Стоило воображаемой пыли из-под подошв Эллени улечься, как Люсиола ввела подопечного в свой кабинет, где начала распространяться о его назначении. Впрочем, не успела она дойти до техники безопасности, как дверь кабинета открылась, и внутрь заглянул мужчина средних лет с круглой, выбритой до блеска головой. На обоих его висках красовалось по татуировке, изображавших странные иероглифы. Не будь этот человек одет в строгий тёмно-синий костюм, Роберт бы подумал, что тот ошибся дверью.
Добавить в моё избранное
8 мин, 44 сек 8266
— Пани Люсиола-лэно! — с акцентом и очень быстро заговорил лысый. Роберт с трудом понимал это наречие.
— Вы мне жизнь спасёте, если сейчас поможете!
Люсиола подняла брови.
— Что случилось, Карос-лэно? Не в ваших привычках впадать в панику… — Где Эллени-рэно? — выпалил человек по имени Карос.
В двух словах Люсиола объяснила ему, куда направилась неуловимая Эллени, и лысый, пафосно хлопнув себя по груди над сердцем*, прокричал что-то вроде «Хенро салю-но!**» и исчез, прикрыв за собой дверь. На эту сцену Роберт смотрел круглыми глазами. Люсиола проследила за его взглядом, остановившимся почему-то на яркой бумажке с надписью«Сошли с ума? Я уже!», непонятно что делавшей у неё на столе. И рассмеялась.
— Эх, Роберт, Роберт. Многое тебе надо понять и принять к сведению, ох немало! — И снова хихикнула.
— Задавай вопросы.
Парень с облегчением подумал, что, к счастью для них обоих, Люсиола словно прочла его мысли, и принялся её спрашивать.
— Кто был этот человек? Он не похож на остальных работников Магистрата. И почему ему так нужна Эллени? И почему ты его спасла?
— Стоп, отвечаю. Во-первых, — Люсиола хитро улыбнулась, — много ли ты видел людей из Магистрата? Сомневаюсь. Судя по твоему выражению лица, мы с Эллени-рэно — первые. Карос же — действительно один из наших сотрудников, просто из другого отдела, потому-то и цвет формы иной. А Эллени… Видать, у них какой-то совместный проект или дело, а то она способна помочь вытащить его из некой передряги. Несмотря на свой нынешний вид — слегка заплывший жирком, — Карос у нас парень с южного побережья, до сих пор горяч на голову.
— Ясно… А Эллени? Неужели она выше тебя по званию? Она ведь младше нас… — Роберт был уверен, что знает, о чём говорит, ведь ему самому только-только исполнилось двадцать два.
Люсиола ненадолго задумалась.
— Эллени-рэно… Я не знаю, сколько ей лет, откуда она, и всё такое прочее… Данные под замком. Но она работала здесь до моего прихода. Самому младшему работнику здесь двадцать, а мне только двадцать один, а потому она явно старше.
— А звание? — глупо спросил Роберт.
— Звание здесь даётся не только за заслуги. Неважно, что ты делаешь, но если ты плохой лидер, то тебя им никогда не сделают, — странновато пояснила Люсиола.
— Для высшего начальства Эллени-рэно, должно быть, чем-то ценна. В любом случае, тебе о системе рангов надо знать одно: работай в той сфере, к которой душа лежит. Я тебе дам материал о структуре нашего любимого Магистрата, — гордо, но с лёгкой насмешкой процитировала она, — и ты подумаешь. Испытательный срок закончится через месяц, и мы будем равными и, соответственно, будем обращаться к друг другу Люсиола-лэно и Роберт-лэно.
Почему-то Роберту было приятно, когда Люсиола произнесла его имя с малопонятным окончанием после него, и он согласно кивнул её словам. Глаза цвета лесной зелени, точь-в-точь как её волосы, засмеялись, заблестели.
— Что значат все эти окончания? Рэно, лэно… — немного смущённо полюбопытствовал парень.
— Ничему-то вас в Академии не учат! — притворно посетовала девушка, снова цитируя кого-то. Как Роберт выяснил позже, Эллени.
— Это суффиксы. Пришли во Всеобщий из одного забытого, а ныне мёртвого языка, — пустилась Люсиола в объяснения.
— Суффиксов, используемых в Магистрате, всего три. При обращении к старшему по званию, равному и тому, кто ниже. Рэно, лэно и мэно соответственно. Ставятся после имени или фамилии — в зависимости от обращения — и не склоняются. Теперь понятно? — Добрая улыбка.
— Почти.
— Роберт покачал головой, чтобы рыжевато-каштановые пряди растрёпанной шевелюры упали с лица.
— Их ведь легко перепутать. Разница-то, если подумать, всего в одной букве.
— Многие путают. И предпочитают запоминать по смыслу. В сущности, основной корень у этих слов один: «но». «Nho», по-древнему, — с необычным акцентом произнесла Люсиола.
— Как корень, ведь само слово — суффикс!
— В том языке это были самостоятельные части речи. Это мы ими так пользуемся, а учёные-лингвисты придумали обозвать суффиксами.
— Люсиола намотала пышный кончик косы на палец в раздумье.
— В любом случае, эти три слова состоят из двух корней, но, как я уже сказала, «но» — основной. Остальные — приставочные.«Рэ» — «Rai», «Лэ» — «Leh», «Мэ» — «Meh».
— Девушка старательно произнесла каждый слог, дабы дать понять Роберту, как раньше они звучали. Похоже, лингвистика и образование слов было её любимой темой.
— И у каждого корня своё значение.
Она замолчала, чтобы перевести дыхание, и взглянула в окно.
— «Rai» означает«высокий, благородный». «Leh» — «равный тебе». «Meh»… Ну, в древние времена так представители аристократии той страны, что говорила на этом языке, обращались к простому народу: крестьянам и рабам.
— Вы мне жизнь спасёте, если сейчас поможете!
Люсиола подняла брови.
— Что случилось, Карос-лэно? Не в ваших привычках впадать в панику… — Где Эллени-рэно? — выпалил человек по имени Карос.
В двух словах Люсиола объяснила ему, куда направилась неуловимая Эллени, и лысый, пафосно хлопнув себя по груди над сердцем*, прокричал что-то вроде «Хенро салю-но!**» и исчез, прикрыв за собой дверь. На эту сцену Роберт смотрел круглыми глазами. Люсиола проследила за его взглядом, остановившимся почему-то на яркой бумажке с надписью«Сошли с ума? Я уже!», непонятно что делавшей у неё на столе. И рассмеялась.
— Эх, Роберт, Роберт. Многое тебе надо понять и принять к сведению, ох немало! — И снова хихикнула.
— Задавай вопросы.
Парень с облегчением подумал, что, к счастью для них обоих, Люсиола словно прочла его мысли, и принялся её спрашивать.
— Кто был этот человек? Он не похож на остальных работников Магистрата. И почему ему так нужна Эллени? И почему ты его спасла?
— Стоп, отвечаю. Во-первых, — Люсиола хитро улыбнулась, — много ли ты видел людей из Магистрата? Сомневаюсь. Судя по твоему выражению лица, мы с Эллени-рэно — первые. Карос же — действительно один из наших сотрудников, просто из другого отдела, потому-то и цвет формы иной. А Эллени… Видать, у них какой-то совместный проект или дело, а то она способна помочь вытащить его из некой передряги. Несмотря на свой нынешний вид — слегка заплывший жирком, — Карос у нас парень с южного побережья, до сих пор горяч на голову.
— Ясно… А Эллени? Неужели она выше тебя по званию? Она ведь младше нас… — Роберт был уверен, что знает, о чём говорит, ведь ему самому только-только исполнилось двадцать два.
Люсиола ненадолго задумалась.
— Эллени-рэно… Я не знаю, сколько ей лет, откуда она, и всё такое прочее… Данные под замком. Но она работала здесь до моего прихода. Самому младшему работнику здесь двадцать, а мне только двадцать один, а потому она явно старше.
— А звание? — глупо спросил Роберт.
— Звание здесь даётся не только за заслуги. Неважно, что ты делаешь, но если ты плохой лидер, то тебя им никогда не сделают, — странновато пояснила Люсиола.
— Для высшего начальства Эллени-рэно, должно быть, чем-то ценна. В любом случае, тебе о системе рангов надо знать одно: работай в той сфере, к которой душа лежит. Я тебе дам материал о структуре нашего любимого Магистрата, — гордо, но с лёгкой насмешкой процитировала она, — и ты подумаешь. Испытательный срок закончится через месяц, и мы будем равными и, соответственно, будем обращаться к друг другу Люсиола-лэно и Роберт-лэно.
Почему-то Роберту было приятно, когда Люсиола произнесла его имя с малопонятным окончанием после него, и он согласно кивнул её словам. Глаза цвета лесной зелени, точь-в-точь как её волосы, засмеялись, заблестели.
— Что значат все эти окончания? Рэно, лэно… — немного смущённо полюбопытствовал парень.
— Ничему-то вас в Академии не учат! — притворно посетовала девушка, снова цитируя кого-то. Как Роберт выяснил позже, Эллени.
— Это суффиксы. Пришли во Всеобщий из одного забытого, а ныне мёртвого языка, — пустилась Люсиола в объяснения.
— Суффиксов, используемых в Магистрате, всего три. При обращении к старшему по званию, равному и тому, кто ниже. Рэно, лэно и мэно соответственно. Ставятся после имени или фамилии — в зависимости от обращения — и не склоняются. Теперь понятно? — Добрая улыбка.
— Почти.
— Роберт покачал головой, чтобы рыжевато-каштановые пряди растрёпанной шевелюры упали с лица.
— Их ведь легко перепутать. Разница-то, если подумать, всего в одной букве.
— Многие путают. И предпочитают запоминать по смыслу. В сущности, основной корень у этих слов один: «но». «Nho», по-древнему, — с необычным акцентом произнесла Люсиола.
— Как корень, ведь само слово — суффикс!
— В том языке это были самостоятельные части речи. Это мы ими так пользуемся, а учёные-лингвисты придумали обозвать суффиксами.
— Люсиола намотала пышный кончик косы на палец в раздумье.
— В любом случае, эти три слова состоят из двух корней, но, как я уже сказала, «но» — основной. Остальные — приставочные.«Рэ» — «Rai», «Лэ» — «Leh», «Мэ» — «Meh».
— Девушка старательно произнесла каждый слог, дабы дать понять Роберту, как раньше они звучали. Похоже, лингвистика и образование слов было её любимой темой.
— И у каждого корня своё значение.
Она замолчала, чтобы перевести дыхание, и взглянула в окно.
— «Rai» означает«высокий, благородный». «Leh» — «равный тебе». «Meh»… Ну, в древние времена так представители аристократии той страны, что говорила на этом языке, обращались к простому народу: крестьянам и рабам.
Страница 1 из 3
