Дворик роддома усыпан ямами, А отделения — паяльниками. Детей на свет выманивают прянностями, А после их пытаются припрятать всех.
0 мин, 42 сек 6999
«Корпорация» Бросайте рожать«по Стивену, В ней доктора новой жизни — воспротивились.»
Кто-то ножом коверкает посетителей кроваток, Другие задают им вектор в стену, уже кровавую.
Кто-то коллекционирует глаза — голубе и карие, Кто-то ими своих пираний дома откармливает.
Из кожи делают оригами медсёстры-японки, А прачечные давно кем-то переполнены… — Мам, хочешь я тебе сделаю ожерелье из пуповины?
И только отцы толпами штурмуют пивные… Тут нет Моисеев, но каждый превращает воду в кровь.
— Ха, вот ещё одна… — Ты ей хотя бы верх прикрой.
— Кровавый кафель. Мне надоел уже это декор.
И без повязки чёрной ты не пройдёшь дресс-код.
А если что не нравится — ты тоже вскройся.
[Матери придавали своими проблемами лезвию скорость] — Копай, но не глубоко. Там, два метра вниз Черви в гробу остатки плоти выискивают.
Хорошо хоть у роддома своя выставка могил, А то уже через месяц хоронить не смогли бы.
Кто-то ножом коверкает посетителей кроваток, Другие задают им вектор в стену, уже кровавую.
Кто-то коллекционирует глаза — голубе и карие, Кто-то ими своих пираний дома откармливает.
Из кожи делают оригами медсёстры-японки, А прачечные давно кем-то переполнены… — Мам, хочешь я тебе сделаю ожерелье из пуповины?
И только отцы толпами штурмуют пивные… Тут нет Моисеев, но каждый превращает воду в кровь.
— Ха, вот ещё одна… — Ты ей хотя бы верх прикрой.
— Кровавый кафель. Мне надоел уже это декор.
И без повязки чёрной ты не пройдёшь дресс-код.
А если что не нравится — ты тоже вскройся.
[Матери придавали своими проблемами лезвию скорость] — Копай, но не глубоко. Там, два метра вниз Черви в гробу остатки плоти выискивают.
Хорошо хоть у роддома своя выставка могил, А то уже через месяц хоронить не смогли бы.