Возможно, землянам дают подсказку о новом виде энергии видения М-ской зоны.
Добавить в моё избранное
16 мин, 41 сек 17263
На нем можно спастись. «Очень скоро это понадобится землянам, — отложилось в моем сознании. — Похоже, что на нашей планете грядет какой-то катаклизм»
— Да, есть сообщения о возможном столкновении с огромным астероидом или прохождении в эклиптике Солнечной системы таинственной двенадцатой планеты. Может произойти изменение наклона оси вращения Земли… — подтвердил я, — Участившиеся землетрясения и ураганы — один из признаков подобной ситуации.
— Нет, похоже, дело не в астероиде или планете, — возразил Еремин. — Катаклизм, грозящий нам, идет изнутри Земли. Ее ядро разогревается, вскоре начнут таять ледники… Что-то связано именно с этим. Мы считаем, что парниковый эффект развивается за счет избытка углекислого газа, но, оказывается, что разогрев идет изнутри.
— И что — нам предстоит делать такие огромные корабли? — Нет, мы не успеем их создать для всего населения Земли. Но спасти часть накопленных знаний, литературу, изобретения, всевозможные носители информации мы должны и сможем, если не станем засекречивать информацию о гравитационных двигателях. Они четко показали, что должны быть задействованы средства массовой информации, технические лаборатории, институты — лишь бы начались работы в нужном направлении. Может, неспроста я приехал именно к тебе: я прошу помочь мне выйти на авторитетные инженерные круги или на серьезные издания прессы.
— Что было дальше? — спросил я.
— Дальше. Мне дали понять — достаточно… «Мы еще встретимся?» — поинтересовался я.«Это будет зависеть от того, как вы сумеете справиться с данной проблемой…» — отложилось в голове.
Землянин поднялся и вышел на трап. Ему никто не подал руки, не было иных, принятых при расставании эмоций. «Отойдите подальше, вблизи опасно» — перевел он последнюю картинку в мозгу. На его просьбу немного полетать в аппарате пришельцев, последовал твердый отказ. Правда, позже Дмитрий признался, что ему во время беседы, как бы в укор, показали одну безобразную сцену из его жизни: сильно пьяный, он скандалил с женой, кричал и замахивался на нее.«Не опускайтесь так низко» — последовал словесный перевод.
Внимательно наблюдал за кораблем. По черному, полутораметрового диаметра, днищу «тарелки» побежали искры, которые затем слились в голубое свечение, как от лампы дневного света. Корабль поднялся невысоко, не выходя над балкой, словно не желая себя обнаруживать. Аппарат окутался желтым с голубизной в середине туманом шарообразной формы, а потом — фу-ух — за полторы секунды исчез высоко в небе. Ни хлопка, ни иного звука, хотя скорость была явно сверхзвуковой.
— Я шел обратно окрыленный, — вспоминал Еремин. — С двигателем было в общем-то понятно, и хотелось сразу заняться моделью. Хотелось рассказать знакомым об этом происшествии. Но потом вдруг подумал: а кому здесь рассказывать? Кто поверит? Все заняты своим, едва выживают, озлоблены, пьют от безысходности… Кому все это нужно? Ну и останусь в глазах большинства местным придурком, хоть и чинил здесь многим телевизоры…
Собрал модель на ферритовом кольце диаметром 12 сантиметров. Однако нужен был генератор, чтобы поочередно зачитывать все три обмотки с высокой частотой пульсации. Такого генератора у Еремина, естественно, не было… Но уверенность, что конструкция взлетит, у него почему-то окрепла. А тут вскоре пришел вызов из Москвы на работу, и Д. И. Еремин уехал в столицу. Свое изобретение он заключил в полые алюминиевые полусферы, позаимствовав их от уличных фонарей.
— В Москве идея познакомить кого-то из специалистов с принципами работы двигателя, а главное испытать его с использованием генератора, не оставляла меня ни на час, — рассказывал Еремин. — В ведомственной гостинице-общежитии, где я жил, условий, естественно, никаких, знакомств тоже… В общем, я пошел в Министерство обороны, там, на набережной, недалеко от Кремля. Сначала мне посоветовали обратиться в отдел изобретений.
Это было в сентябре минувшего года. К Еремину вышел майор. Наверное, вид Дмитрия Ильича с алюминиевой железякой в полиэтиленовом пакете не внушил офицеру доверия. Дима не носит белых рубашек с галстуком, одевается весьма просто, непрезентабельно, а из-под ногтей, наверное, никогда не исчезнет въевшаяся чернота от металла и масел. Ну, и в разговоре не речист, даже излишне простоват. Он знал, что здесь ни в коем случае не следует говорить о пришельцах. Поэтому придерживался избранной версии, дескать, сам додумался до такой конструкции. «Дайте только генератор, сведите со специалистами…» — уговаривал он. И все же в какой-то момент Дмитрий Ильич проговорился — корабль пришельцев был упомянут как аргумент летающего объекта.
— Да, есть сообщения о возможном столкновении с огромным астероидом или прохождении в эклиптике Солнечной системы таинственной двенадцатой планеты. Может произойти изменение наклона оси вращения Земли… — подтвердил я, — Участившиеся землетрясения и ураганы — один из признаков подобной ситуации.
— Нет, похоже, дело не в астероиде или планете, — возразил Еремин. — Катаклизм, грозящий нам, идет изнутри Земли. Ее ядро разогревается, вскоре начнут таять ледники… Что-то связано именно с этим. Мы считаем, что парниковый эффект развивается за счет избытка углекислого газа, но, оказывается, что разогрев идет изнутри.
— И что — нам предстоит делать такие огромные корабли? — Нет, мы не успеем их создать для всего населения Земли. Но спасти часть накопленных знаний, литературу, изобретения, всевозможные носители информации мы должны и сможем, если не станем засекречивать информацию о гравитационных двигателях. Они четко показали, что должны быть задействованы средства массовой информации, технические лаборатории, институты — лишь бы начались работы в нужном направлении. Может, неспроста я приехал именно к тебе: я прошу помочь мне выйти на авторитетные инженерные круги или на серьезные издания прессы.
— Что было дальше? — спросил я.
— Дальше. Мне дали понять — достаточно… «Мы еще встретимся?» — поинтересовался я.«Это будет зависеть от того, как вы сумеете справиться с данной проблемой…» — отложилось в голове.
Землянин поднялся и вышел на трап. Ему никто не подал руки, не было иных, принятых при расставании эмоций. «Отойдите подальше, вблизи опасно» — перевел он последнюю картинку в мозгу. На его просьбу немного полетать в аппарате пришельцев, последовал твердый отказ. Правда, позже Дмитрий признался, что ему во время беседы, как бы в укор, показали одну безобразную сцену из его жизни: сильно пьяный, он скандалил с женой, кричал и замахивался на нее.«Не опускайтесь так низко» — последовал словесный перевод.
Мытарства российского изобретателя
— Я отошел на те же тридцать метров, где стоял перед этим, — продолжил свой рассказ Еремин. — Взглянул на циферблат: прошло около полутора часов. Овальная дверь закрылась, и я даже не увидел никакого шва по борту. По картинке в голове понял, что надо отойти еще дальше.Внимательно наблюдал за кораблем. По черному, полутораметрового диаметра, днищу «тарелки» побежали искры, которые затем слились в голубое свечение, как от лампы дневного света. Корабль поднялся невысоко, не выходя над балкой, словно не желая себя обнаруживать. Аппарат окутался желтым с голубизной в середине туманом шарообразной формы, а потом — фу-ух — за полторы секунды исчез высоко в небе. Ни хлопка, ни иного звука, хотя скорость была явно сверхзвуковой.
— Я шел обратно окрыленный, — вспоминал Еремин. — С двигателем было в общем-то понятно, и хотелось сразу заняться моделью. Хотелось рассказать знакомым об этом происшествии. Но потом вдруг подумал: а кому здесь рассказывать? Кто поверит? Все заняты своим, едва выживают, озлоблены, пьют от безысходности… Кому все это нужно? Ну и останусь в глазах большинства местным придурком, хоть и чинил здесь многим телевизоры…
Собрал модель на ферритовом кольце диаметром 12 сантиметров. Однако нужен был генератор, чтобы поочередно зачитывать все три обмотки с высокой частотой пульсации. Такого генератора у Еремина, естественно, не было… Но уверенность, что конструкция взлетит, у него почему-то окрепла. А тут вскоре пришел вызов из Москвы на работу, и Д. И. Еремин уехал в столицу. Свое изобретение он заключил в полые алюминиевые полусферы, позаимствовав их от уличных фонарей.
— В Москве идея познакомить кого-то из специалистов с принципами работы двигателя, а главное испытать его с использованием генератора, не оставляла меня ни на час, — рассказывал Еремин. — В ведомственной гостинице-общежитии, где я жил, условий, естественно, никаких, знакомств тоже… В общем, я пошел в Министерство обороны, там, на набережной, недалеко от Кремля. Сначала мне посоветовали обратиться в отдел изобретений.
Это было в сентябре минувшего года. К Еремину вышел майор. Наверное, вид Дмитрия Ильича с алюминиевой железякой в полиэтиленовом пакете не внушил офицеру доверия. Дима не носит белых рубашек с галстуком, одевается весьма просто, непрезентабельно, а из-под ногтей, наверное, никогда не исчезнет въевшаяся чернота от металла и масел. Ну, и в разговоре не речист, даже излишне простоват. Он знал, что здесь ни в коем случае не следует говорить о пришельцах. Поэтому придерживался избранной версии, дескать, сам додумался до такой конструкции. «Дайте только генератор, сведите со специалистами…» — уговаривал он. И все же в какой-то момент Дмитрий Ильич проговорился — корабль пришельцев был упомянут как аргумент летающего объекта.
Страница 4 из 5
