Тема проснулся около полудня. Серое небо нависало тяжелым грузом над грязным обшарпанным городом. Парень медленно оделся и побрел в ванную…
Добавить в моё избранное
8 мин, 17 сек 11796
Тема шагнул на лестницу, ведущую на чердак, а через него на крышу.
Холодный ветер чуть было не сбил его с ног. Артем стоял, пошатываясь, на краю пропасти. Вот оно — шаг вниз и все. Твои страдания закончатся, не нужно думать — нужно делать. Прыгай!
Парень приготовился сделать шаг, но тут… Он неожиданно для себя обернулся — рядом с ним стояла девушка, та самая и злосчастный зеленый зонт в руке. Он неосторожно заглянул ей в глаза, ох, сколько в них было укоризны! Жизнь дана тебе свыше, и это самый дорогой подарок. Эта слишком ценная вещь, чтоб отталкивать ее от себя.
— Что ты здесь делаешь? — прохрипел Артем.
Девушка не ответила — она сурово посмотрела на него. Волна отчаяния накатила на парня.
— Что ты понимаешь в жизни! Я не хочу жить без нее! — прокричала он.
«А она бы тебя не поняла» — пронеслось у него в голове. Девушка молчала, она лишь продолжала смотреть ему прямо в глаза.
— Ведьма! — вскрикнул Тема и кинулся обратно в подъезд.
Сумасшествие, сумасшествие — оно преследует. Уносит вдаль здравый смысл, оставляя лишь обрывки смутных воспоминаний… Первый поцелуй, первые прикосновения к ее горячей нежной коже. Страх в глазах, этих прекрасных голубых глазах… Аня, Анечка! Где же ты? Он смутно помнил похороны — ее мертвенно бледное лицо, иконка на груди и венец на лбу. Белые лилии не могли сравниться с этой бледностью смерти. Она мертва, мертва. Осознание приходило постепенно, сменялось ужасом, а потом и отчаянием… Как же он без нее?
Тема сидел, уронив голову, на маленькой скамейке на перроне. Стучали колеса поездов, проходивших мимо. Желтые окна купе, странные люди, едущие незнамо куда, дребезжащие шпалы… Ночь темным плащом окутала город. Холод и комары терзали тело отчаявшегося. А он сидел и ждал… вот снова задребезжали рельсы — приближался поезд.
Артем встал со скамейки и прошел к рельсам поближе, быть может, повезет сейчас?
Состав пролетел мимо него, а Тема грозно взирал на девушку, остановившую его.
— Ну что ты ввязываешься в мою жизнь? — вскричал он.
— Кто ты такая вообще, чтоб указывать мне, как жить?
Парень осекся на полуслове — ему показалось, что блики тусклых фонарей, кое-как разрывавших тьму, осветили крылья ангела. Девушка умоляюще посмотрела ему в глаза.
— Я хочу умереть, — медленно прошептал он, проглотив горький комок, подступивший к горлу.
— Дай мне умереть, пожалуйста.
«Ты умрешь, но в свое время» — пронеслось в голове.
— Я любил ее, — прохрипел он.
— А она… Ну, почему она ушла? Я так любил ее! Будь проклят тот день, когда она уговорила меня прогуляться ночью! Она была счастлива — она танцевала босяком на асфальте, смеялась… Черная семерка выскочила тогда на тротуар — водитель не справился с управлением. Аня оттолкнула меня от дороги, а ее насмерть… Почему я не умер вместе с ней? Было бы не так больно! Она лежала на асфальте и смотрела в ночное небо своими прекрасными голубыми глазами, но это была уже не она, а лишь мертвое тело. А пьяный водила заплатил потом милиционеру, составлявшему протокол, и выяснилось, что это она — пьяная выскочила на дорогу… За что мне все это?
Тема сам не замечал, как высказывал все, что наболело, что мучило его последние два месяца, а она слушала. Слушала, положив свою теплую мягкую руку ему на плечо. От этого прикосновения становилось больно и в то же время радостно… Потом, когда парень умолк, она взяла его за руку и куда-то повела. Он не сопротивлялся. Улицы мелькали бесплотными миражами. Ночь сменилась рассветом, а солнечные лучи залили каждый уголок этого проклятого мира.
Тема и не заметил, как они оказались около ворот городского кладбища. Старенькая бабушка продавала цветы у входа. Девушка подошла к ней, та улыбнулась ей, словно старой знакомой и протянула красную розу.
Она снова взяла его за руку и повела нескончаемым лабиринтом гробовых плит. Вот она — Анина могила. Мокрый от росы гранит искажал веселую улыбку любимой, боль острым ножом полоснула сердце. Артем хотел отвернуть, но не смог. Девушка протянула розу парню, тот, поколебавшись, взял. Он опустился на колени перед безжизненным изображением Ани. Ох, как он любил ее! Дрожащей рукой он положил розу на могилу, и словно острые ножницы оборвали тонкую нить страдания. Он непонимающе взглянул на девушку, та улыбнулась в ответ… Потом они медленно брели по улицам, Артем ей что-то рассказывал, а она молча слушала. Наконец, он спросил:
— А та девочка умерла?
Девушка отрицательно покачала головой и указала рукой куда-то. Тема посмотрел в том направлении — среди весело визжащих детей бегала та самая девочка. Парень уже перестал чему-либо удивляться. Он низко опустил голову. Девушка взяла его за руку и заглянула ему в глаза. Тема поразился этой чистоте взгляда, в этих глазах можно было утонуть. Парень, не выдержав, спросил:
— Ты ангел, да?
Холодный ветер чуть было не сбил его с ног. Артем стоял, пошатываясь, на краю пропасти. Вот оно — шаг вниз и все. Твои страдания закончатся, не нужно думать — нужно делать. Прыгай!
Парень приготовился сделать шаг, но тут… Он неожиданно для себя обернулся — рядом с ним стояла девушка, та самая и злосчастный зеленый зонт в руке. Он неосторожно заглянул ей в глаза, ох, сколько в них было укоризны! Жизнь дана тебе свыше, и это самый дорогой подарок. Эта слишком ценная вещь, чтоб отталкивать ее от себя.
— Что ты здесь делаешь? — прохрипел Артем.
Девушка не ответила — она сурово посмотрела на него. Волна отчаяния накатила на парня.
— Что ты понимаешь в жизни! Я не хочу жить без нее! — прокричала он.
«А она бы тебя не поняла» — пронеслось у него в голове. Девушка молчала, она лишь продолжала смотреть ему прямо в глаза.
— Ведьма! — вскрикнул Тема и кинулся обратно в подъезд.
Сумасшествие, сумасшествие — оно преследует. Уносит вдаль здравый смысл, оставляя лишь обрывки смутных воспоминаний… Первый поцелуй, первые прикосновения к ее горячей нежной коже. Страх в глазах, этих прекрасных голубых глазах… Аня, Анечка! Где же ты? Он смутно помнил похороны — ее мертвенно бледное лицо, иконка на груди и венец на лбу. Белые лилии не могли сравниться с этой бледностью смерти. Она мертва, мертва. Осознание приходило постепенно, сменялось ужасом, а потом и отчаянием… Как же он без нее?
Тема сидел, уронив голову, на маленькой скамейке на перроне. Стучали колеса поездов, проходивших мимо. Желтые окна купе, странные люди, едущие незнамо куда, дребезжащие шпалы… Ночь темным плащом окутала город. Холод и комары терзали тело отчаявшегося. А он сидел и ждал… вот снова задребезжали рельсы — приближался поезд.
Артем встал со скамейки и прошел к рельсам поближе, быть может, повезет сейчас?
Состав пролетел мимо него, а Тема грозно взирал на девушку, остановившую его.
— Ну что ты ввязываешься в мою жизнь? — вскричал он.
— Кто ты такая вообще, чтоб указывать мне, как жить?
Парень осекся на полуслове — ему показалось, что блики тусклых фонарей, кое-как разрывавших тьму, осветили крылья ангела. Девушка умоляюще посмотрела ему в глаза.
— Я хочу умереть, — медленно прошептал он, проглотив горький комок, подступивший к горлу.
— Дай мне умереть, пожалуйста.
«Ты умрешь, но в свое время» — пронеслось в голове.
— Я любил ее, — прохрипел он.
— А она… Ну, почему она ушла? Я так любил ее! Будь проклят тот день, когда она уговорила меня прогуляться ночью! Она была счастлива — она танцевала босяком на асфальте, смеялась… Черная семерка выскочила тогда на тротуар — водитель не справился с управлением. Аня оттолкнула меня от дороги, а ее насмерть… Почему я не умер вместе с ней? Было бы не так больно! Она лежала на асфальте и смотрела в ночное небо своими прекрасными голубыми глазами, но это была уже не она, а лишь мертвое тело. А пьяный водила заплатил потом милиционеру, составлявшему протокол, и выяснилось, что это она — пьяная выскочила на дорогу… За что мне все это?
Тема сам не замечал, как высказывал все, что наболело, что мучило его последние два месяца, а она слушала. Слушала, положив свою теплую мягкую руку ему на плечо. От этого прикосновения становилось больно и в то же время радостно… Потом, когда парень умолк, она взяла его за руку и куда-то повела. Он не сопротивлялся. Улицы мелькали бесплотными миражами. Ночь сменилась рассветом, а солнечные лучи залили каждый уголок этого проклятого мира.
Тема и не заметил, как они оказались около ворот городского кладбища. Старенькая бабушка продавала цветы у входа. Девушка подошла к ней, та улыбнулась ей, словно старой знакомой и протянула красную розу.
Она снова взяла его за руку и повела нескончаемым лабиринтом гробовых плит. Вот она — Анина могила. Мокрый от росы гранит искажал веселую улыбку любимой, боль острым ножом полоснула сердце. Артем хотел отвернуть, но не смог. Девушка протянула розу парню, тот, поколебавшись, взял. Он опустился на колени перед безжизненным изображением Ани. Ох, как он любил ее! Дрожащей рукой он положил розу на могилу, и словно острые ножницы оборвали тонкую нить страдания. Он непонимающе взглянул на девушку, та улыбнулась в ответ… Потом они медленно брели по улицам, Артем ей что-то рассказывал, а она молча слушала. Наконец, он спросил:
— А та девочка умерла?
Девушка отрицательно покачала головой и указала рукой куда-то. Тема посмотрел в том направлении — среди весело визжащих детей бегала та самая девочка. Парень уже перестал чему-либо удивляться. Он низко опустил голову. Девушка взяла его за руку и заглянула ему в глаза. Тема поразился этой чистоте взгляда, в этих глазах можно было утонуть. Парень, не выдержав, спросил:
— Ты ангел, да?
Страница 2 из 3
