Александра Васильевича Трофимова я заприметила еще в аэропорту Красноярска. Не скажу, что он был несказанно рад тому, что вместе с ним на Диксон летит журналистка. Потому что сама профессия обязывает меня сначала добывать любыми путями информацию, желательно тайную, доселе неизвестную, а потом рассекречивать ее перед всем светом.
Добавить в моё избранное
7 мин, 4 сек 2918
Тем более что мои «источники» которые были на Диксоне во время проведения эксперимента, ничего особенного не заметили. Ученые располагались на базе военной части. Использовалось обычное помещение, к потолку которого были прикреплены листы металла. Таким металлоломом, оставшимся после военных, завален весь Диксон. Никаких приборов или«генераторов» не было замечено. Рассказывали, что во время сеансов передачи образов в зале местного Дома культуры собирались добровольцы, но ничего особенного они не испытывали. Только несколько человек почувствовали, что у них открылись паранормальные способности. Одна женщина даже стала считать себя экстрасенсом, но к ее способностям коренные жители отнеслись с долей иронии, и талант постепенно увял. Я с ней встречалась. Человек она действительно милый, романтичный, восторженный, пишет картинки в духе Рериха и очень любит Александра Васильевича. Как ученого, конечно.
Мой ученый гость закончил телефонный разговор и продолжил рассказ.
Искушение у наших исследователей войти, приблизиться к установке Козырева было очень большое. Но приближаешься — возникает животное чувство страха. В два часа ночи 25 декабря один из нас приблизился. Мы почувствовали запах озона, возникла еще одна вспышка, и после этого пространство открылось неожиданным внутренним содержанием. Все, кто входил в зеркала Козырева, видели огромный поток символов — знаков, светящихся, как неоновые вывески. Мы не знали, что делать. У нас даже видеокамеры тогда не было, и мы могли все это только зарисовать.
Сначала мы думали, что это какое-то послание нам. Искушений в трактовках всегда много. Потом мы поняли, что большая часть увиденных символов соотносится с шумерской культурой. Это был миг истории, который прорвался в нашу зону.
— Насколько я помню, шумеры жили на юге Ирака за три тысячи лет до нашей эры. Неужели до сих пор можно принять информацию о них? — В 1997 году мы провели совместные исследования с нашими английскими коллегами. В Англии, в Стоунхедже, более 200 человек принимали дистанционно транслируемую информацию из Новосибирска. Мы использовали программу, составленную из знаков шумерской культуры — символов, дошедших до нас на глиняных табличках клинописи. И англичане приняли эти символы. Нас это не удивило. Мы знаем, как сделать, чтобы переданная информация была принята. Удивило другое. Кроме этих символов было принято еще около семидесяти, которые мы не передавали. И все они оказались знаками шумерской культуры. То есть каким-то образом мы вошли в тот горизонт информационного хранилища, на ту полочку, которая относится к шумерскому этапу развития нашей цивилизации.
— Двести с лишним человек приняли такую информацию? — Не совсем так. Как правило, в исследованиях этого ряда мы передаем не один образ, а пакет. Засчитываем как неслучайные только три и более образов из этого пакета. Все остальное — случайность. Полученные данные обрабатываются на компьютере на хорошей математической основе.
В Белграде к этому времени собрались верующие — около тысячи человек, получивших благословение Его Высокопреосвященства сербского патриарха Павла. Мы поразились количеству людей — они не вместились в огромном зале Сава-центра и окружили его со всех сторон. Было стихийное движение в надежде получить какое-то послание от русских братьев. В то время в Сербии было уже трудно, но мы еще не знали, куда приведут те события…
Зал был выверен на наличие микромагнитных аномалий, потому что очень важно знать, где располагается принимающий информацию человек. Состоялся сеанс. Когда мы обработали протоколы, нас ждало разочарование. На листках были нарисованы какие-то фрагменты. Мы пошли дальше в своем анализе и сложили все протоколы вместе. И тогда получилась мозаичная картина, суммирующая информацию от всех собравшихся, которые приняли образ Георгия Победоносца в том варианте, который был передан из Новосибирска. И только двух фрагментов — копья и копыт — не было.
Мой ученый гость закончил телефонный разговор и продолжил рассказ.
Летающие тарелки, плазмоиды и… пласт истории
— Так вот, когда в момент подготовки к передаче мысленных образов мы внесли в зеркала Знамя Мира Рериха, испытатель был отброшен неким силовым полем. Было страшно. Мы не были к этому готовы, у нас не было даже приборов, чтобы все измерить. Единственное, мы зафиксировали по компасу, что север оказался в другой стороне. Я боюсь трактовать причину и до сих пор сохраняю некоторую отстраненность…Искушение у наших исследователей войти, приблизиться к установке Козырева было очень большое. Но приближаешься — возникает животное чувство страха. В два часа ночи 25 декабря один из нас приблизился. Мы почувствовали запах озона, возникла еще одна вспышка, и после этого пространство открылось неожиданным внутренним содержанием. Все, кто входил в зеркала Козырева, видели огромный поток символов — знаков, светящихся, как неоновые вывески. Мы не знали, что делать. У нас даже видеокамеры тогда не было, и мы могли все это только зарисовать.
Сначала мы думали, что это какое-то послание нам. Искушений в трактовках всегда много. Потом мы поняли, что большая часть увиденных символов соотносится с шумерской культурой. Это был миг истории, который прорвался в нашу зону.
— Насколько я помню, шумеры жили на юге Ирака за три тысячи лет до нашей эры. Неужели до сих пор можно принять информацию о них? — В 1997 году мы провели совместные исследования с нашими английскими коллегами. В Англии, в Стоунхедже, более 200 человек принимали дистанционно транслируемую информацию из Новосибирска. Мы использовали программу, составленную из знаков шумерской культуры — символов, дошедших до нас на глиняных табличках клинописи. И англичане приняли эти символы. Нас это не удивило. Мы знаем, как сделать, чтобы переданная информация была принята. Удивило другое. Кроме этих символов было принято еще около семидесяти, которые мы не передавали. И все они оказались знаками шумерской культуры. То есть каким-то образом мы вошли в тот горизонт информационного хранилища, на ту полочку, которая относится к шумерскому этапу развития нашей цивилизации.
— Двести с лишним человек приняли такую информацию? — Не совсем так. Как правило, в исследованиях этого ряда мы передаем не один образ, а пакет. Засчитываем как неслучайные только три и более образов из этого пакета. Все остальное — случайность. Полученные данные обрабатываются на компьютере на хорошей математической основе.
Сербы слышат русских
— Александр Васильевич, вы сказали, что англичане приняли знаки шумерской культуры. А есть ли какая-нибудь разница в том, люди какой национальности принимают информацию? — Конечно. В 1992 году мы проводили исследование по оценке информационных взаимодействий между двумя этнически близкими группами: сербами и русскими. В Новосибирске 19 января, в день Крещения, группа русских расположилась в зале картинной галереи перед иконой и начала сеанс передачи мысленного образа.В Белграде к этому времени собрались верующие — около тысячи человек, получивших благословение Его Высокопреосвященства сербского патриарха Павла. Мы поразились количеству людей — они не вместились в огромном зале Сава-центра и окружили его со всех сторон. Было стихийное движение в надежде получить какое-то послание от русских братьев. В то время в Сербии было уже трудно, но мы еще не знали, куда приведут те события…
Зал был выверен на наличие микромагнитных аномалий, потому что очень важно знать, где располагается принимающий информацию человек. Состоялся сеанс. Когда мы обработали протоколы, нас ждало разочарование. На листках были нарисованы какие-то фрагменты. Мы пошли дальше в своем анализе и сложили все протоколы вместе. И тогда получилась мозаичная картина, суммирующая информацию от всех собравшихся, которые приняли образ Георгия Победоносца в том варианте, который был передан из Новосибирска. И только двух фрагментов — копья и копыт — не было.
Страница 2 из 3
