Слегка покосившийся, но всё ещё хранящий былую мощь, частокол из толстых брёвен вгрызался в густой и старый лес, удерживая его неутомимый натиск, тем самым давая таверне, а по совместительству и гостинице «Последний Приют» возможность существовать. Длинные и разлапистые ветви дубов нависали над преградой, словно грозя рухнуть и погрести её под собой, их тёмно-зелёные, почти чёрные листья тревожно шелестели даже в безветреную погоду, навевая на тех, кто прислушивался достаточно долго, скорбь и меланхолию…
Добавить в моё избранное
10 мин, 5 сек 282
Шелест был похож на голоса, мёртвые, безжизненные, сухие, но всё же человеческие голоса. Хотя и без этого лес всегда назывался Проклятым, ещё до событий, произошедших три века назад, когда он превратился в ночной кошмар для заблудившихся и сложное испытание для шедших по дороге, единственной, что соединяла Азиг«Оул и Экзайл коротким путём — всего два дневных перехода. Ночью же по Проклятому Лесу мог ходить только самоубийца или сумасшедший. Впрочем, из первого всегда получался второй — зловещая и давящая атмосфера быстро делала своё дело, иногда даже днём. В таких условиях спасало таверну только одно — её местонахождение. Ровно по середине пути. Кроме того, она была первой и последней таверной. Любые другие быстро исчезали, спустя несколько дней после завершения постройки. Лес ненавидел тех, кто пытался отобрать его земли.»
Стивен поёжился от картины, которая представилась ему, пока он осматривал таверну, стоя у ворот в ожидании их открытия. До заката оставалось меньше получаса — он едва успел из-за небольшой накладки в начале пути. «Нет, накладок в Проклятом Лесу не бывает. Это проделки деревьев. Или их хозяев.» — подумал путник, и снова постучал по металлу, которым были обиты створки.
— Эй, ты меня тут хочешь оставить в ожидании смерти!? Открывай быстрее, солнце уже почти село! — Стивену определённо не нравилась эта задержка. Наконец, грузный охранник осилил спуск вниз и открыл ворота.
— Не надо так кричать, — проворчал он, — даже с появлением звёзд никто не умирал, по крайней мере, сразу же.
— Охранник захихикал и пропустил путника.
— Твой юмор такой же плоский, как и твоя задница.
— Не дожидаясь ответа, Стивен вошел внутрь.
После короткого разговора с хозяином выяснилось, что свободных комнат в гостинице нет, поэтому ночь придётся провести в общем зале таверны.
«Ладно, во всяком случае, это сохранит мне деньги» — подумал путник и огляделся в поисках свободного столика. Таковых не оказалось, поэтому он сел за первый попавшийся, поближе к барной стойке. Заказав жареного мяса и эля, Стивен принялся изучать своего соседа. Тот был немного пьян, но взглянув на количество выпивки, стоящей перед ним, становилось понятно, что это состояние продлится недолго. Судя по одежде, он был кем-то вроде посыльного, далеко ушедшего от понятия«мальчик на побегушках». Скорее всего, он занимался доставкой писем или ценных бумаг — снаряжение и оружие были на должном уровне, всё что надо для дальних и при этом быстрых переходов, а также для защиты от рыцарей удачи, как себя любил называть всякий разбойничий сброд. Образ, пожалуй портило только одно — такой человек должен быть волевым, что, в свою очередь, всегда проявляется в чертах лица и манере держать себя. У этого человека не было ни того, ни другого, он выглядел как тряпка, ничуть не лучше нищих на улицах. Всё его внимание было сосредоточено на вине.
Выпив очередную кружку, он огляделся, заметил Стивена, попытался выдать что-то вроде улыбки и заговорил.
— Похоже, милорд, вы попали почти в ту же ситуацию, что и я. Свободные комнаты закончились ещё в полдень.
— Да.
— Коротко ответил Стивен и задал ответный вопрос, — А вы так и собираетесь пить до утра? Не самое лучшее времяпровождение.
— Увы, но мне ничего не остаётся. Единственное, что позволяет мне держать себя в руках и не стать умалишённым — вино.
— Неужели? Не думал, что есть люди, _настолько_ поддающиеся влиянию Леса. Особенно здесь, в таверне.
— Стивен был удивлён — Лес? Нет, я с детства не боялся Проклятого Леса. Я даже пересекал его по ночам, до недавнего времени.
— Ходить по Лесу ночью!? Это невозможно! — От такого вопиющего заявления, Стивен чуть не перешёл на крик.
— Возможно, милорд захочет выслушать мою историю? Мы убьём две цели — быстрее дождёмся рассвета и, возможно, исповедь облегчит мою душу.
— Собеседник едва не умолял.
— Было бы неплохо.
— Тогда слушайте. Возможно, вы не поверите мне, а возможно, она заставит похолодеть ваше сердце.
И он начал свой рассказ. Стивен не особо вслушивался, больше обращая внимание на еду, но отчего-то слова прочно впивались в память.
С самого детства, с колыбели, меня всегда притягивал Лес. Деревня, в которой я родился, находилась неподалёку от него. В шесть лет, когда мне разрешили выходить за пределы селения, я каким-то чудом пришёл на опушку Леса. И простоял там до самого вечера, как зачарованный, глядя на деревья и игру ветра с листьями. То же самое я делал и на следующий день. И на следующий. Родители, заметив это, первое время глаз с меня не спускали, но я всё равно сбегал. Один раз меня почти поймали, но я на их глазах просто ушёл в лес. И я вернулся. С тех пор меня спокойно отпускали, говоря, что судьбу не изменить. Из-за моих странностей сверстники сторонились меня, но мне было безразлично. Так я и вырос. В одиночестве, один на один с Лесом.
Стивен поёжился от картины, которая представилась ему, пока он осматривал таверну, стоя у ворот в ожидании их открытия. До заката оставалось меньше получаса — он едва успел из-за небольшой накладки в начале пути. «Нет, накладок в Проклятом Лесу не бывает. Это проделки деревьев. Или их хозяев.» — подумал путник, и снова постучал по металлу, которым были обиты створки.
— Эй, ты меня тут хочешь оставить в ожидании смерти!? Открывай быстрее, солнце уже почти село! — Стивену определённо не нравилась эта задержка. Наконец, грузный охранник осилил спуск вниз и открыл ворота.
— Не надо так кричать, — проворчал он, — даже с появлением звёзд никто не умирал, по крайней мере, сразу же.
— Охранник захихикал и пропустил путника.
— Твой юмор такой же плоский, как и твоя задница.
— Не дожидаясь ответа, Стивен вошел внутрь.
После короткого разговора с хозяином выяснилось, что свободных комнат в гостинице нет, поэтому ночь придётся провести в общем зале таверны.
«Ладно, во всяком случае, это сохранит мне деньги» — подумал путник и огляделся в поисках свободного столика. Таковых не оказалось, поэтому он сел за первый попавшийся, поближе к барной стойке. Заказав жареного мяса и эля, Стивен принялся изучать своего соседа. Тот был немного пьян, но взглянув на количество выпивки, стоящей перед ним, становилось понятно, что это состояние продлится недолго. Судя по одежде, он был кем-то вроде посыльного, далеко ушедшего от понятия«мальчик на побегушках». Скорее всего, он занимался доставкой писем или ценных бумаг — снаряжение и оружие были на должном уровне, всё что надо для дальних и при этом быстрых переходов, а также для защиты от рыцарей удачи, как себя любил называть всякий разбойничий сброд. Образ, пожалуй портило только одно — такой человек должен быть волевым, что, в свою очередь, всегда проявляется в чертах лица и манере держать себя. У этого человека не было ни того, ни другого, он выглядел как тряпка, ничуть не лучше нищих на улицах. Всё его внимание было сосредоточено на вине.
Выпив очередную кружку, он огляделся, заметил Стивена, попытался выдать что-то вроде улыбки и заговорил.
— Похоже, милорд, вы попали почти в ту же ситуацию, что и я. Свободные комнаты закончились ещё в полдень.
— Да.
— Коротко ответил Стивен и задал ответный вопрос, — А вы так и собираетесь пить до утра? Не самое лучшее времяпровождение.
— Увы, но мне ничего не остаётся. Единственное, что позволяет мне держать себя в руках и не стать умалишённым — вино.
— Неужели? Не думал, что есть люди, _настолько_ поддающиеся влиянию Леса. Особенно здесь, в таверне.
— Стивен был удивлён — Лес? Нет, я с детства не боялся Проклятого Леса. Я даже пересекал его по ночам, до недавнего времени.
— Ходить по Лесу ночью!? Это невозможно! — От такого вопиющего заявления, Стивен чуть не перешёл на крик.
— Возможно, милорд захочет выслушать мою историю? Мы убьём две цели — быстрее дождёмся рассвета и, возможно, исповедь облегчит мою душу.
— Собеседник едва не умолял.
— Было бы неплохо.
— Тогда слушайте. Возможно, вы не поверите мне, а возможно, она заставит похолодеть ваше сердце.
И он начал свой рассказ. Стивен не особо вслушивался, больше обращая внимание на еду, но отчего-то слова прочно впивались в память.
С самого детства, с колыбели, меня всегда притягивал Лес. Деревня, в которой я родился, находилась неподалёку от него. В шесть лет, когда мне разрешили выходить за пределы селения, я каким-то чудом пришёл на опушку Леса. И простоял там до самого вечера, как зачарованный, глядя на деревья и игру ветра с листьями. То же самое я делал и на следующий день. И на следующий. Родители, заметив это, первое время глаз с меня не спускали, но я всё равно сбегал. Один раз меня почти поймали, но я на их глазах просто ушёл в лес. И я вернулся. С тех пор меня спокойно отпускали, говоря, что судьбу не изменить. Из-за моих странностей сверстники сторонились меня, но мне было безразлично. Так я и вырос. В одиночестве, один на один с Лесом.
Страница 1 из 3
