Шлем Бога

У профессора рыжие усы. Они смешно топорщатся каждый раз, когда он говорит.

— У человека два полушария. Левое отвечает за логику, познание окружающей реальности.

— Он ловко натягивает на голову Олега сетку, словно шапочку для купания.

— Правое же полушарие… — Смотри, — шепчу Олегу в самое ухо.

— Проводки на сетке — совсем как усы профессора.

Олег передёргивает плечами. Он всегда так делает, стоит ему услышать мой голос. И тихо спрашивает:

— Что — правое?

Профессор смотрит на него несколько секунд удивлённо, видимо забыв уже, о чём разговор.

— Правое полушарие мозга пытается оправдать наше существование, — отвечает, наконец, водрузив поверх сетки шлем.

— Мы называем этот прибор Шлемом Бога.

— Ты как адский гонщик, — смеюсь я.

В маленькой комнатушке института лишь кресло да пара компьютеров. Олег лежит, напряжённо вжавшись божественным инструментом в изголовье. Глаза закрыты, но я вижу, как мечется под веками взгляд.

— Нам, людям, необходимо верить, что есть что-то кроме нас. Что-то большее.

— Профессор отворачивается к монитору.

— И правым своим полушарием мы ищем доказательства, Бога.

— Зачем? — Олег чуть приоткрывает левый глаз, утыкается взглядом в спину профессора.

— Потому что вы — крайне тревожные существа, — отвечаю я.

— Вам необходимо ощущение защищённости. Господи… как же всё это глупо.

Олег смотрит на меня, придерживая шлем рукой.

— Неужели ты веришь, что это сработает? — улыбаюсь. А он в ответ лишь пожимает плечами. И в глазах… нет, не усталость от меня, не страх. Что-то другое. Надежда? — На что ты надеешься? Что я от тебя отстану?

— Было бы неплохо.

Профессор оборачивается, но удивление на его лице быстро сменяется пониманием:

— Что он делает? Ваш призрак?

— Сейчас или вообще? — отвечает вопросом на вопрос Олег.

— Ну… допустим, вообще.

— Скажи ему, — ухмыляюсь, прижавшись к самому потолку.

— Скажи про телевизор.

— Он любит смотреть телевизор.

— Олег снова закрывает глаза. Ему не нравится видеть меня.

— И что именно? — улыбается профессор, развернувшись к своему клиенту всем корпусом.

— Помехи преимущественно, — пожимает плечами Олег.

— Он говорит, что один процент помех — это микроволны, долетевшие до нас от большого взрыва. Он любит заглядывать в прошлое.

— Как любопытно.

— Профессор хлопает себя по бёдрам, видимо в поисках записной книжки.

— А что он ещё говорит?

— Что вы верите в бесконечность, — продолжаю я, спустившись чуть ниже.

— И пытаетесь заполнить ей своё конечное существование.

Олег передаёт мои слова, не открывая глаз. Профессор довольно ухмыляется на это.

— Взять хотя бы гуголплекс.

— Я задумчиво потираю подбородок, словно кто-то может оценить мой жест.

— В сущности — конечное число. Но количество нолей после единицы таково, что места им в вашей бесконечной вселенной маловато.

Профессор смеётся над словами Олега, от чего последний резко садится в кресле, ладно хоть шлем с головы не срывает.

— Экий у вас ум изворотливый, — поясняет профессор.

— Это надо же… так самого себя запутать.

— Ну да, — отвечаю я.

— Ну да. И как он всё это объяснит тебе? Что ты сам порождаешь меня от скуки?

Олег ложится обратно, а профессор запускает свою программу и склоняется над клиентом, тихо и вкрадчиво говорит:

— Мы сами заполняем бытиё чем-то сверхъестественным. Чтобы не сойти с ума от одиночества и понимания, что когда-нибудь мы все исчезнем. Шлем действует на определённую часть мозга, вызывая эффект присутствия. Иногда люди могут сделать это и сами, как вы. Я просто хочу доказать, что ваш невидимый друг — лишь плод вашего же воображения.

— Он ещё раз проверяет что-то на мониторе, встаёт.

— Я покину вас минут на десять. А как вернусь — вы поделитесь своими ощущениями, хорошо?

— Хорошо, — еле слышно отвечает Олег.

Мне не хочется оставаться в комнате, я видел такое уже не раз: и приёмы у психоаналитика, и гипноз, и даже штука вот эта… Всё заканчивается одинаково. Всё всегда заканчивается одним и тем же. Всегда!

Ох, Олег… Я думал, что хоть ты… Ведь ты был единственным, кто попытался пойти на контакт, понять.

И я поднимаюсь выше, вылетаю сквозь крышу. Я за чистоту эксперимента.

Профессор возвращается ровно через десять минут. Надо же, какая пунктуальность. Садится на своё место, жестом просит Олега снять шлем.

— Ну как?

— Вы знаете… — отвечает тот поражённо.

Остальное я могу сказать за него, слово в слово: «Я действительно видел сущностей сейчас. Они были вон там, под самым потолком.