Черная паутина

— Скоро.

— Вожак потрепал девчушку по лохматой голове.

— Потерпи немного.

Они шли уже третьи сутки, практически без перерыва. Усталые, голодные, но полные призрачных надежд и искреннего детского любопытства — а что же там, в городе? Практически никто не помнил каким был мир до того как его заволокла Черная Паутина. Никто, кроме Вожака. Ему было почти тринадцать. В их глазах он являлся взрослым товарищем, командиром и старшим братом. Самой младшей в их маленькой семье была Клепа. Они нашли ее три года назад, когда рискнули выбраться в один из маленьких пригородов, для того чтобы найти еды.

Зараженную, умирающую женщину, с годовалым младенцем на руках, обнаружила Белка, когда заглянула в подсобку полуразрушенного продуктового ларька. Женщину убили, а девочку, после того как удостоверились, что у нее нет Ч. П., взяли с собой.

Всего их маленький отряд насчитывал шесть голов: самый старший Вожак, затем двенадцатилетняя Белка — девочка с рыжими волосами и сильно выступающими передними резцами. Шпале — долговязому мальчишке, недавно исполнилось десять лет, Чумазому и Икоте, было семь и восемь лет, ну и конечно, всеобщая любимица, четырехлетняя Клепа. Никто из них, толком не помнил родителей, родной дом, шум работающего телевизора или радио. Все это осталось в прошлом.

Вирус, со сложным химическим названием, который в народе окрестили Черной паутиной, появился чуть больше пяти лет назад. Это была не эпидемия — пандемия! Ч. П., в рекордно короткое время (полгода) скосил практически все население Земли. Вожак, в то время восьмилетний Петр Маслов, помнил, родителей, которые метались в лихорадке: потные, полные боли лица, покрытые сеткой почерневших вен, похожих на паутину, темные круги, под затуманенными глазами, черный язык, который то и дело облизывал засохшие, потрескавшиеся губы. Все это — Черная паутина. Вожак потерял всех, в том числе и маленькую пятилетнюю сестренку. Хотя вирус был более милосерден к детям, она тоже умерла. Вожак помнил, что мама всегда говорила: у его сестры ослаблен иммунитет. Может поэтому, Ч. П. добралась и до нее?

Потом — паника, хаус, творившиеся вокруг. Мародерство. Вожак видел, как женщины и мужчины, с почерневшими уже лицами, разбивали витрины магазинов и вытаскивали на себе дорогую бытовую технику, ювелирные украшения и прочую ерунду.

— Интересно, зачем людям телевизор, если они все равно скоро умрут? — Спросил тогда восьмилетний Вожак, прижавшись лбом к оконному стеклу и разглядывающий творившееся внизу безумие. Ему никто не ответил. Родители перестали дышать несколько часов назад. Он накрыл их одеялом. С головой. Вожак видел: так делали в фильмах. Единственным звуком в пустой квартире, было громкое, хриплое, с присвистом дыхание умирающей сестры.

Когда ее не стало, Петя Маслов, собрал в рюкзак свои вещи и вышел на улицу, где практически все стихло. Почерневшие тела валялись прямо на улицах. Некоторые свисали из распахнутых окон.

— Надо отсюда уходить, малыш.

— Вожак тогда очень сильно испугался. Сильный, мужской голос, буквально пронзил безмолвное пространство.

Это был Михаил Романович. Высокий, пожилой мужчина лет шестидесяти. Он рассказал вожаку, что скоро, здесь нечем будет дышать и нужно выбираться как можно дальше от населенных пунктов. Так они и сделали. Михаил Романович посадил мальчика в люльку старенького мотоцикла и они не спеша двинулись прочь, за городскую черту. Они нашли неплохой домик, стоявший в отдалении от населенных пунктов. Он находился на самой окраине небольшой деревеньки. Михаил Романович, похоронил хозяев домика и на какое-то время, все стало более или менее хорошо.

Иногда Михаил Романович выбирался в поселок. Набирал там консервов и других долго хранящихся продуктов. Однажды он привез с собой Белку. Катю Стрижову, рыженькую чумазую девчушку в нарядном, но испачканном школьном платьице.

А из очередной своей поездки в пригород, он привез с собой Черную Паутину. Через две недели, Вожак с Белкой похоронили Михаила Романовича.

Тогда-то Петя Маслов и стал Вожаком. Постепенно в их маленькой компании, появились Шпала, Чумазый, Икота и Клепа. Взрослых на планете Земля больше не осталось.

— Вот он! Вот он — город! — Клепа радостно подпрыгивала, показывая маленькой ручкой на показавшиеся вдалеке многоэтажки.

Остальные тоже радостно выдохнули, только вожак оставался серьезен.

— В городе могут быть дикие звери. На подобие тех, что мы встречали в поселках. Только здесь их может быть намного больше. Оружие, надеюсь, никто не потерял?

Дети, весело гомоня, повытаскивали из карманов разнокалиберные ножи. Они хорошо научились управляться ими.

— Тогда вперед! — Вожак первым двинулся, к погрузившемуся в мертвую тишину, городу.

Улицы пустынны. Окна домов, глядели на сгрудившихся ребятишек, слепым, пыльным бельмом.