Солнечный лучик робко скользнул сквозь плохо задернутые шторы и погладил по щеке ребенка, спавшего в маленькой комнатке. Мальчик открыл глаза и потянулся навстречу солнцу. Он точно знал, что сегодняшний день будет замечательным…
Добавить в моё избранное
4 мин, 51 сек 12772
— Завтра суббота, а это значит, что в парке снова появятся свежие пирожки — промелькнуло в голове у Вовы, и эта мысль заставила его поежиться.
— Несносный мальчишка! Посмотри, что ты наделал! Эту вазу нам с твоим отцом на свадьбу подарили!
Вова грустно глядел на осколки вазы и на мать, державшую в руке футбольный мяч. Мать яростно взирала на нанесенные разрушения и на виновника происшествия.
— Сколько раз я тебя просила не играть в доме в мяч! Ну-ка марш в угол!
— Мам, ну прости меня! Я так больше не буду!
— Ну, теперь-то уж точно не будешь. И людям заодно пользу принесешь.
Вове было страшно.
Вместо уютной и теплой постели он проснулся в зашитом мешке. Голова гудела. Сначала он чувствовал движение, чувствовал, как обернутое мешком тело соприкасалось с другими такими же мешками. Один из мешков довольно-таки чувствительно пинался, другой всхлипывал. Потом машина, в которой их везли, затормозила, раздался скрип открываемых дверей, и кто-то грубо потянул мешок наружу.
— Вот же тяжелый, зараза — раздался хриплый голос.
— И не говори. Вот б… — ругнулся второй голос.
Мешок разорвался и Вова выпал. Мальчик бросил взгляд на многоэтажку, в которой он жил, и увидел, как задернулись шторы в его комнате. Вова их сразу узнал. Они были ярко-желтые, мама выбрала их в текстильном магазине и Вова ей помогал. Мальчик стал отползать назад. Один из грузчиков ударил его дубинкой.
— Не уйдешь, гаденыш, не лишишь народ еды!
Грузчики затащили бесчувственное тело Вовы внутрь пирожковой Љ 1 и закрыли за собой двери. Вскоре из закопченной трубы закурчавился веселый сизый дымок.
— Несносный мальчишка! Посмотри, что ты наделал! Эту вазу нам с твоим отцом на свадьбу подарили!
Вова грустно глядел на осколки вазы и на мать, державшую в руке футбольный мяч. Мать яростно взирала на нанесенные разрушения и на виновника происшествия.
— Сколько раз я тебя просила не играть в доме в мяч! Ну-ка марш в угол!
— Мам, ну прости меня! Я так больше не буду!
— Ну, теперь-то уж точно не будешь. И людям заодно пользу принесешь.
Вове было страшно.
Вместо уютной и теплой постели он проснулся в зашитом мешке. Голова гудела. Сначала он чувствовал движение, чувствовал, как обернутое мешком тело соприкасалось с другими такими же мешками. Один из мешков довольно-таки чувствительно пинался, другой всхлипывал. Потом машина, в которой их везли, затормозила, раздался скрип открываемых дверей, и кто-то грубо потянул мешок наружу.
— Вот же тяжелый, зараза — раздался хриплый голос.
— И не говори. Вот б… — ругнулся второй голос.
Мешок разорвался и Вова выпал. Мальчик бросил взгляд на многоэтажку, в которой он жил, и увидел, как задернулись шторы в его комнате. Вова их сразу узнал. Они были ярко-желтые, мама выбрала их в текстильном магазине и Вова ей помогал. Мальчик стал отползать назад. Один из грузчиков ударил его дубинкой.
— Не уйдешь, гаденыш, не лишишь народ еды!
Грузчики затащили бесчувственное тело Вовы внутрь пирожковой Љ 1 и закрыли за собой двери. Вскоре из закопченной трубы закурчавился веселый сизый дымок.
Страница 2 из 2
