Правило!

Нет, они не оборотни, просто не такие. И живут они среди людей, памятуя о запретах, и соблюдая правила. И ты живешь так же. Родители накрепко вбили в тебя — зашторивать окна в полнолуние! Все! Всегда! И так, чтобы ни один лучик не проник. Никто не мог объяснить зачем, почему? Чего бояться? Что произойдет? Никто не знает. То ли не может, то ли не хочет рассказывать, а может и в живых-то никто не остается. Но ты послушно каждый раз зашториваешь, занавешиваешь, забиваешь… Пока однажды не произойдет осечка. Забыл, запамятовал, устал — не имеет значение. Ты просто совершаешь непоправимую ошибку. И жизнь меняется… Только что ты стоял возле окна и испуганно смотрел на луну, как… Темные коридоры давят, раскатывают мозг по черепной коробке ровным слоем. Враг. Ты — враг! Ты вторгся на чужую территорию. И тебе не выбраться. Ты в западне. Ты напуган, не знаешь что делать, но знаешь, что нужно убираться отсюда. Вот и хоронишься за каждым углом уже который час в поисках хоть намека на правильное направление в этих лабиринтах. Стоптанные кроссовки не шумят, это не раз спасало тебя, но не может везти всегда. Наткнешься на кого-то более опытного и все, отпрыгался.

Осторожно скользнуть за угол, и… хруст битого стекла под подошвой.

Черт!

Вся конспирация насмарку. Теперь вопрос выхода отсюда живым приобретает поистине шекспировское значение. Темно, глаза уже давно болят, тебе мало что видно. Им то что, они здесь обитают. А тебя занесло случайно, из-за нарушения правила — теперь ты понимаешь почему — вот и крутись как можешь. Чужаков убивают сразу, без промедления. И им все равно кто ты и как сюда попал. Тайны своего существования они хранят как зеницу ока. А ты — чужак, противен самой их сути.

Ты говоришь — они нет.

Ты слышишь — они нет.

Ты видишь — они нет.

Они ненавидят тебя. За то, что ты отличаешься от них.

Говоришь.

Слышишь.

Видишь.

Чужак!

Шипение сбоку и ты рвешься вперед — успеть! Уйти из-под удара! Ты уже знаешь, что означает это шипение. В прошлый раз тебя спасло только чудо, он промазал, но чудо вряд ли повторится. И ты успеваешь, потому что хочешь жить. Домой. В надежную и уютную квартиру. И ты беззвучно клянешься, что больше никогда не забудешь зашторить окно, что забудешь все, что видел здесь. Забудешь навсегда.

И кто-то слышит твое истовое обещание, и помогает. В одном из коридоров ты видишь окно. А шипение сзади возникает вновь. Не думая ни о чем, бежишь вперед. Лишь бы успеть!

И ты успеваешь! Стекло вылетает вместе с тобой. Звон. Вой. Крик… Прокатываешься по траве, не обращая внимания на кровотощащие царапины на ладонях.

Наружу они не сунутся.

Выбрался?

Выбрался!

Да!

Смог!

В этот раз тебя отпустили.

В первый раз!

Но помни — ты обещал!

Истеричная сирена бьет по ушам и ты подскакиваешь как сумашедший. Сердце бешено бьется, стремясь вырваться из тесной клетки. Где ты? Кто ты?

Квартира. Твоя квартира, родная комната, с плотно зашторенными окнами.

Сон?

Это только сон.

Какое счастье!

Ты откидываешься на подушки и понимаешь, что… ладони изрезаны, а где-то в коридоре затихает чье-то пробирающее до костей шипение.