Ведьма жила в маленьком домике в самой середине леса. Лес этот, как и полагается всем лесам, где обитают ведьмы, оборотни, феи и прочие волшебные создания, назывался Зачарованным.
Добавить в моё избранное
6 мин, 31 сек 15510
Возле самого домика журчал весёлый холодный ручей, давший жизнь многоцветным звёздочкам цветов, что распустились и тут, и там — всюду, куда можно было бросить взор случайному путнику. Белая омела оплела ветви растущих близ воды деревьев — медленно и нежно душила их, не давая возможности пробиться к живительным лучам солнца. Ведьма просыпалась поздно, заваривала душистые чаи, собирала травы, а по вечерам расчёсывала густые пепельные волосы серебряной расчёской, танцевала у ручья в простом платье (или без него) и удивительно красивых туфельках, сплетённых из бусинок утренней росы. Как полагается, у неё жил огромный чёрный Кот. Тот вообще не просыпался никогда кроме как к приходу заказчиков или на шабаш, или на полнолуние — тут уж святое дело бодрствовать! Он помогал Ведьме ловить лягушек и жаб, собирать пыльцу с крылышек фей, сортировать яды, прибираться — так, по мелочи, ну и, конечно, просто скрашивал одиночество, которым, собственно, сама Ведьма и не тяготилась.
Заказчики появлялись редко, всем надо было одно и то же — отравить кого, наслать или снять порчу, смастерить жуткое проклятие, сварить любовное зелье, найти пропавшую вещь, защитить ребёнка от ночных кошмаров… Ведьма редко отказывала, и то чаще от плохого настроения. Или по праздникам. Ведь, как известно, по праздникам работают только медики, милиция и журналисты. Но уж никак не ведьмы.
И сегодня Ведьма работать не собиралась. У неё накопилось много стирки, надо было заняться домашней работой. Немного подумав (сегодня не выходной и не праздник), она вывесила на двери табличку «Переучёт», взяла серебряный таз и направилась к ручью. Простирнула грязное полотнище неба, добавила в таз немного белоснежной пены лёгких утренних облаков — и небо стало ярко-синим, до рези в глазах. Ведьме результат понравился — и так слишком уж надоели эти бесконечные дожди! Повесила синее полотно рядом с чёрным бархатом ночи — его она собиралась почистить щёткой. Но что тут поделаешь, если посетители обычно не смотрят на вывески — или уж вовсе читать не умеют, или чихать они хотели на ведьминские переучёты, выходные и приёмы товаров. Вот и сейчас, едва Ведьма взялась за щётку, как позади неё раздался тихий такой голосок:
— Простите… А что такое переучёт?
А надо сказать, что в мире магии тихие да нежные голоса, да ещё врождённая вежливость принадлежат как раз самым что ни на есть ужасным и опасным монстрам — вампирам, оборотням, лесным чудовищам, и, как утверждают некоторые мужчины, жёнам. Поэтому прежде, чем обернуться, Ведьма нашептала в кулачок охранительных заклинаний — так, на всякий случай. А позади неё, развернув золотые крылья, сидел огромаднейший Дракон. Стоило только удивляться, как такая махина сумела подобраться так тихо, да ещё и к потомственной ведьме! И поди ж ты, сидел, переливаясь золотой чешуёй на солнце, неловко перебирая коротенькими лапками, да ещё и глазки скромно опускал — видно, стеснялся очень, в первый раз ведь. Не любила Ведьма, когда её заставали за работой. Но куда ж деваться — клиенты, а она ж не на государство работает — на себя! Поэтому аккуратно вытерла ладони о фартук, спросила:
— Чего надо?
— Ну вот… — расстроился Дракон.
— Ни тебе здравствуйте, ни милости просим… — Пришёл в неприёмный день — терпи, — сердито бросила Ведьма.
— Так чего ты хотел?
— Да мне неловко как-то, — прошептал Дракон, торопливо оглядываясь по сторонам.
Ведьма усмехнулась, провела рукой по мягкому бархату неба, что не успела почистить:
— Неловко ему! Да ты уж говори, не стесняйся!
— Я это… — Дракон смущённо потупил взгляд.
— Мотыльком хочу стать. Вот… Ведьма пожала плечами. Такой странный Дракон встретился ей впервые. И хотя любопытство не было частью её работы, она всё же осторожно спросила:
— А зачем?
Если бы золотые драконы умели краснеть, этот покрылся бы пунцовыми пятнами с ног до головы. Но этим качеством ни он, ни один другой представитель сего племени не отличались. Поэтому он вытянул к Ведьме изящную шею и тихо прошептал:
— Принцесса… — Что — Принцесса? — не стесняясь громкого тона, переспросила Ведьма.
— Насколько мне известно, принцесс драконы едят. Или, если поромантичней вариант — крадут и терпеливо ждут, пока явится какой-нибудь принц и снесёт тебе голову. И они будут жить долго и счастливо. Советую поступить по-другому — дождаться принца, съесть его, потом Принцессу и самому жить долго и счастливо.
— Неужели всем Драконам суждено так? — с такой горечью в голосе спросил Дракон, что Ведьме стало даже немного стыдно (совсем не свойственное ведьмам качество!) за свой комментарий.
— Ну… не знаю… Можно ещё всю жизнь отбирать у людей золото, лежать на нём в какой-нибудь пещере и поедать случайно забредших к тебе хоббитов. Зачем тебе Принцесса?
Дракон мотнул головой:
— Мне нужна её улыбка. Уже много дней и ночей она сидит у окна и льёт слёзы.
Заказчики появлялись редко, всем надо было одно и то же — отравить кого, наслать или снять порчу, смастерить жуткое проклятие, сварить любовное зелье, найти пропавшую вещь, защитить ребёнка от ночных кошмаров… Ведьма редко отказывала, и то чаще от плохого настроения. Или по праздникам. Ведь, как известно, по праздникам работают только медики, милиция и журналисты. Но уж никак не ведьмы.
И сегодня Ведьма работать не собиралась. У неё накопилось много стирки, надо было заняться домашней работой. Немного подумав (сегодня не выходной и не праздник), она вывесила на двери табличку «Переучёт», взяла серебряный таз и направилась к ручью. Простирнула грязное полотнище неба, добавила в таз немного белоснежной пены лёгких утренних облаков — и небо стало ярко-синим, до рези в глазах. Ведьме результат понравился — и так слишком уж надоели эти бесконечные дожди! Повесила синее полотно рядом с чёрным бархатом ночи — его она собиралась почистить щёткой. Но что тут поделаешь, если посетители обычно не смотрят на вывески — или уж вовсе читать не умеют, или чихать они хотели на ведьминские переучёты, выходные и приёмы товаров. Вот и сейчас, едва Ведьма взялась за щётку, как позади неё раздался тихий такой голосок:
— Простите… А что такое переучёт?
А надо сказать, что в мире магии тихие да нежные голоса, да ещё врождённая вежливость принадлежат как раз самым что ни на есть ужасным и опасным монстрам — вампирам, оборотням, лесным чудовищам, и, как утверждают некоторые мужчины, жёнам. Поэтому прежде, чем обернуться, Ведьма нашептала в кулачок охранительных заклинаний — так, на всякий случай. А позади неё, развернув золотые крылья, сидел огромаднейший Дракон. Стоило только удивляться, как такая махина сумела подобраться так тихо, да ещё и к потомственной ведьме! И поди ж ты, сидел, переливаясь золотой чешуёй на солнце, неловко перебирая коротенькими лапками, да ещё и глазки скромно опускал — видно, стеснялся очень, в первый раз ведь. Не любила Ведьма, когда её заставали за работой. Но куда ж деваться — клиенты, а она ж не на государство работает — на себя! Поэтому аккуратно вытерла ладони о фартук, спросила:
— Чего надо?
— Ну вот… — расстроился Дракон.
— Ни тебе здравствуйте, ни милости просим… — Пришёл в неприёмный день — терпи, — сердито бросила Ведьма.
— Так чего ты хотел?
— Да мне неловко как-то, — прошептал Дракон, торопливо оглядываясь по сторонам.
Ведьма усмехнулась, провела рукой по мягкому бархату неба, что не успела почистить:
— Неловко ему! Да ты уж говори, не стесняйся!
— Я это… — Дракон смущённо потупил взгляд.
— Мотыльком хочу стать. Вот… Ведьма пожала плечами. Такой странный Дракон встретился ей впервые. И хотя любопытство не было частью её работы, она всё же осторожно спросила:
— А зачем?
Если бы золотые драконы умели краснеть, этот покрылся бы пунцовыми пятнами с ног до головы. Но этим качеством ни он, ни один другой представитель сего племени не отличались. Поэтому он вытянул к Ведьме изящную шею и тихо прошептал:
— Принцесса… — Что — Принцесса? — не стесняясь громкого тона, переспросила Ведьма.
— Насколько мне известно, принцесс драконы едят. Или, если поромантичней вариант — крадут и терпеливо ждут, пока явится какой-нибудь принц и снесёт тебе голову. И они будут жить долго и счастливо. Советую поступить по-другому — дождаться принца, съесть его, потом Принцессу и самому жить долго и счастливо.
— Неужели всем Драконам суждено так? — с такой горечью в голосе спросил Дракон, что Ведьме стало даже немного стыдно (совсем не свойственное ведьмам качество!) за свой комментарий.
— Ну… не знаю… Можно ещё всю жизнь отбирать у людей золото, лежать на нём в какой-нибудь пещере и поедать случайно забредших к тебе хоббитов. Зачем тебе Принцесса?
Дракон мотнул головой:
— Мне нужна её улыбка. Уже много дней и ночей она сидит у окна и льёт слёзы.
Страница 1 из 2
