Беда охотника в том, что он не может не охотиться. Охота — и проклятие, и смысл жизни. Можно долго рассуждать о долге перед обществом, о защите безвинных жертв и справедливом возмездии для чудовищ. Все это — хорошая тема для бульварных романов и не менее бульварных кинофильмов. Но истина в том, что без Охоты охотник не выживает. Впрочем, обо всем по порядку.
8 мин, 27 сек 16540
Охотник готов, осталось найти жертву. Как вы думаете, когда легче всего поймать вампира? Правильно, когда он охотится сам. А где вампир охотится? Там где много еды. Людей.
Обычно я иду охотиться в метро. Это просто — в конце рабочего дня ездить по оживленным линиям и брести в толпе на станциях пересадки. Дело в том, что вампиру обязательно нужно прикоснуться к выбранной жертве, а в толкучке это сделать проще всего. Прикосновение позволит ему установить контакт с человеком, который в результате последует за вампиром в заранее подготовленное место, где несчастная жертва наконец поймет, что ей уготовано (до последнего момента человек уверен, что едет домой или по делам). А я, тем временем, ловлю вампира, отслеживая его контакт с жертвой — просто и эффективно.
Вампира я нашел быстро. Невысокого роста мужчина в сером пальто. Выглядел он вполне заурядно. До момента Превращения, которое происходит только в последний момент, перед тем как вампир настигает жертву, его практически невозможно отличить от человека. Пожалуй, лишь медицинское обследование способно выявить аномалию, но к медикам вампиры, как правило, не попадают. Во-первых, они никогда не болеют, а во-вторых избегают подобного разоблачения.
Мой вампир уже «пас» своего клиента, вернее, клиентку — даму лет сорока, уставшую, возвращавшуюся (как она думала) домой после непростого трудового дня. Я пошел за ними, но так, чтобы вампир меня не заметил до поры, до времени. Как обычно, начал появляться азарт. К этому времени, ко времени преследования, Зов усиливается в несколько раз. Охотник становится неотвратимым орудием судьбы. Цель в жизни остается только одна — не дать жертве уйти. Помню, я еще порадовался, что отправился на Охоту пораньше. Пошел бы днем позже — меня бы просто распирало бы от азарта. В таком состоянии легко наделать глупостей. Один раз, помню… Впрочем, я опять отвлекся.
Мой приятель заметил, что я его преследую практически сразу, как наша троица вышла из метро. Разорвал контакт со своей жертвой (женщина сразу стала растерянно озираться, не понимая, что заставило ее выйти на этой станции) и стал пытаться удрать. Конечно, он меня не видел, но чувствовал, что я за ним слежу. Тем более, что я не особенно и скрывался. Полезно нагнать на жертву страха — она начинает метаться и делать глупости. Вот и мой вампир неожиданно свернул в парк. Интересно, на что он надеялся — что я заблужусь между деревьями? Или что ему будет легче обороняться? Не знаю.
Конечно, у вампира есть определенные шансы против Охотника. И их гораздо больше, чем, например, у человека против вампира. На его стороне сила, быстрота и ловкость, превышающие человеческие в несколько раз. При определенном раскладе сил вампир может остановить, а то и убить идущего по следу Охотника (что, впрочем, встречается не чаще, чем человек, отбившийся от вампира). Но «мой» вампир был или глупым, или плохо информированным и просто не знал что ему делать. Поэтому он попытался просто убежать. Было уже темно (ноябрь все-таки) и ему удалось бы это сделать, но я отлично вижу в темноте.
Дальше я постараюсь описать свои ощущения от самой главной части Охоты, той, в которой Охотник настигает Жертву. И, прошу вас, прочитайте эту часть внимательно и разберитесь, так ли уж хочется ли вам стать охотником на вампиров. Добавлю только, что если ответ будет положительным, то вам придется сначала… Впрочем, давайте все по порядку.
Помню, как я гнался за вампиром в парке, все быстрее и быстрее. Азарт переполнял меня. Я был хищник, охотник, жестко запрограммированная машина смерти. Ненависти нет, просто страстно хочется настичь, поймать, сокрушить. Лицо застывает в зверином оскале, кровь стучит в висках — УБЕЙ, УБЕЙ, УБЕЙ! И чем беззащитнее твоя жертва, чем отчаяннее она пытается спастись, тем громче стучит кровь в висках.
Я догнал его в небольшой лощинке. Он стоял и смотрел на меня. Понял, что ему не уйти и решил драться. Я остановился на расстоянии уверенного броска. Потом начал готовить этот бросок. Конечно, я не собирался драться с ним в рукопашную. Серебряный нож с расстояния в тридцать шагов — и Охота завершена. Но вампир не собирался сдаваться. Немного наклонив голову вперед и раскинув руки, он бросился на меня.
Дальше все произошло быстро. Первый нож вошел в горло моей жертве, второй ударил его в грудь. Я отскочил в сторону, давая вампиру пролететь мимо меня и пустил ему стрелу из арбалета в основание черепа. Все. Моя жертва упала в жухлую траву и осталась лежать, слабо подрагивая.
Я почувствовал, как знакомое звериное ликование наполняет меня. В тот момент я и был зверем, хитрым коварным хищником, Я УБИЛ! Тут я почувствовал, как начинается Превращение. Все правильно. Мои челюсти выдавались вперед, клыки стали удлиняться. Как и всегда, это было больно, но боль была ничем по сравнению с чувствами триумфа и сладостного предвкушения, наполнявших меня.
С рычанием подскочив к лежащему ничком телу, я вонзил клыки ему в шею.
Обычно я иду охотиться в метро. Это просто — в конце рабочего дня ездить по оживленным линиям и брести в толпе на станциях пересадки. Дело в том, что вампиру обязательно нужно прикоснуться к выбранной жертве, а в толкучке это сделать проще всего. Прикосновение позволит ему установить контакт с человеком, который в результате последует за вампиром в заранее подготовленное место, где несчастная жертва наконец поймет, что ей уготовано (до последнего момента человек уверен, что едет домой или по делам). А я, тем временем, ловлю вампира, отслеживая его контакт с жертвой — просто и эффективно.
Вампира я нашел быстро. Невысокого роста мужчина в сером пальто. Выглядел он вполне заурядно. До момента Превращения, которое происходит только в последний момент, перед тем как вампир настигает жертву, его практически невозможно отличить от человека. Пожалуй, лишь медицинское обследование способно выявить аномалию, но к медикам вампиры, как правило, не попадают. Во-первых, они никогда не болеют, а во-вторых избегают подобного разоблачения.
Мой вампир уже «пас» своего клиента, вернее, клиентку — даму лет сорока, уставшую, возвращавшуюся (как она думала) домой после непростого трудового дня. Я пошел за ними, но так, чтобы вампир меня не заметил до поры, до времени. Как обычно, начал появляться азарт. К этому времени, ко времени преследования, Зов усиливается в несколько раз. Охотник становится неотвратимым орудием судьбы. Цель в жизни остается только одна — не дать жертве уйти. Помню, я еще порадовался, что отправился на Охоту пораньше. Пошел бы днем позже — меня бы просто распирало бы от азарта. В таком состоянии легко наделать глупостей. Один раз, помню… Впрочем, я опять отвлекся.
Мой приятель заметил, что я его преследую практически сразу, как наша троица вышла из метро. Разорвал контакт со своей жертвой (женщина сразу стала растерянно озираться, не понимая, что заставило ее выйти на этой станции) и стал пытаться удрать. Конечно, он меня не видел, но чувствовал, что я за ним слежу. Тем более, что я не особенно и скрывался. Полезно нагнать на жертву страха — она начинает метаться и делать глупости. Вот и мой вампир неожиданно свернул в парк. Интересно, на что он надеялся — что я заблужусь между деревьями? Или что ему будет легче обороняться? Не знаю.
Конечно, у вампира есть определенные шансы против Охотника. И их гораздо больше, чем, например, у человека против вампира. На его стороне сила, быстрота и ловкость, превышающие человеческие в несколько раз. При определенном раскладе сил вампир может остановить, а то и убить идущего по следу Охотника (что, впрочем, встречается не чаще, чем человек, отбившийся от вампира). Но «мой» вампир был или глупым, или плохо информированным и просто не знал что ему делать. Поэтому он попытался просто убежать. Было уже темно (ноябрь все-таки) и ему удалось бы это сделать, но я отлично вижу в темноте.
Дальше я постараюсь описать свои ощущения от самой главной части Охоты, той, в которой Охотник настигает Жертву. И, прошу вас, прочитайте эту часть внимательно и разберитесь, так ли уж хочется ли вам стать охотником на вампиров. Добавлю только, что если ответ будет положительным, то вам придется сначала… Впрочем, давайте все по порядку.
Помню, как я гнался за вампиром в парке, все быстрее и быстрее. Азарт переполнял меня. Я был хищник, охотник, жестко запрограммированная машина смерти. Ненависти нет, просто страстно хочется настичь, поймать, сокрушить. Лицо застывает в зверином оскале, кровь стучит в висках — УБЕЙ, УБЕЙ, УБЕЙ! И чем беззащитнее твоя жертва, чем отчаяннее она пытается спастись, тем громче стучит кровь в висках.
Я догнал его в небольшой лощинке. Он стоял и смотрел на меня. Понял, что ему не уйти и решил драться. Я остановился на расстоянии уверенного броска. Потом начал готовить этот бросок. Конечно, я не собирался драться с ним в рукопашную. Серебряный нож с расстояния в тридцать шагов — и Охота завершена. Но вампир не собирался сдаваться. Немного наклонив голову вперед и раскинув руки, он бросился на меня.
Дальше все произошло быстро. Первый нож вошел в горло моей жертве, второй ударил его в грудь. Я отскочил в сторону, давая вампиру пролететь мимо меня и пустил ему стрелу из арбалета в основание черепа. Все. Моя жертва упала в жухлую траву и осталась лежать, слабо подрагивая.
Я почувствовал, как знакомое звериное ликование наполняет меня. В тот момент я и был зверем, хитрым коварным хищником, Я УБИЛ! Тут я почувствовал, как начинается Превращение. Все правильно. Мои челюсти выдавались вперед, клыки стали удлиняться. Как и всегда, это было больно, но боль была ничем по сравнению с чувствами триумфа и сладостного предвкушения, наполнявших меня.
С рычанием подскочив к лежащему ничком телу, я вонзил клыки ему в шею.
Страница 2 из 3