказан. Мое слово — закон.
— И кто это умер, что вы стали королем? — Саймон, — сказала Райна.
Я заморгала.
— Он убил Саймона в бою. Вот кто умер и сделал его королем.
Задай глупый вопрос…
— Если вам нужна моя помощь, Ирвинг уходит целым и невредимым. Без наказания.
— Не надо, Анита, — сказал Ирвинг. — Ты только хуже делаешь.
Райна так и осталась стоять, наклонившись ко мне. «Наши девичьи разговоры»
— А знаешь, он прав. Сейчас с ним предстоит поиграть мне, но если ты разозлишь Маркуса, он отдаст его Альфреду. Я буду мучить его ум и тело, Альфред его сломает.
— Ирвинг свободно уходит, и никаких наказаний. Я остаюсь, и Альфред меня обыскивает. Иначе мы уходим.
— Не «мы» мисс Блейк. Вы можете свободно уйти, но Ирвинг — мой. Он останется, и с вами или без вас получит свой урок.
— А что он такого сделал? — Это наше дело, а не ваше.
— Я не стану вам помогать.
— Тогда идите, — сказал он, ловко спрыгивая с платформы, — но Ирвинг останется. Вы с нами только в эту ночь. А ему с нами жить, мисс Блейк. Вашей бравады он себе позволить не может.
При этих словах он оказался чуть позади Альфреда. Достаточно близко, чтобы можно было разглядеть морщины у глаз и вокруг рта, обвисшую кожу на шее и возле челюстей.
Страница 29 из 127