Наши правительственные чиновники любят признавать вину России в том, что у нас, дескать, засилье пиратских дисков с фильмами и программами. Ну не уважают такие-сякие российские варвары священное право интеллектуальной собственности! Посмотрим, будут ли наши власти последовательными — бросятся ли после заявлений питерского профессора М.А. Аникина волкодавы-правоохранители запрещать прокат фильма «Код Да Винчи» и продажу этого бестселлера...
Добавить в моё избранное
4 мин, 54 сек 12326
Выход в прокат голливудского фильма по книге Дэна Брауна «Код Да Винчи» начался со скандала. В октябре 2005 года, за полгода до запланированной даты появления фильма на экранах, иск против Random House, издателей Брауна, подали авторы другой, известной в более узких кругах книги«Святая кровь и святой Грааль» («Holy Blood, Holy Grail»!), увидевшей свет в Англии еще в 1982 году (в России она издавалась не менее двух раз, напр. «Святая кровь и святой Грааль» — ЭКСМО М, 2005 г!).
Но это еще не все. Оказывается, претензии к Дэну Брауну — и гораздо более принципиальные и существенные, чем у авторов «Святой крови» — есть и у одного российского ученого, расшифровавшего тот самый«код да Винчи» еще в 1986 году.
Михаил Александрович Аникин — кандидат искусствоведения, доцент, старший научный сотрудник Эрмитажа, поэт, член Союза писателей России. Он, собственно, и является автором термина «код да Винчи» а также автором вышедшего в 2000 году в Санкт-Петербурге научного исследования«Леонардо Да Винчи, или богословие в красках»
Он намерен подать иск против самого Дэна Брауна, так как тот не только напрямую использовал его открытие и термин, не упоминая об их подлинном авторстве, но и чудовищно исказил его идеи.
— Михаил Александрович, недавно Вы выступили по телевидению с заявлением о подаче иска против Дэна Брауна за неавторизованное использование Вашего открытия. Расскажите об этом поподробнее.
— Господин Браун познакомился с моими идеями, насколько я понимаю, через американского художника и фотографа Уильяма Стена и его товарищей, с которыми мне довелось общаться в 1998 году. Они приехали тогда в Россию, в Эрмитаж, и я общался с ними около двух недель в связи с устройством выставки, рассказывал им о своих докладах и статьях, в том числе и о коде да Винчи. Вот тогда-то в одном из разговоров Уильям Стен сказал мне, что у него в Америке есть хороший знакомый, который хочет писать исторические детективы, и что не мог бы я подсказать ему какой-нибудь интересный сюжет. Я не увидел никакого подвоха и согласился на это, чего, кстати, уже не сделал бы после бомбежек Сербии в следующем 1999 году, потому что после этих событий мое отношение к США коренным образом изменилось. Я поставил условие, что, если автор захочет воспользоваться моими идеями, — а все они к тому времени уже были опубликованы и хорошо известны в научных кругах России, — он должен будет письменно обратиться ко мне за разрешением. Господин Стен согласился, но никакого письма я так и не увидел. Я своей собственной рукой написал название детектива и набросал сюжет. Все, что касается катарской ереси, привнесено Брауном и, как я считаю, оскорбляет чувства христиан и мои лично.
— Насколько я понимаю, катарскую ересь Браун тоже «позаимствовал» но в другом хорошо известном источнике — в«Святой крови» трех британских авторов, двое из которых пытались с ним судиться? — Да. Но в отличие от меня они ничего не открыли. Они просто популяризаторы апокрифов начала Христианской эры, и не более того. Мне же, как я считаю, удалось совершить открытие очень большой значимости, как бы ни пытались это опровергать мои оппоненты, то есть раскрыть тайну Джоконды. В течение почти пяти веков тайна Джоконды оставалась неразгаданной — до тех пор пока 14 октября 1987 года на заседании отдела истории западноевропейского искусства Государственного Эрмитажа мной было показано и, как я полагаю, доказано то, что в Лувре находится не портрет какой-то женщины — современницы Леонардо Да Винчи. Перед нами аллегория Христианской Церкви. Система доказательств довольно проста, но исключительно фундаментальна. Если лицо Джоконды разделить пополам по вертикали — на правую и левую части, то в правой части мы увидим«архетип Христа» в левой — «архетип Мадонны» То есть вкупе эти два основополагающих образа европейской и византийской культуры создают аллегорию Христианской Церкви. Это подтверждается и рентгенограммой при сравнении с изображением Лика Христа на Туринской плащанице и многих вообще образов-икон. Ну и самое главное и основное — я могу сослаться на слова самого Леонардо. Попытайтесь их опровергнуть, — хочу обратиться я к оппонентам, не желающим видеть очевидное.
Вот что говорит Леонардо: «… живописец (…!) заставляет людей любить и влюбляться в картину, не изображающую вообще никакой живой женщины. Мне самому в свое время случилось написать картину, представляющую нечто божественное; ее купил влюбленный в нее и хотел лишить ее божественного вида, чтобы быть в состоянии целовать ее без опасения. В конце концов, совесть победила вздохи и сладострастие, но ему пришлось удалить ее из своего дома» В этом признании ясно просматривается известная история с Джулиано Медичи, который вначале приобрел«Джоконду» у Леонардо, а затем вернул ее мастеру. Великий художник, на мой взгляд, ясно говорит о том, что«Джоконда» — нечто божественное, а не живая женщина.
А что это — «божественное» мне удалось доказать 14 октября 1987 года в Эрмитаже.
Но это еще не все. Оказывается, претензии к Дэну Брауну — и гораздо более принципиальные и существенные, чем у авторов «Святой крови» — есть и у одного российского ученого, расшифровавшего тот самый«код да Винчи» еще в 1986 году.
Михаил Александрович Аникин — кандидат искусствоведения, доцент, старший научный сотрудник Эрмитажа, поэт, член Союза писателей России. Он, собственно, и является автором термина «код да Винчи» а также автором вышедшего в 2000 году в Санкт-Петербурге научного исследования«Леонардо Да Винчи, или богословие в красках»
Он намерен подать иск против самого Дэна Брауна, так как тот не только напрямую использовал его открытие и термин, не упоминая об их подлинном авторстве, но и чудовищно исказил его идеи.
— Михаил Александрович, недавно Вы выступили по телевидению с заявлением о подаче иска против Дэна Брауна за неавторизованное использование Вашего открытия. Расскажите об этом поподробнее.
— Господин Браун познакомился с моими идеями, насколько я понимаю, через американского художника и фотографа Уильяма Стена и его товарищей, с которыми мне довелось общаться в 1998 году. Они приехали тогда в Россию, в Эрмитаж, и я общался с ними около двух недель в связи с устройством выставки, рассказывал им о своих докладах и статьях, в том числе и о коде да Винчи. Вот тогда-то в одном из разговоров Уильям Стен сказал мне, что у него в Америке есть хороший знакомый, который хочет писать исторические детективы, и что не мог бы я подсказать ему какой-нибудь интересный сюжет. Я не увидел никакого подвоха и согласился на это, чего, кстати, уже не сделал бы после бомбежек Сербии в следующем 1999 году, потому что после этих событий мое отношение к США коренным образом изменилось. Я поставил условие, что, если автор захочет воспользоваться моими идеями, — а все они к тому времени уже были опубликованы и хорошо известны в научных кругах России, — он должен будет письменно обратиться ко мне за разрешением. Господин Стен согласился, но никакого письма я так и не увидел. Я своей собственной рукой написал название детектива и набросал сюжет. Все, что касается катарской ереси, привнесено Брауном и, как я считаю, оскорбляет чувства христиан и мои лично.
— Насколько я понимаю, катарскую ересь Браун тоже «позаимствовал» но в другом хорошо известном источнике — в«Святой крови» трех британских авторов, двое из которых пытались с ним судиться? — Да. Но в отличие от меня они ничего не открыли. Они просто популяризаторы апокрифов начала Христианской эры, и не более того. Мне же, как я считаю, удалось совершить открытие очень большой значимости, как бы ни пытались это опровергать мои оппоненты, то есть раскрыть тайну Джоконды. В течение почти пяти веков тайна Джоконды оставалась неразгаданной — до тех пор пока 14 октября 1987 года на заседании отдела истории западноевропейского искусства Государственного Эрмитажа мной было показано и, как я полагаю, доказано то, что в Лувре находится не портрет какой-то женщины — современницы Леонардо Да Винчи. Перед нами аллегория Христианской Церкви. Система доказательств довольно проста, но исключительно фундаментальна. Если лицо Джоконды разделить пополам по вертикали — на правую и левую части, то в правой части мы увидим«архетип Христа» в левой — «архетип Мадонны» То есть вкупе эти два основополагающих образа европейской и византийской культуры создают аллегорию Христианской Церкви. Это подтверждается и рентгенограммой при сравнении с изображением Лика Христа на Туринской плащанице и многих вообще образов-икон. Ну и самое главное и основное — я могу сослаться на слова самого Леонардо. Попытайтесь их опровергнуть, — хочу обратиться я к оппонентам, не желающим видеть очевидное.
Вот что говорит Леонардо: «… живописец (…!) заставляет людей любить и влюбляться в картину, не изображающую вообще никакой живой женщины. Мне самому в свое время случилось написать картину, представляющую нечто божественное; ее купил влюбленный в нее и хотел лишить ее божественного вида, чтобы быть в состоянии целовать ее без опасения. В конце концов, совесть победила вздохи и сладострастие, но ему пришлось удалить ее из своего дома» В этом признании ясно просматривается известная история с Джулиано Медичи, который вначале приобрел«Джоконду» у Леонардо, а затем вернул ее мастеру. Великий художник, на мой взгляд, ясно говорит о том, что«Джоконда» — нечто божественное, а не живая женщина.
А что это — «божественное» мне удалось доказать 14 октября 1987 года в Эрмитаже.
Страница 1 из 2
