Супергерой

— опешил механик.

— Да если я, или ты, или эта мадам туда залезем, то от нас точно ничего не останется! Во мне центнер веса, такую биомассу хрен соберешь!

— А тридцать килограммов значит можно? — огрызнулась женщина.

— У нас нет времени! Тут уже дубак! — в доказательство механик дыхнул паром, но это вряд ли заметили.

— Система еле держится! Пацан, беги в телепорт, твоя мать нас всех убьет!

— Мама, мы умрем? — растерянно спросил мальчик.

— Не слушай этого идиота!

— Миха, это ты ее не слушай! Идем, скорее! Капитан Сатурн, помнишь?

Механик, не выдержав, двинулся к мальчику с вытянутой вперед ладонью.

— Помогите, убийца! — отчаянно вскрикнула женщина.

Она завела сына за спину и, когда механик оказался слишком близко, бросилась лупцевать его. Била насколько хватало сил, беспорядочно и исступленно, отчего мужчина моментально вскипел: яростно оттолкнул женщину прямо в стену и та, ушибив голову, осела. Пацан завизжал и метнулся к ней. В драку вмешался военный. Он ловко сократил дистанцию, увернулся от неподготовленной отмашки фонарем, цепко заблокировал руку механика и нанес ему несколько верных ударов. Фонарь выпал, гулко ударившись о стальное покрытие. Следом на полу оказался и сам механик. Военный схватил его за шкирку и потащил к телепорту.

Он позволил себе отдышаться, только когда створка захлопнулась, намекая на то, что именно механику уготована роль спасителя. Мать все это время, сидя на полу, настороженно наблюдала за военным.

— Он не будет нас спасать, — наконец, проронила она.

— После такого — точно.

— Думаю, ему и не придется, — объяснил военный, подойдя к панели управления телепортом.

— Захочет жить — даст о себе знать на том конце. Там поймут, что случилась беда, а наши координаты будут у них в телепорте. Помощь придет! — обнадежил он и довольно добавил, — Видите, как полезно думать, а не ругаться.

Женщина улыбнулась ему. Улыбка принесла легкость и надежду.

Военный тем временем навис над цифровой панелью, будто пьяный над барной стойкой, и пытался что-то ввести, но с мысли постоянно сбивал приглушенный стук в створки телепортатора — это механик подавал признаки жизни. Периодически чертыхаясь, военный тер виски и хмурился.

— Да заткнись ты! — сорвался он на особо настойчивый стук.

— Вы не знаете, что делать, не так ли? — осторожно спросила женщина, заглядывая на экран из-за плеча.

— Сейчас разберусь, дайте только подумать, — цедя раздражение, ответил мужчина.

Он вернулся к экрану, бормоча названия пунктов меню, словно молитву неведомому цифровому богу:

— Тип груза… Масса… Коэффициент, что это еще такое? Координаты… Какие у нас коор… — пытался сам у себя спросить военный, но вдруг в глазах полыхнуло, ноги стали кисельными и он рухнул на колени. Затылок почему-то медленно намокал. Он непонимающе обернулся и получил еще удар, и еще, и еще, пока беспомощно не растянулся на холодном полу.

— Простите, простите, простите… — шептала женщина, сжимая фонарь.

— Пожалуйста, простите! Но вы должны нас спасти! Вы же хороший человек! Пускай не меня, но сына, он ни в чем не виноват, — ее причитания плавно растворялись в полумраке отсека.

Военный хлопнул веками и отключился.

Он очнулся от страшного жжения во всем теле. Хотелось содрать с себя кожу, но конечности не слушались, как будто попал в муравейник в смирительной рубашке. Вокруг плавали голоса, и все казалось нереальным вязким маревом, в котором хотелось поскорее растаять, чтобы не чувствовать боль.

— Готовьте эвтаназию, — фраза колоколом громыхнула в голове.

Военный закричал, но как оказалось — лишь в мыслях. На деле он что-то прохрипел, выплюнув липкую пену, но именно этот немой вопль заставил обратить на него внимание.

— Господи, он очнулся! — восклинул кто-то.

Вокруг засуетились, но не люди, а изменчивые пятна, одно из которых пыталось громко общаться:

— Что произошло?

Военный немощно помотал головой, не совсем понимая, что от него хотят.

— Вы телепортировались с «Генуи». Зачем? Вы спасались?

Он кивнул.

— Авария? Выжившие есть?

Военный сипло вдохнул и зашелся болезненным кашлем.

— Соберитесь! Нам надо срочно знать, чтобы помочь им! — человек тряс за плечи, отчего волна боли прокатилась по всему телу и остановилась в районе живота.

Внезапно стало понятно, что ниже болеть нечему — то, что раньше было ногами, теперь походило на кашу из мяса и костей! Военный бессильно завыл.

— Еще. Есть. Выжившие? — четко выговаривая каждое слово, вновь спросил человек.

— Нет, — наконец собравшись силами, простонал военный, — только я.