Возникновение Монтаукского проекта возвращает нас в 1943 год, когда проблему невидимости для радаров изучали на борту военного корабля США «Элдридж». Поскольку «Элдридж» находился на базе ВМС в Филадельфии, связанные с этим кораблем события принято называть«Филадельфийским экспериментом».
Добавить в моё избранное
35 мин, 36 сек 17887
Очевидно, этот человек бывал здесь прежде и знал это место как свои пять пальцев. Он дал мне дополнительные сведения о характере работ, которые велись на базе, и о его собственных обязанностях. Сведения Дункана очень хорошо согласовывались с данными, собранными мною раньше. (Одно из трех похожих строений на базе. Все они имеют очень сильную центральную систему укрепления. В одном осталась табличка с предупреждением о высоком напряжении!).
Войдя в здание радиостанции, Дункан вдруг пришел в состояние транса и начал извергать потоки информации. Сведения были чрезвычайно любопытными, но мне пришлось сильно тряхнуть его, чтобы побыстрее вывести из транса. Вернувшись с Дунканом обратно в лабораторию, я попытался использовать свою аппаратуру, чтобы помочь Дункану разблокировать память. На сей раз открылись участки его памяти, свидетельствовавшие о том, что его запрограммировали. Значительный объем информации касался Монтаукского проекта.
Обнаружилось множество различных сведений, а в конце предстала шокирующая программа, всплывшая из той части его сознания, которая теперь стала осмысленной. Дункан выпалил, что его запрограммировали явиться ко мне и войти в доверие, а затем убить меня и взорвать лабораторию. Всю мою работу надлежало уничтожить полностью. Дункан оказался обработан гораздо сильнее, чем я сам.
Он поклялся, что не будет помогать тем, кто его запрограммировал, и с той поры сотрудничал со мной. Последующая работа с Дунканом позволила выйти на еще более поразительные сведения. Он участвовал в Филадельфийском эксперименте! Он рассказал, что вместе с братом Эдвардом служил в судовой команде эсминца «Элдридж»
Значительная часть этой информации раскрылась в результате моей работы с Дунканом. Я и сам начал припоминать кое-что о Монтауке и теперь не сомневался, что причастен к этому. Я только не знал, как и почему. Головоломка постепенно разъяснялась. Я понял, что Дункан оказался чрезвычайно психически восприимчивым, и через него смог подкрепить новую информацию.
Собравшись вместе, мы обсудили ситуацию и решили, что необходимо действовать. Но что предпринять? Огласить материалы? Немедленно? Обсуждение было энергичным. В июле 1986 года мы решили, что я должен отправиться в Чикаго в USPA (Психотронная ассоциация Соединенных Штатов!) и все рассказать. Так я и поступил. Этот шаг наделал много шума. Мир узнал о нас и сплотился против тех, кто не желал разоблачения истории Монтаука. Я сразу же экспромтом прочитал лекцию. Сотни людей получили информацию из первых рук, и это во многом помогло нам обезопасить себя. Теперь нас невозможно было уничтожить, не вызвав широкого скандала в обществе. По сей день я с благодарностью вспоминаю USPA, предоставившую мне возможность воспользоваться трибуной и прочитать лекцию для широкой аудитории.
Теперь мы решили довести нашу информацию до сведения правительства. Один из моих товарищей был знаком с племянником сенатора от Юго-Запада. Племянник, назовем его Ленни, работал в команде сенатора. Мы отдали сведения Ленни, а он вручил их своему дяде. Переданная нами информация включала фотокопии найденных на базе приказов, подписанных разными военными чиновниками.
Сенатор лично занялся проблемой и подтвердил, что военные специалисты действительно привлекались к работе на этой базе. Сенатор также обнаружил, что база была закрыта, покинута и поставлена на консервацию с 1969 года. Отслужив своей стране в составе военно-воздушных сил, он тем более заинтересовался, почему именно сотрудники ВВС работали на брошенной базе. И откуда поступали деньги, необходимые для реанимации базы, для проведения работ?
После просмотра наших документов и фотографий у них не оставалось сомнений в том, что база в самом деле использовалась. Они убедились, что форт Герой (название времен первой мировой войны, распространившееся на всю территорию, ставшую впоследствии базой ВВС США!) и Монтаук были оставлены действующими войсками и с 1970 года отнесены на баланс Администрации общих служб.
Сенатор активно занялся этой проблемой и несколько раз посещал Лонг-Айленд в стремлении подробнее разузнать о базе ВВС в Монтауке. Несмотря на особые полномочия, он не получил активного содействия. Чиновники ставили ему преграды и не старались отыскать интересовавшую его информацию. Он навестил меня и предупредил, что любое мое вмешательство может повредить его расследованию. Вот почему я молчал об этом до сей поры.
Завершив расследование, сенатор так и не смог обнаружить ни признаков государственного обеспечения, ни ассигнований, ни комитета надзора, ни отчетов.
Войдя в здание радиостанции, Дункан вдруг пришел в состояние транса и начал извергать потоки информации. Сведения были чрезвычайно любопытными, но мне пришлось сильно тряхнуть его, чтобы побыстрее вывести из транса. Вернувшись с Дунканом обратно в лабораторию, я попытался использовать свою аппаратуру, чтобы помочь Дункану разблокировать память. На сей раз открылись участки его памяти, свидетельствовавшие о том, что его запрограммировали. Значительный объем информации касался Монтаукского проекта.
Обнаружилось множество различных сведений, а в конце предстала шокирующая программа, всплывшая из той части его сознания, которая теперь стала осмысленной. Дункан выпалил, что его запрограммировали явиться ко мне и войти в доверие, а затем убить меня и взорвать лабораторию. Всю мою работу надлежало уничтожить полностью. Дункан оказался обработан гораздо сильнее, чем я сам.
Он поклялся, что не будет помогать тем, кто его запрограммировал, и с той поры сотрудничал со мной. Последующая работа с Дунканом позволила выйти на еще более поразительные сведения. Он участвовал в Филадельфийском эксперименте! Он рассказал, что вместе с братом Эдвардом служил в судовой команде эсминца «Элдридж»
Значительная часть этой информации раскрылась в результате моей работы с Дунканом. Я и сам начал припоминать кое-что о Монтауке и теперь не сомневался, что причастен к этому. Я только не знал, как и почему. Головоломка постепенно разъяснялась. Я понял, что Дункан оказался чрезвычайно психически восприимчивым, и через него смог подкрепить новую информацию.
Разоблачение заговора
Я еще много раз посещал Монтаук, зачастую вместе с разными людьми, имевшими к нему отношение. Наша маленькая группа начала понимать, что мы столкнулись с одним из наиболее засекреченных проектов, когда-либо проведенных в нашей стране. Мы отдавали себе отчет, что нам лучше поскорее что-то сделать с нашими открытиями. В противном случае нам грозила гибель.Собравшись вместе, мы обсудили ситуацию и решили, что необходимо действовать. Но что предпринять? Огласить материалы? Немедленно? Обсуждение было энергичным. В июле 1986 года мы решили, что я должен отправиться в Чикаго в USPA (Психотронная ассоциация Соединенных Штатов!) и все рассказать. Так я и поступил. Этот шаг наделал много шума. Мир узнал о нас и сплотился против тех, кто не желал разоблачения истории Монтаука. Я сразу же экспромтом прочитал лекцию. Сотни людей получили информацию из первых рук, и это во многом помогло нам обезопасить себя. Теперь нас невозможно было уничтожить, не вызвав широкого скандала в обществе. По сей день я с благодарностью вспоминаю USPA, предоставившую мне возможность воспользоваться трибуной и прочитать лекцию для широкой аудитории.
Теперь мы решили довести нашу информацию до сведения правительства. Один из моих товарищей был знаком с племянником сенатора от Юго-Запада. Племянник, назовем его Ленни, работал в команде сенатора. Мы отдали сведения Ленни, а он вручил их своему дяде. Переданная нами информация включала фотокопии найденных на базе приказов, подписанных разными военными чиновниками.
Сенатор лично занялся проблемой и подтвердил, что военные специалисты действительно привлекались к работе на этой базе. Сенатор также обнаружил, что база была закрыта, покинута и поставлена на консервацию с 1969 года. Отслужив своей стране в составе военно-воздушных сил, он тем более заинтересовался, почему именно сотрудники ВВС работали на брошенной базе. И откуда поступали деньги, необходимые для реанимации базы, для проведения работ?
После просмотра наших документов и фотографий у них не оставалось сомнений в том, что база в самом деле использовалась. Они убедились, что форт Герой (название времен первой мировой войны, распространившееся на всю территорию, ставшую впоследствии базой ВВС США!) и Монтаук были оставлены действующими войсками и с 1970 года отнесены на баланс Администрации общих служб.
Сенатор активно занялся этой проблемой и несколько раз посещал Лонг-Айленд в стремлении подробнее разузнать о базе ВВС в Монтауке. Несмотря на особые полномочия, он не получил активного содействия. Чиновники ставили ему преграды и не старались отыскать интересовавшую его информацию. Он навестил меня и предупредил, что любое мое вмешательство может повредить его расследованию. Вот почему я молчал об этом до сей поры.
Завершив расследование, сенатор так и не смог обнаружить ни признаков государственного обеспечения, ни ассигнований, ни комитета надзора, ни отчетов.
Страница 4 из 11
