Мы на пути к столетнему юбилею одного из самых загадочных происшествий, случившихся за всю историю земли. 30 июня исполняется 94 года со дня падения в окрестностях Красноярска Тунгусского метеорита.
Добавить в моё избранное
12 мин, 38 сек 541
На Дешембе мы разбили лагерь, и поиски начались. На второй день мы нашли старую дорогу. Новая, как уже говорилось, была перенесена на три километра в сторону. На третий день, пройдя около семи километров по дороге, на пологом склоне сопки мы обнаружили столб, вернее, ствол дерева, но без ветвей и верхушки, с вырезанным«лицом» черта и стрелкой. Круглые маленькие глаза, длинный и тонкий изогнутый нос, толстые губы и не рожки, а, скорее, напоминающие уши кота возвышенности надо лбом. Стрелка указывала вправо от дороги и была значительно темнее ствола. Кора с дерева удалена.
Стрелка компаса замерла и показывала точно на север, она не совершала каких-либо колебаний при вращении компаса, ей не нужно было «искать» направление, словно привязанная, она смотрела в одну сторону и на эксперименты с корпусом не обращала никакого внимания. Датчик определителя электромагнитного излучения светился малиновым цветом. Такого яркого свечения мы не получали даже под линиями электропередач или при непосредственном контакте с электроприборами. Из писем членов прежних экспедиций, искавших«чертово кладбище» и из рассказов местных жителей мы знали, что, выходя на край поляны, люди чувствовали в теле странную боль. Что это за боль, никто не знал, так как все сведения были получены из третьих рук. Повторю, к тому времени не осталось в живых ни одного человека из тех, кто лично подходил к поляне.
Не зная, чего нам ждать, мы решили разделиться на две группы. Одна пошла по направлению, указанному стрелкой. Другая должна была поддерживать связь и выйти на помощь в экстренном случае.
К вечеру члены первой группы начали чувствовать в теле странное ощущение. Оно походило на онемение и покалывание сразу десятком иголочек одновременно. Все также отметили нарастающее возбуждение. В десятом часу вечера мы подошли к поляне. Ее окружали черные стволы деревьев, в траве виднелись желтые и белые кости, но это не была выжженная земля, как мы знали по описаниям.
Связь прекратилась, транзистор «онемел» Темнело очень быстро, и было принято решение разбить лагерь в километре от поляны, а на следующий день начать работы…
Утром один из поисковиков не смог избавиться от онемения, распространившегося по всему телу. У второго опухли и разболелись коленные суставы. В корнях зубов была ноющая, «зудящая» боль. Все чувствовали себя плохо. У третьего члена группы что-то случилось с глазами: обзор сузился до тридцати градусов, все остальное воспринималось как белое пятно.
Так где же Тунгусский метеорит? Или не метеорит. И зачем нам все это нужно? Может, все это сделано ради эвенков, у которых почти сто лет есть чем гордиться? Они-то считают, что метеорит — восьмое чудо света. А может, он там, где двое или трое собираются во имя его. Находят себя, находят друзей, находят Эвенкию, свои песни и даже смысл жизни.
Стрелка компаса замерла и показывала точно на север, она не совершала каких-либо колебаний при вращении компаса, ей не нужно было «искать» направление, словно привязанная, она смотрела в одну сторону и на эксперименты с корпусом не обращала никакого внимания. Датчик определителя электромагнитного излучения светился малиновым цветом. Такого яркого свечения мы не получали даже под линиями электропередач или при непосредственном контакте с электроприборами. Из писем членов прежних экспедиций, искавших«чертово кладбище» и из рассказов местных жителей мы знали, что, выходя на край поляны, люди чувствовали в теле странную боль. Что это за боль, никто не знал, так как все сведения были получены из третьих рук. Повторю, к тому времени не осталось в живых ни одного человека из тех, кто лично подходил к поляне.
Не зная, чего нам ждать, мы решили разделиться на две группы. Одна пошла по направлению, указанному стрелкой. Другая должна была поддерживать связь и выйти на помощь в экстренном случае.
К вечеру члены первой группы начали чувствовать в теле странное ощущение. Оно походило на онемение и покалывание сразу десятком иголочек одновременно. Все также отметили нарастающее возбуждение. В десятом часу вечера мы подошли к поляне. Ее окружали черные стволы деревьев, в траве виднелись желтые и белые кости, но это не была выжженная земля, как мы знали по описаниям.
Связь прекратилась, транзистор «онемел» Темнело очень быстро, и было принято решение разбить лагерь в километре от поляны, а на следующий день начать работы…
Утром один из поисковиков не смог избавиться от онемения, распространившегося по всему телу. У второго опухли и разболелись коленные суставы. В корнях зубов была ноющая, «зудящая» боль. Все чувствовали себя плохо. У третьего члена группы что-то случилось с глазами: обзор сузился до тридцати градусов, все остальное воспринималось как белое пятно.
Так где же Тунгусский метеорит? Или не метеорит. И зачем нам все это нужно? Может, все это сделано ради эвенков, у которых почти сто лет есть чем гордиться? Они-то считают, что метеорит — восьмое чудо света. А может, он там, где двое или трое собираются во имя его. Находят себя, находят друзей, находят Эвенкию, свои песни и даже смысл жизни.
Страница 4 из 4
