...И поднялась тогда эта тарелка, чуть ли не с автобус величиной, и подмигивая бортовыми огнями, чуток повисела над Марьинкой, а затем куда-то напрочь исчезла. Перед этим, правда, прихватив с собой дерновину с луга, что за прудом. А еще корабль пришельцев оставил очень ясные отпечатки на земле — аккурат от трех лап, на которых он и стоял здесь. Кто из журналистов, услышав такой рассказ, не ринется на место происшествия...
Добавить в моё избранное
4 мин, 41 сек 11564
Деревня Марьинка жила себе своими повседневными заботами. Удивительный жаркий день июля 2003 года клонился к вечеру, и семейство Почкиных (их дом прямо за автобусной остановкой, и рядом с прудом, ухоженный такой, в зелени и цветах!), занималось хозяйственными делами. Нина Семеновна сор на огороде рвала, а мужики — супруг Александр, сын Альберт и зять Сергей — укладывали в небольшую копенку пахучее сено.
Мы предварительно договорились о встрече, и Нина Семеновна уже спешила к нам с огорода. В недавнем посещении инопланетян Марьинки усомнилась: — Да ладно вам, какое НЛО! Не настал их час, вот тебе крест! Я когда услышала о том, что инопланетяне еще и землю с собой забрали, к мужикам своим: а вы где дерн для омшаника брали? На то самое место они и указали, где вроде бы приземлялся корабль. Так что не было на сей раз никаких инопланетян…
— А что, были все же в Марьинке инопланетяне? — Инопланетяне не инопланетяне, а НЛО — точно!
И вот что рассказали нам супруги Почкины.
… В тот летний день они возвращались на своем стареньком «Москвиче» в Кораблино часов в восемь вечера. Как вдруг со стороны Ряжска объявился самолет. Учебный, — еще подумал Александр, не особенно вглядываясь в небо. Самолет шел над ними, потом вдруг завис. Почкины забеспокоились и высыпали из машины, а ехало их четверо: муж, жена, сын и племянница. Зависший на одном месте самолет, что совсем для него не свойственно, на глазах стал превращаться в рыбу. И цвет менял. Красный такой стал, того гляди взорвется. Нина Семеновна испугалась и сказала мужикам, чтоб назад возвращались. Но тут в небе появились еще штук пять рыб-стрел. И со стороны Кораблина, и со стороны Новоселова. Вроде бы как поговорили они друг с другом, а потом основная рыба опять стала самолетом и вскоре исчезла с глаз долой. Из других рыб-стрел получился шар. Ни звона, ни шума — ничегошеньки! Только мигалки мигают. Как спутник все равно… И он, этот шар, вскоре тоже исчез.
— А со мной много подобных историй приключается, — тихо молвила Нина Семеновна. — Я про них только своим и рассказываю. Потому что никто не верит. Вот еще случай. Я очень люблю пешком ходить. И как-то зимой говорю своим мужикам: ну, я в Кораблино, а вы давайте следом поезжайте. Иду по асфальту. Поземка такая, мелкая… И вдруг за Марьинкой, где трансформаторная будка стоит, остановилась как вкопанная. Потому что от новоселевской дороги появился шарик. И вроде бы как прыг-скок, прыг-скок по дороге! А перед этим был какой-то непонятный свист. Я еще подумала, что охотники где-то рядом. Мол, вот как хорошо, вместе теперь и до Кораблина дойдем-зашагаем…
Дошла она одна. А если точнее, то совсем и не помнит Нина Семеновна ничегошеньки после той встречи с шаром-шариком. Вроде бы только стояли — смотрели друг на друга, и вот уже она на своей площадке второго этажа дома сельхозхимии (в Марьинке у нее дача!). А ключа-то нет у нее. Потому что надеялась, что нагонят ее мужики на машине.
Мужики хоть следом и выехали, но попали домой минут на 5 позже матери. Александр еще спросил супругу: — Или кто подвез? — Да нет, пешком шла…
— Не может быть…
Рассказала она Александру, как все было-то, тот и не поверил поначалу. Как не поверил и еще в одну историю. Давайте опять дадим слово Н. С. Почкиной: — Из Кораблина до Марьинки — рукой подать. Это, если прямиком, через аэродром, лесок. Там даже дорога была, по которой ездили. Иду я как-то летом к себе на дачу. Зашла в лес. И вдруг передо мной — не то речка, не то ручей (а их отродясь у нас в Марьинском лесу не бывало!). Хотела обойти, шагнула в сторону, а ручей опять передо мной, не пускает. Вода — голубая-голубая… Глянула назад — стоит машина. Шофер и говорит: «Садись, красавица, подвезу» И где смелость взялась — ведь я никогда ни с кем на попутке не ездила. А здесь села, дверцу захлопнула. И уже под самые огороды подъезжала, как я спросила:«А вы сами-то куда едете?» «Да в Скопин» А на Скопин совсем не здесь дорога… Вылезла я, значит, поблагодарила, глянула — а машины и нет никакой.
Или еще такое было. Я, вскорости, когда, мама моя умерла, шла тоже по тропинке меж этих вот столбов электрических, — и Нина Степановна показала на ЛЭП, которая тянулась по огородам к Кораблину. — Иду, значит, я неприметной тропинкой, овес колосится, жарища летняя, на небе — ни облачка. Как вдруг передо мной стал появляться-проявляться в воздухе этак тихонечко-тихонечко чей-то портрет. Смотрю, да то мама моя! Да такая молодая. Посмотрела на меня мамка, видно, простилась в последний раз и тихо, незаметно растаяла в воздухе. А я стою, молчу, словно током пораженная. Да и вообще у нас здесь место вот, где усадьба стоит, особое, и даже молнии здесь чаще ударяют, чем в других местах. Не верите? Александр вот подтвердит.
— Это точно, — оживился супруг. — Вот не так давно вроде бы тучка не тучка, а какой ливень грянул — жуть одна! Я только и успел в гараж юркнуть, а соседка, тетя Маша, по дороге еще шла — а тут как вдарит!
Мы предварительно договорились о встрече, и Нина Семеновна уже спешила к нам с огорода. В недавнем посещении инопланетян Марьинки усомнилась: — Да ладно вам, какое НЛО! Не настал их час, вот тебе крест! Я когда услышала о том, что инопланетяне еще и землю с собой забрали, к мужикам своим: а вы где дерн для омшаника брали? На то самое место они и указали, где вроде бы приземлялся корабль. Так что не было на сей раз никаких инопланетян…
— А что, были все же в Марьинке инопланетяне? — Инопланетяне не инопланетяне, а НЛО — точно!
И вот что рассказали нам супруги Почкины.
… В тот летний день они возвращались на своем стареньком «Москвиче» в Кораблино часов в восемь вечера. Как вдруг со стороны Ряжска объявился самолет. Учебный, — еще подумал Александр, не особенно вглядываясь в небо. Самолет шел над ними, потом вдруг завис. Почкины забеспокоились и высыпали из машины, а ехало их четверо: муж, жена, сын и племянница. Зависший на одном месте самолет, что совсем для него не свойственно, на глазах стал превращаться в рыбу. И цвет менял. Красный такой стал, того гляди взорвется. Нина Семеновна испугалась и сказала мужикам, чтоб назад возвращались. Но тут в небе появились еще штук пять рыб-стрел. И со стороны Кораблина, и со стороны Новоселова. Вроде бы как поговорили они друг с другом, а потом основная рыба опять стала самолетом и вскоре исчезла с глаз долой. Из других рыб-стрел получился шар. Ни звона, ни шума — ничегошеньки! Только мигалки мигают. Как спутник все равно… И он, этот шар, вскоре тоже исчез.
— А со мной много подобных историй приключается, — тихо молвила Нина Семеновна. — Я про них только своим и рассказываю. Потому что никто не верит. Вот еще случай. Я очень люблю пешком ходить. И как-то зимой говорю своим мужикам: ну, я в Кораблино, а вы давайте следом поезжайте. Иду по асфальту. Поземка такая, мелкая… И вдруг за Марьинкой, где трансформаторная будка стоит, остановилась как вкопанная. Потому что от новоселевской дороги появился шарик. И вроде бы как прыг-скок, прыг-скок по дороге! А перед этим был какой-то непонятный свист. Я еще подумала, что охотники где-то рядом. Мол, вот как хорошо, вместе теперь и до Кораблина дойдем-зашагаем…
Дошла она одна. А если точнее, то совсем и не помнит Нина Семеновна ничегошеньки после той встречи с шаром-шариком. Вроде бы только стояли — смотрели друг на друга, и вот уже она на своей площадке второго этажа дома сельхозхимии (в Марьинке у нее дача!). А ключа-то нет у нее. Потому что надеялась, что нагонят ее мужики на машине.
Мужики хоть следом и выехали, но попали домой минут на 5 позже матери. Александр еще спросил супругу: — Или кто подвез? — Да нет, пешком шла…
— Не может быть…
Рассказала она Александру, как все было-то, тот и не поверил поначалу. Как не поверил и еще в одну историю. Давайте опять дадим слово Н. С. Почкиной: — Из Кораблина до Марьинки — рукой подать. Это, если прямиком, через аэродром, лесок. Там даже дорога была, по которой ездили. Иду я как-то летом к себе на дачу. Зашла в лес. И вдруг передо мной — не то речка, не то ручей (а их отродясь у нас в Марьинском лесу не бывало!). Хотела обойти, шагнула в сторону, а ручей опять передо мной, не пускает. Вода — голубая-голубая… Глянула назад — стоит машина. Шофер и говорит: «Садись, красавица, подвезу» И где смелость взялась — ведь я никогда ни с кем на попутке не ездила. А здесь села, дверцу захлопнула. И уже под самые огороды подъезжала, как я спросила:«А вы сами-то куда едете?» «Да в Скопин» А на Скопин совсем не здесь дорога… Вылезла я, значит, поблагодарила, глянула — а машины и нет никакой.
Или еще такое было. Я, вскорости, когда, мама моя умерла, шла тоже по тропинке меж этих вот столбов электрических, — и Нина Степановна показала на ЛЭП, которая тянулась по огородам к Кораблину. — Иду, значит, я неприметной тропинкой, овес колосится, жарища летняя, на небе — ни облачка. Как вдруг передо мной стал появляться-проявляться в воздухе этак тихонечко-тихонечко чей-то портрет. Смотрю, да то мама моя! Да такая молодая. Посмотрела на меня мамка, видно, простилась в последний раз и тихо, незаметно растаяла в воздухе. А я стою, молчу, словно током пораженная. Да и вообще у нас здесь место вот, где усадьба стоит, особое, и даже молнии здесь чаще ударяют, чем в других местах. Не верите? Александр вот подтвердит.
— Это точно, — оживился супруг. — Вот не так давно вроде бы тучка не тучка, а какой ливень грянул — жуть одна! Я только и успел в гараж юркнуть, а соседка, тетя Маша, по дороге еще шла — а тут как вдарит!
Страница 1 из 2
