Давным-давно люди соседствовали и мирно уживались с иными. Еды, воды, неба, солнца и цветов хватало на всех. В небе висели переливчатые радуги, и по этим разноцветным мостам жители планеты ходили друг к другу в гости, веселились и радовались жизни…
Добавить в моё избранное
7 мин, 22 сек 15983
Но однажды что-то случилось. Люди возомнили себя главными, почувствовали своё превосходство и испугались, что другие его не замечают. И всем вокруг объявили войну. Начали безжалостно истреблять врагов, которыми стали недавние соседи.
Радуги теперь появлялись редко, выглядывали краешком сразу после дождя, и тут же пропадали в тумане.
Но бывшие друзья не исчезли. Они отступили и затаились на время.
Великанши ушли в горы, маскируясь под снежные вершины и замышляя такую же огромную месть. Хитрые тролли, наоборот, уменьшились в размерах и, прячась буквально под ногами, жили в кукольных подземных дворцах и замках, вырытых прямо под жилищами людей. И пакостили своим обидчикам по-мелкому, исподтишка, из защелья половиц. Под мостами, на влажной земле, в зарослях пышной кучерской травки*, схоронились носатые йотуны, и никто не мог догадаться, какие планы рождались в похожих на камни головах.
Чтобы соседи не высовывались в ненужный момент, нужно держать руку на пульсе. Раз за разом подтверждать своё превосходство. Всегда начеку, в любую секунду быть готовыми отразить нападение. Люди придумывали всё новые способы устрашения, пускали в ход хитрость, лесть, религию и всё новые виды оружия.
Был такой король — Олаф. Распространяя христианство, он возводил церкви и часовни на месте языческих храмов. Колокольный звон сильно тревожил иных. Тролли и йотуны возненавидели Олафа. Они всячески сопротивлялись и вредили ему. Это портило их характер, но не могло причинить большого ущерба святому королю. Он был очень сильный, и мог навсегда превратить их в камень.
Однажды Олаф решил построить церковь в горах. Это очень расстроило местную великаншу Эсью. И она вызвала его на поединок.
— Раньше, чем ты построишь церковь, я возведу каменный мост через фьорд.
Олаф принял вызов. Но великанша была слишком неповоротлива. Когда мост был построен лишь наполовину, на церкви Олафа уже звенел колокол. Великанша стала в ярости бросать в церковь камни, приготовленные для строительства. Однако не попала ни одним, и камни скоро кончились. В отчаянии Эсья оторвала у себя ногу и бросила её в колокольню. Но нога пролетела выше и упала куда-то в болото. А от ноги над болотом повисло жуткое зловоние. И все видели позор великанши. О нём шуршали деревья, кричали птицы и хихикали тролли. Разбросанные камни до сих пор можно видеть на холмах. ** Мир менялся. Всё больше появлялось огромных камней. Некоторые тролли и йотуны растворились среди людей. Завели носатое потомство от человеческих женщин и мужчин. И лишь изредка творили гадости, вспоминая давнюю вражду. Теперь и колокольный звон звучал всё реже — за ненадобностью. Ведь троллей и йотунов почти не осталось.
Констанция не любила делать гадости. Констанция любила цветы. Обожала кошачью дрёму, бубенчики и жабники. Но она была настоящей гюгрой. Над ней тяготело старинное предание. И тайна потерянной ноги незадачливой родственницы тревожила душу. Да и сама окаменевшая тётка Эсья умоляла заняться поисками конечности.
Однажды, собирая цветы, Констанция невзначай покинула пределы Йотунхейма, шагнула в Европу и стала продвигаться дальше, на восток, с любопытством разглядывая мир. Таясь от людей, исполинша путешествовала ночами, лишь изредка пугая их внезапно вздыбившейся скалой или выросшим на ровном месте мшистым валуном, когда заставали врасплох жаркие лучи солнца, и она замирала, притворяясь камнем.
Прошли годы и даже столетия.
Неизменность, постоянство и твёрдость — вот что означает имя Констанция. Она всё шагала и шагала по Земле в поисках болота, в котором утонула нога великанши Эсьи. Констанция пересекала дремучие леса и бескрайние поля. Перешагивала через реки и события. Видела крестовые походы и жестокие сражения, в которых люди за неимением других врагов истребляли друг друга. Прошла сотни городов, любуясь архитектурными фантазиями зодчих и восхищаясь совершенством мостов. Ужасалась безобразию нищенских кварталов по соседству с роскошными. Удивлялась уму и глупости людей. Негодовала оттого, как сильно захламили и загадили они общую, одну на всех, планету.
Констанция искала самое зловонное болото. Ведь там покоилась тёткина нога. Но все болота пахли гораздо приятнее вонючих городов, курящих ядовитыми трубами заводов и смердящих бесчисленным транспортом. А эти свалки! Как могли мелкие людишки наделать столько мусора! Этого Констанция не могла понять, как ни напрягала твердокаменный лоб. И шла дальше.
Перешагнув Уральские горы, гюгра обрадовалась: в рощах и перелесках, на полянках непроходимой тайги полыхали оранжевым огнём сибирские розы — авдотки. Над ними роились пчёлы, деловито снимая взяток. Стиснутые упавшими с белых гор валунами, звонко пели ручьи и впадали в чистые реки. Вот где раздолье! Вода, камни, бездонное небо и цветы… И радуга… Констанция вдохнула травный воздух исполинской грудью и поняла, что ей хотелось бы остаться здесь навсегда.
Радуги теперь появлялись редко, выглядывали краешком сразу после дождя, и тут же пропадали в тумане.
Но бывшие друзья не исчезли. Они отступили и затаились на время.
Великанши ушли в горы, маскируясь под снежные вершины и замышляя такую же огромную месть. Хитрые тролли, наоборот, уменьшились в размерах и, прячась буквально под ногами, жили в кукольных подземных дворцах и замках, вырытых прямо под жилищами людей. И пакостили своим обидчикам по-мелкому, исподтишка, из защелья половиц. Под мостами, на влажной земле, в зарослях пышной кучерской травки*, схоронились носатые йотуны, и никто не мог догадаться, какие планы рождались в похожих на камни головах.
Чтобы соседи не высовывались в ненужный момент, нужно держать руку на пульсе. Раз за разом подтверждать своё превосходство. Всегда начеку, в любую секунду быть готовыми отразить нападение. Люди придумывали всё новые способы устрашения, пускали в ход хитрость, лесть, религию и всё новые виды оружия.
Был такой король — Олаф. Распространяя христианство, он возводил церкви и часовни на месте языческих храмов. Колокольный звон сильно тревожил иных. Тролли и йотуны возненавидели Олафа. Они всячески сопротивлялись и вредили ему. Это портило их характер, но не могло причинить большого ущерба святому королю. Он был очень сильный, и мог навсегда превратить их в камень.
Однажды Олаф решил построить церковь в горах. Это очень расстроило местную великаншу Эсью. И она вызвала его на поединок.
— Раньше, чем ты построишь церковь, я возведу каменный мост через фьорд.
Олаф принял вызов. Но великанша была слишком неповоротлива. Когда мост был построен лишь наполовину, на церкви Олафа уже звенел колокол. Великанша стала в ярости бросать в церковь камни, приготовленные для строительства. Однако не попала ни одним, и камни скоро кончились. В отчаянии Эсья оторвала у себя ногу и бросила её в колокольню. Но нога пролетела выше и упала куда-то в болото. А от ноги над болотом повисло жуткое зловоние. И все видели позор великанши. О нём шуршали деревья, кричали птицы и хихикали тролли. Разбросанные камни до сих пор можно видеть на холмах. ** Мир менялся. Всё больше появлялось огромных камней. Некоторые тролли и йотуны растворились среди людей. Завели носатое потомство от человеческих женщин и мужчин. И лишь изредка творили гадости, вспоминая давнюю вражду. Теперь и колокольный звон звучал всё реже — за ненадобностью. Ведь троллей и йотунов почти не осталось.
Констанция не любила делать гадости. Констанция любила цветы. Обожала кошачью дрёму, бубенчики и жабники. Но она была настоящей гюгрой. Над ней тяготело старинное предание. И тайна потерянной ноги незадачливой родственницы тревожила душу. Да и сама окаменевшая тётка Эсья умоляла заняться поисками конечности.
Однажды, собирая цветы, Констанция невзначай покинула пределы Йотунхейма, шагнула в Европу и стала продвигаться дальше, на восток, с любопытством разглядывая мир. Таясь от людей, исполинша путешествовала ночами, лишь изредка пугая их внезапно вздыбившейся скалой или выросшим на ровном месте мшистым валуном, когда заставали врасплох жаркие лучи солнца, и она замирала, притворяясь камнем.
Прошли годы и даже столетия.
Неизменность, постоянство и твёрдость — вот что означает имя Констанция. Она всё шагала и шагала по Земле в поисках болота, в котором утонула нога великанши Эсьи. Констанция пересекала дремучие леса и бескрайние поля. Перешагивала через реки и события. Видела крестовые походы и жестокие сражения, в которых люди за неимением других врагов истребляли друг друга. Прошла сотни городов, любуясь архитектурными фантазиями зодчих и восхищаясь совершенством мостов. Ужасалась безобразию нищенских кварталов по соседству с роскошными. Удивлялась уму и глупости людей. Негодовала оттого, как сильно захламили и загадили они общую, одну на всех, планету.
Констанция искала самое зловонное болото. Ведь там покоилась тёткина нога. Но все болота пахли гораздо приятнее вонючих городов, курящих ядовитыми трубами заводов и смердящих бесчисленным транспортом. А эти свалки! Как могли мелкие людишки наделать столько мусора! Этого Констанция не могла понять, как ни напрягала твердокаменный лоб. И шла дальше.
Перешагнув Уральские горы, гюгра обрадовалась: в рощах и перелесках, на полянках непроходимой тайги полыхали оранжевым огнём сибирские розы — авдотки. Над ними роились пчёлы, деловито снимая взяток. Стиснутые упавшими с белых гор валунами, звонко пели ручьи и впадали в чистые реки. Вот где раздолье! Вода, камни, бездонное небо и цветы… И радуга… Констанция вдохнула травный воздух исполинской грудью и поняла, что ей хотелось бы остаться здесь навсегда.
Страница 1 из 3
