Убийство. Я шел не спеша, шагая твердо и основательно ставя ноги. Асфальт был мокрым, и в свете полуночной луны поблескивал…
Добавить в моё избранное
5 мин, 34 сек 18190
— спросил я, снимая рубашку и вытирая ею лицо. От обтирания абсолютно белая рубашка, немного намокла, превратившись местами в серую ткань. Однако, не смотря на это, она по-прежнему была чистой, только небольшое пятнышко крови не давало рубашки дальнейшего существования. Её необходимо было уничтожить, то есть сжечь.
— Возможно, мой старческий сон с годами стал более чуток. А видоизменение поведения в ночное время хозяина поместья, сделало его немного коротким — ответил Генри, поправляя свой ночной халат, который заменял ему пижаму.
— Который сейчас час?
— Без четверти пять.
Я сложил рубашку, не слишком аккуратно, да и не к чему в отношении этого куска тряпки сейчас аккуратность. По пути в поместье, двухэтажное здание в котором было двадцать семь комнат, для одного человека, я увлек дворецкого с собой. Этот дворец мне достался от одного графа, который был так мне признателен, что после смерти завещал его, но, разумеется, не мне, а вымышленному человеку.
— Вам необходимо выспаться, — твердо сказал я, отправляя дворецкого в его комнату. А сам, закрыл двухстворчатые двери дома-дворца.
— Спокойной ночи, Генри! Мне нужен бодрый дворецкий.
Генри послушно скрылся в своей комнате, закрыв за собой двери.
Я прошел в библиотеку. У прежнего хозяина была богатая коллекция книг, часть которых могла стоить нескольких миллионов долларов. Сев за стол, старинный выполненный из дуба, с превосходной резьбой. Достав из минибара бутылку красного вина, которое хранилось в винном погребе, причем коллекция вин, как и библиотека, имели материальную ценность, я не обнаружил в баре штопора. Стоили мне выдвинуть ящик стола, как среди бумаг и ручек сверкнул металл, это был штопор.
В течение получаса, я пил вино прямо из бутылки, читая детектив, купленный в городе. Я не считал себя экспертом литературы, но был литературным гурманом.
Бравый детектив, который был главным героем, не вдохновил меня на ночные посиделки в компании с этой книгой.
Походив около стеллажей с книгами, я остановил свой выбор на книге французского писателя Александра Дюма. Это оказался, мой любимый роман об узнике, который был заперт на острове в замке-тюрьме. Фамилия, которая фигурировала в названии романа, была Монте-Кристо, в моём воображении трансформировалась в словосочетание крестовую гору. Не удивительно, что роман немного трагичен.
Зачитавшись романом до пяти часов ночи, я отправился в спальню в половине шестого, взяв вторую бутылку с собой.
По пути, я пытался вспомнить лицо погибшей девушки, но не смог.
Жертва, не имеет лица.
Это была мая охота. Охот с каждой ночи становилось только больше.
— Возможно, мой старческий сон с годами стал более чуток. А видоизменение поведения в ночное время хозяина поместья, сделало его немного коротким — ответил Генри, поправляя свой ночной халат, который заменял ему пижаму.
— Который сейчас час?
— Без четверти пять.
Я сложил рубашку, не слишком аккуратно, да и не к чему в отношении этого куска тряпки сейчас аккуратность. По пути в поместье, двухэтажное здание в котором было двадцать семь комнат, для одного человека, я увлек дворецкого с собой. Этот дворец мне достался от одного графа, который был так мне признателен, что после смерти завещал его, но, разумеется, не мне, а вымышленному человеку.
— Вам необходимо выспаться, — твердо сказал я, отправляя дворецкого в его комнату. А сам, закрыл двухстворчатые двери дома-дворца.
— Спокойной ночи, Генри! Мне нужен бодрый дворецкий.
Генри послушно скрылся в своей комнате, закрыв за собой двери.
Я прошел в библиотеку. У прежнего хозяина была богатая коллекция книг, часть которых могла стоить нескольких миллионов долларов. Сев за стол, старинный выполненный из дуба, с превосходной резьбой. Достав из минибара бутылку красного вина, которое хранилось в винном погребе, причем коллекция вин, как и библиотека, имели материальную ценность, я не обнаружил в баре штопора. Стоили мне выдвинуть ящик стола, как среди бумаг и ручек сверкнул металл, это был штопор.
В течение получаса, я пил вино прямо из бутылки, читая детектив, купленный в городе. Я не считал себя экспертом литературы, но был литературным гурманом.
Бравый детектив, который был главным героем, не вдохновил меня на ночные посиделки в компании с этой книгой.
Походив около стеллажей с книгами, я остановил свой выбор на книге французского писателя Александра Дюма. Это оказался, мой любимый роман об узнике, который был заперт на острове в замке-тюрьме. Фамилия, которая фигурировала в названии романа, была Монте-Кристо, в моём воображении трансформировалась в словосочетание крестовую гору. Не удивительно, что роман немного трагичен.
Зачитавшись романом до пяти часов ночи, я отправился в спальню в половине шестого, взяв вторую бутылку с собой.
По пути, я пытался вспомнить лицо погибшей девушки, но не смог.
Жертва, не имеет лица.
Это была мая охота. Охот с каждой ночи становилось только больше.
Страница 2 из 2
