Хотя в этой статье речь пойдет о наших современниках, невозможно не упомянуть о феномене Этьена Боттиньо, жившего на острове Маврикий во второй половине XVIII-начале XIX века. Известен он тем, что непонятным для тогдашней, да и нынешней науки образом мог за несколько суток предупредить о приходе на остров кораблей и даже определить их количество. Свой дар он назвал «наускопией», но, не сойдясь в цене с губернатором острова, так и умер, никому не раскрыв своей тайны. Правда, в письме к Марату он слегка приоткрывает над ней завесу: «Судно, приближающееся к берегу, производит определенное воздействие на атмосферу, в результате чего его приближение может быть выявлено опытным глазом, прежде чем корабль достигнет пределов видимости. Моим предсказаниям способствовали чистое небо и ясная атмосфера».
Добавить в моё избранное
3 мин, 31 сек 18680
Что парадоксально, Боттиньо вовсе не темнил: если бы эти слова были написаны лет двести спустя, они воспринимались бы как истинная правда. Еще в 70-х годах прошлого века в нашей стране на спутниковых фотоснимках, а затем и во время визуальных наблюдений космонавтов с орбиты был обнаружен любопытный эффект: за движущимся океанским лайнером в атмосфере появлялся характерный след либо в виде облачных полос, либо в виде облачных «бусин» четко повторяющих курс судна. Высота этих облаков составляла 2-5 километров, и нетрудно подсчитать, с какого громадного расстояния на острове можно было разглядеть эти признаки приближения кораблей (так, с побережья Африки можно разглядеть аналогичную по высоте вершину вулкана, находящегося на Канарских островах!).
Итак, тайна Боттиньо, казалось бы, разгадана. Увы, нет, точнее — не совсем: метеорологи полагают, что причиной образования этих облаков по трассе судна являются выбросы в атмосферу частиц отработанного дизельного топлива, которые могут выполнять роль ядер конденсации или кристаллизации водяного пара. Только вот досада: во времена Боттиньо теплоходов еще не было, а единственным источником, загрязняющим атмосферу над судном, был его камбуз. Количество выбрасываемых из его трубы частиц дыма несоизмеримо с количеством аэрозолей, образующихся в результате сжигания топлива в дизельном двигателе мощностью в тысячи лошадиных сил.
Но есть и другой факт: когда африканские колдуны хотят вызвать облака и дождь, они разжигают большой костер и бросают в него дающие много дыма ветки только им известных растений.
Тогда же, в 70-х годах прошлого века, была продемонстрирована еще одна возможность заглянуть за горизонт неинструментальными методами. Эти эксперименты провел кандидат технических наук, доцент Александр Иванович Плужников, руководитель лаборатории инженерной биолокации при Федерации инженеров СССР. В октябре 1979 года, находясь на теплоходе «Карелия» в Атлантике (водоизмещение 27 тысяч тонн, высота ходового мостика над уровнем моря 18 метров, дальность видимости горизонта с него 9 миль!), он по собственной инициативе и добровольном участии команды проверил возможность чисто биолокационным методом определить наличие встречного судна за пределами оптической видимости. Оператором с помощью двух рамок определялся пеленг на объект, находящийся за горизонтом, затем вахтенный штурман, когда такая цель фиксировалась, включал радиолокационную станцию.
В одном из первых опытов, проведенных 21 октября 1979 года, обе рамки дали пеленг прямо по курсу. Когда был включен радар, было обнаружено судно на дистанции 22,5 мили (42 километра!).
В следующем опыте рамки дали разное направление. Через 10 минут радар обнаружил два судна на дистанции 12,5 и 14 миль. Точность взятых оператором пеленгов, с учетом шквалистого ветра и рысканья на курсе, составляла около 5 градусов.
23 октября 1979 года, в полной тьме и при волнении 3 балла, оператор засек цель на курсовом углу 35 градусов. Включенный через некоторое время радар дал пеленг 35 градусов на одиночную цель на расстоянии 11 миль. Спустя 15 минут в указанном направлении был зафиксирован слабый источник света.
В те годы у науки биолокация была не в почете, и, насколько мне известно, лишь один журнал «Техника — молодежи» рискнул опубликовать сообщение об экспериментах Плужникова.
Через 20 лет другой кандидат технических наук, Виктор Исаев из Ленинграда, гостил в Англии у своего коллеги. Вместе с семьей зарубежного друга он совершал небольшое морское путешествие на его яхте. Сначала они попали в шторм, который сорвал с мачты пассивный радиолокационный отражатель. Затем, при возвращении в гавань, ветер стих, а на море опустился туман. Хозяину яхты пришлось запустить вспомогательный подвесной 5-сильный двигатель, с которым она делала не более 3-4 миль в час. В такой ситуации Исаев решил воспользоваться своим опытом биооператора, согнул Г-образный указатель из такелажной проволоки и стал выполнять роль радио-, точнее, биолокатора. Когда было обнаружено судно прямо по курсу, яхта сама изменила курс, и оператор с удивлением наблюдал, как указатель в его руках, словно стрелка компаса, поворачивается при изменении курса, продолжая точно фиксировать цель.
Впрочем, будем объективными: первые эксперименты по морской биолокации были проведены немецкими подводниками еще в 40-х годах. В начале войны немцы отставали от союзников в области радиолокации, не было и локаторов на подводных лодках. При всплытии они становились легкой добычей самолетов-торпедоносцев, так как в случае обнаружения не успевали быстро погрузиться. Гитлер распорядился оснастить лодки приемниками сигналов самолетных радаров, чтобы обнаруживать противника на гораздо большей дистанции, а пока такие приемники разрабатывались, Гиммлер выделил из состава своих институтов «Анэнербе» экстрасенсов-биооператоров для выявления загоризонтальных целей. Эти люди, имеющие эсэсовские звания, были зачислены офицерами в состав крейсерских океанских подлодок.
Итак, тайна Боттиньо, казалось бы, разгадана. Увы, нет, точнее — не совсем: метеорологи полагают, что причиной образования этих облаков по трассе судна являются выбросы в атмосферу частиц отработанного дизельного топлива, которые могут выполнять роль ядер конденсации или кристаллизации водяного пара. Только вот досада: во времена Боттиньо теплоходов еще не было, а единственным источником, загрязняющим атмосферу над судном, был его камбуз. Количество выбрасываемых из его трубы частиц дыма несоизмеримо с количеством аэрозолей, образующихся в результате сжигания топлива в дизельном двигателе мощностью в тысячи лошадиных сил.
Но есть и другой факт: когда африканские колдуны хотят вызвать облака и дождь, они разжигают большой костер и бросают в него дающие много дыма ветки только им известных растений.
Тогда же, в 70-х годах прошлого века, была продемонстрирована еще одна возможность заглянуть за горизонт неинструментальными методами. Эти эксперименты провел кандидат технических наук, доцент Александр Иванович Плужников, руководитель лаборатории инженерной биолокации при Федерации инженеров СССР. В октябре 1979 года, находясь на теплоходе «Карелия» в Атлантике (водоизмещение 27 тысяч тонн, высота ходового мостика над уровнем моря 18 метров, дальность видимости горизонта с него 9 миль!), он по собственной инициативе и добровольном участии команды проверил возможность чисто биолокационным методом определить наличие встречного судна за пределами оптической видимости. Оператором с помощью двух рамок определялся пеленг на объект, находящийся за горизонтом, затем вахтенный штурман, когда такая цель фиксировалась, включал радиолокационную станцию.
В одном из первых опытов, проведенных 21 октября 1979 года, обе рамки дали пеленг прямо по курсу. Когда был включен радар, было обнаружено судно на дистанции 22,5 мили (42 километра!).
В следующем опыте рамки дали разное направление. Через 10 минут радар обнаружил два судна на дистанции 12,5 и 14 миль. Точность взятых оператором пеленгов, с учетом шквалистого ветра и рысканья на курсе, составляла около 5 градусов.
23 октября 1979 года, в полной тьме и при волнении 3 балла, оператор засек цель на курсовом углу 35 градусов. Включенный через некоторое время радар дал пеленг 35 градусов на одиночную цель на расстоянии 11 миль. Спустя 15 минут в указанном направлении был зафиксирован слабый источник света.
В те годы у науки биолокация была не в почете, и, насколько мне известно, лишь один журнал «Техника — молодежи» рискнул опубликовать сообщение об экспериментах Плужникова.
Через 20 лет другой кандидат технических наук, Виктор Исаев из Ленинграда, гостил в Англии у своего коллеги. Вместе с семьей зарубежного друга он совершал небольшое морское путешествие на его яхте. Сначала они попали в шторм, который сорвал с мачты пассивный радиолокационный отражатель. Затем, при возвращении в гавань, ветер стих, а на море опустился туман. Хозяину яхты пришлось запустить вспомогательный подвесной 5-сильный двигатель, с которым она делала не более 3-4 миль в час. В такой ситуации Исаев решил воспользоваться своим опытом биооператора, согнул Г-образный указатель из такелажной проволоки и стал выполнять роль радио-, точнее, биолокатора. Когда было обнаружено судно прямо по курсу, яхта сама изменила курс, и оператор с удивлением наблюдал, как указатель в его руках, словно стрелка компаса, поворачивается при изменении курса, продолжая точно фиксировать цель.
Впрочем, будем объективными: первые эксперименты по морской биолокации были проведены немецкими подводниками еще в 40-х годах. В начале войны немцы отставали от союзников в области радиолокации, не было и локаторов на подводных лодках. При всплытии они становились легкой добычей самолетов-торпедоносцев, так как в случае обнаружения не успевали быстро погрузиться. Гитлер распорядился оснастить лодки приемниками сигналов самолетных радаров, чтобы обнаруживать противника на гораздо большей дистанции, а пока такие приемники разрабатывались, Гиммлер выделил из состава своих институтов «Анэнербе» экстрасенсов-биооператоров для выявления загоризонтальных целей. Эти люди, имеющие эсэсовские звания, были зачислены офицерами в состав крейсерских океанских подлодок.
Страница 1 из 2
