Как-то в детстве мне мама рассказала страшилку про Зеркального Человека. Конечно, это странно — мать рассказывает своей дочери страшилки на ночь. Но, она рассказывала ее не потому, что хотела меня напугать, или научить меня меньше смотреться на себя в зеркало. Скорее, так она проявляла свою любовь ко мне.
Добавить в моё избранное
20 мин, 0 сек 2252
— Нет!
— Помоги ей. Я умоляю тебя, Огрук.
— Она мертва! Вы должны смириться с этим. Как я смирился со смертью своих родителей.
Фарир откинул ткань и отошел в сторону.
— Опомнитесь! Мистер Бровик! — закричал Огрук.
— Поздно. Я все уже решил.
Огрук слышал стук своего сердца. Оно шумно билось в его груди, прорываясь сквозь тишину. Его дыхание было частым и булькающим. Огрук не отрывал глаз от зеркала. Он ждал, содрогаясь всем телом. Зеркало молчало. Но, Огрук рано расслабился. Так как в это же мгновение раздался смех Аннеты. Он разошелся по кузнице, как ветер, обдав его лицо ледяным дыханием. Буквы, что были выгравированы на раме, затрещали, подпрыгивая и дребезжа. Яркий свет ослепил глаза Огрука, отчего тот поморщился, прикрывая их ладонью. Свет был таким же ледяным. Он остро касался его кожи, медленно просачиваясь в поры. Огрук невольно сделал шаг вперед. Затем еще один, пока не остановился в нескольких сантиметрах от зеркала.
— Опомнитесь, — медленно протянул Огрук, низким голосом. Его мышцы сковало, не давая сопротивляться. Лишь зрачки ошалело смотрели на то, как из зеркала, прорывался силуэт, растягивая его как пластилин. Руки тянулись к нему, норовя крепко ухватиться за Огрука.
Он хотел кричать, хотел отбиваться. Но не мог. А между тем, силуэт плотно сжал Огрука в своих объятиях.
— Аннета, — прошептал Фарир. Он упал на колени, опустив плечи.
Силуэт повернул голову в сторону отца, не выпуская Огрука из рук и прошипел.
— Ты вернулась.
Огрук закрыл глаза, не чувствуя своего тела. Оно стало пустым и невесомым. Последнее, что он почувствовал, как его толкнули и он, пробив острую оболочку, рухнул на землю. Цепи громко лязгнули, ударившись об камни.
Огрук поднялся. Позади него была темнота. Впереди свет. Экран, сквозь который он мог видеть Аннету и Фарира. Он коснулся его пальцами. Поверхность была скользкой и холодной.
— Фарир? Аннета? — проговорил он.
— Аннета? Аннета! — Закричал Огрук, отчего экран затрещал.
— Помогите мне! Помогите! — Огрук бил в экран, но без толку.
Он упал на колени, заливаясь слезами.
— Аннета, — прошептал он, прилипнув к зеркалу. Он сглотнул, следя за Аннетой. Ее лицо было очень бледным, а глаза злыми. В них промелькнула насмешка, стоило им встретиться взглядами. Огрук поднялся.
— Нет. Нет! — снова закричал он, когда Аннета опустила ткань, скрыв его от света.
— Нет!
«Фарир не знал, на что идет. Нельзя доверять незнакомцам, даже если они готовы исполнить ваше заветное желание. Но Фарир, настолько был поглощен этой мыслью, что ничего не хотел слушать. Он не понимал, что обрекает не только Огрука на вечное заточение, но и себя на смерть.»
Пусть его любимая Аннета вернулась к нему. Но, мертвые никогда не станут прежними. В них уже нет души и сострадания. И Аннета, тому не исключение. Она также безжалостно расправилась с любимым отцом, исчезнув из города. С ней канула вся история, что произошла в кузнице.
Что касается зеркала. Так оно имеет свой путь, в сопутствии с незнакомцем. Он, как и прежде, бродит по миру, исполняя заветные желания. Только вот, Огрук теперь ждет, когда очередной бедолага согласиться на его предложение.
— Помоги ей. Я умоляю тебя, Огрук.
— Она мертва! Вы должны смириться с этим. Как я смирился со смертью своих родителей.
Фарир откинул ткань и отошел в сторону.
— Опомнитесь! Мистер Бровик! — закричал Огрук.
— Поздно. Я все уже решил.
Огрук слышал стук своего сердца. Оно шумно билось в его груди, прорываясь сквозь тишину. Его дыхание было частым и булькающим. Огрук не отрывал глаз от зеркала. Он ждал, содрогаясь всем телом. Зеркало молчало. Но, Огрук рано расслабился. Так как в это же мгновение раздался смех Аннеты. Он разошелся по кузнице, как ветер, обдав его лицо ледяным дыханием. Буквы, что были выгравированы на раме, затрещали, подпрыгивая и дребезжа. Яркий свет ослепил глаза Огрука, отчего тот поморщился, прикрывая их ладонью. Свет был таким же ледяным. Он остро касался его кожи, медленно просачиваясь в поры. Огрук невольно сделал шаг вперед. Затем еще один, пока не остановился в нескольких сантиметрах от зеркала.
— Опомнитесь, — медленно протянул Огрук, низким голосом. Его мышцы сковало, не давая сопротивляться. Лишь зрачки ошалело смотрели на то, как из зеркала, прорывался силуэт, растягивая его как пластилин. Руки тянулись к нему, норовя крепко ухватиться за Огрука.
Он хотел кричать, хотел отбиваться. Но не мог. А между тем, силуэт плотно сжал Огрука в своих объятиях.
— Аннета, — прошептал Фарир. Он упал на колени, опустив плечи.
Силуэт повернул голову в сторону отца, не выпуская Огрука из рук и прошипел.
— Ты вернулась.
Огрук закрыл глаза, не чувствуя своего тела. Оно стало пустым и невесомым. Последнее, что он почувствовал, как его толкнули и он, пробив острую оболочку, рухнул на землю. Цепи громко лязгнули, ударившись об камни.
Огрук поднялся. Позади него была темнота. Впереди свет. Экран, сквозь который он мог видеть Аннету и Фарира. Он коснулся его пальцами. Поверхность была скользкой и холодной.
— Фарир? Аннета? — проговорил он.
— Аннета? Аннета! — Закричал Огрук, отчего экран затрещал.
— Помогите мне! Помогите! — Огрук бил в экран, но без толку.
Он упал на колени, заливаясь слезами.
— Аннета, — прошептал он, прилипнув к зеркалу. Он сглотнул, следя за Аннетой. Ее лицо было очень бледным, а глаза злыми. В них промелькнула насмешка, стоило им встретиться взглядами. Огрук поднялся.
— Нет. Нет! — снова закричал он, когда Аннета опустила ткань, скрыв его от света.
— Нет!
«Фарир не знал, на что идет. Нельзя доверять незнакомцам, даже если они готовы исполнить ваше заветное желание. Но Фарир, настолько был поглощен этой мыслью, что ничего не хотел слушать. Он не понимал, что обрекает не только Огрука на вечное заточение, но и себя на смерть.»
Пусть его любимая Аннета вернулась к нему. Но, мертвые никогда не станут прежними. В них уже нет души и сострадания. И Аннета, тому не исключение. Она также безжалостно расправилась с любимым отцом, исчезнув из города. С ней канула вся история, что произошла в кузнице.
Что касается зеркала. Так оно имеет свой путь, в сопутствии с незнакомцем. Он, как и прежде, бродит по миру, исполняя заветные желания. Только вот, Огрук теперь ждет, когда очередной бедолага согласиться на его предложение.
Страница 6 из 6
