На широких московских проспектах осень расплескалась в глянцевых витринах, напылила желтым на тротуарах, а в парках и двориках она тихо плакала на скамейках и неторопливо бродила по аллеям. Холодный ноябрьский день тлел лениво, как непогашенная сигарета — усталое солнце еще рисовало унылые лица прохожих и забавные мордашки детей, но уже совсем скоро темнеющее небо прорвет мутный осколок убывающей луны.
Добавить в моё избранное
5 мин, 49 сек 11297
И тут с дерева к его ногам рухнула черная птица, ворона или галка, каких в посадке сотни. Глухо ударившись об асфальт, птица судорожно забила крыльями и затихла. В наболевшей голове Игоря, будто лампочка, вспыхнула отчетливая мысль: что-то должно случиться!
Забыв про магазин и ужин, Игорь припустил домой. Часы на его руке так и не ходили, но он знал, что сейчас где-то около девяти. Сквозь свинцовые ноябрьские тучи в вечернем небе мелькала половинка ободранной луны, в мозгу сотней молоточков пульсировала боль, а желудок сжимался от вязкого страха, будто множество серых мотыльков били там своими омерзительными крылышками. Как в беспамятстве, Игорь вбежал в подъезд, поднялся на лифте на свой шестой этаж и заперся в тишине двухкомнатной распашонки. Несколько минут он тупо разглядывал обои в прихожей, не в силах двинуться дальше.
Упала птица — упал самолет — упала птица — упал самолет — женщина в парке — упала… женщина?!
— Женщина упадет! — выкрикнул он вслух и сам испугался своего голоса.
Но кто она? Откуда упадет? Когда?
Немного успокоившись, Игорь отправился на кухню, сварил обнаруженные в морозилке пельмени, съел их без всякого удовольствия и отправился с чашкой чая и сигаретой на балкон. У соседей напротив горел свет. Андрей и Наташа, видимо, снова ссорились. До Игоря доносились обрывки грубых фраз. Наталья выбежала на балкон, Андрей за ней. Теперь Игорю было видно и слышно все.
— Меня достала такая жизнь! — кричала Наташа.
— Ну и проваливай обратно в свой Мухосранск, идиотка! — взорвался ей в ответ муж, — слава богу, хватило ума не прописывать тебя в своей квартире!
— Да подавись ты своей пропиской! — Наташа облокотилась спиной о перила балкона и гневно взглянула Андрею в лицо, — мне твоя квартира даром не нужна, и ты тоже, сволочь!
— Пошла ты, тварь! Чтоб ты сдохла!
Андрей повернулся было, чтобы уйти обратно в квартиру, но Наталья вдруг схватила его за руку, развернула к себе лицом и залепила звонкую пощечину. Андрея захлестнула волна гнева, он замахнулся и, что было сил, ударил в ответ.
Не рассчитал силы. Женщина покачнулась, спиной перегнулась через холодные перила балкона и ухнула вниз.
Игорю больше всего запомнилась копна черных волос и легкая струящаяся ткань ночной рубашки. Тряпичная кукла летела вниз, рассекая вечерний воздух, бессмысленно размахивая руками. Глухим ударом она приземлилась на черный асфальт, и в память Игоря навсегда врезалось белое, словно мелом обсыпанное лицо с темными глазами-точками.
Игорь обернулся через плечо и глянул в освещенную квартиру. На стене тихонько вздыхали дешевые китайские часы. Стрелки показывали десять двадцать две. Все элементы мозаики собраны. Игра окончена.
Игорь закурил сигарету и выпустил в ночное небо колечко сизого дыма. Где-то над домами висел обломок луны. Головная боль плавно отступала, в сердце воцарялось прохладное умиротворение. С бархатного ноябрьского неба тихонько посыпался мелкий снежок.
В Москве наступала зима.
Забыв про магазин и ужин, Игорь припустил домой. Часы на его руке так и не ходили, но он знал, что сейчас где-то около девяти. Сквозь свинцовые ноябрьские тучи в вечернем небе мелькала половинка ободранной луны, в мозгу сотней молоточков пульсировала боль, а желудок сжимался от вязкого страха, будто множество серых мотыльков били там своими омерзительными крылышками. Как в беспамятстве, Игорь вбежал в подъезд, поднялся на лифте на свой шестой этаж и заперся в тишине двухкомнатной распашонки. Несколько минут он тупо разглядывал обои в прихожей, не в силах двинуться дальше.
Упала птица — упал самолет — упала птица — упал самолет — женщина в парке — упала… женщина?!
— Женщина упадет! — выкрикнул он вслух и сам испугался своего голоса.
Но кто она? Откуда упадет? Когда?
Немного успокоившись, Игорь отправился на кухню, сварил обнаруженные в морозилке пельмени, съел их без всякого удовольствия и отправился с чашкой чая и сигаретой на балкон. У соседей напротив горел свет. Андрей и Наташа, видимо, снова ссорились. До Игоря доносились обрывки грубых фраз. Наталья выбежала на балкон, Андрей за ней. Теперь Игорю было видно и слышно все.
— Меня достала такая жизнь! — кричала Наташа.
— Ну и проваливай обратно в свой Мухосранск, идиотка! — взорвался ей в ответ муж, — слава богу, хватило ума не прописывать тебя в своей квартире!
— Да подавись ты своей пропиской! — Наташа облокотилась спиной о перила балкона и гневно взглянула Андрею в лицо, — мне твоя квартира даром не нужна, и ты тоже, сволочь!
— Пошла ты, тварь! Чтоб ты сдохла!
Андрей повернулся было, чтобы уйти обратно в квартиру, но Наталья вдруг схватила его за руку, развернула к себе лицом и залепила звонкую пощечину. Андрея захлестнула волна гнева, он замахнулся и, что было сил, ударил в ответ.
Не рассчитал силы. Женщина покачнулась, спиной перегнулась через холодные перила балкона и ухнула вниз.
Игорю больше всего запомнилась копна черных волос и легкая струящаяся ткань ночной рубашки. Тряпичная кукла летела вниз, рассекая вечерний воздух, бессмысленно размахивая руками. Глухим ударом она приземлилась на черный асфальт, и в память Игоря навсегда врезалось белое, словно мелом обсыпанное лицо с темными глазами-точками.
Игорь обернулся через плечо и глянул в освещенную квартиру. На стене тихонько вздыхали дешевые китайские часы. Стрелки показывали десять двадцать две. Все элементы мозаики собраны. Игра окончена.
Игорь закурил сигарету и выпустил в ночное небо колечко сизого дыма. Где-то над домами висел обломок луны. Головная боль плавно отступала, в сердце воцарялось прохладное умиротворение. С бархатного ноябрьского неба тихонько посыпался мелкий снежок.
В Москве наступала зима.
Страница 2 из 2
