У каждого происходило такое во сне, казалось, что с тобой это уже случалось, правда, давно, и ты не мог отличить фальшивка это или реальность.
Добавить в моё избранное
41 мин, 49 сек 1094
Ну да, что ты удивляешься, ты знаешь ее, ты же была здесь. Внезапный шум ломающихся листьев привлёк внимание.
Грохот… Девушка отпрянула на пол, когда увидела силуэт поднимающий голову. Ставни с пронзительным стуком ударились о раму и открылись вновь. Теперь они немного покачивались и точно выдали ее присутствие. С них незаметно отпала краска, маленькими такими кусочками.
— «Он точно меня видел, слышал… Кто это? Сторож? Просто сторож»… — с округлившимися глазами и трясущимся телом, всё ещё закрывая рот, шептала Безымянная.
Рывком встав на корточки, еле устояв, и всё ещё пошатываясь девушка подползла вновь к окну, зацепившись руками о бортик, она осторожно выглянула. На снегу, там что-то на снегу. Видно только половину, надо встать. И девушка встала, никого уже не было, хорошо. Она присмотрелась. Высунувшись наполовину и жмуря глаза от ветра, но разглядела. Дыхание прекратилось.
«Я иду за тобой, мой зайчик» В этой фразе не было обещания спасти или еще чего благородного и доброго, только угроза, да и такая знакомая. Почему она ее знает, почему даже помнит, какой голос это говорил. Таково не было, никто не ронял в ее присутствии этой фразы.
Она отпрянула от окна. Развернулась и рывком побежала к двери. Выглянула, подперев руками проем. Ничего, почему ничего. Коридор, но бесконечный, что в одну сторону просто двери, что в другую сторону. Ничего больше, ничего из того, что она видела пока шла сюда. Запомнившейся вывески «Гардероб» или поворота там дальше просто не было. Бесконечный коридор.
— «Нет, нет, пожалуйста, нет» — опустошенно зашептала девушка, не позволяя кричать, но и это не помогло, эхо усилило все сказанное ею и унесло куда-то вглубь.
Остается только запереть дверь, чем-нибудь тяжелым. Кроватью, да точно кровать, и можно комоды сверху положить. Ненадолго, но поможет. От чего она прячется, сказать Безымянная не могла, но так чувствовала. Девушка захлопнула дверь, не слыша эха за ней. Сейчас вообще ничего не было слышно, только странное посвистывание мелодии ветром, она не закрыла окно. Эта страдальческая песня вводила в уныние, но бежать к окну некогда. Безымянная метнулась к ближайшей кровати и, обойдя ее, повернувшись к двери лицом, стала толкать. А она скрипела, ее тонкие железные ножки без насадок противно скрежетали по кафелю на полу, а один раз одна из них застряла, просто провалилась в дыру, где должна была быть плитка бирюзового цвета. Но все обошлось, и девушка дотолкала койку до двери. Комоды же оказались достаточно легкими, еще бы, они же пустые.
Позади нее через какое-то время красовалась кровать с накиданными на нее комодами и другой более мене тяжелой аппаратурой. Девушка бездушно упала на постель возле окна после того как закончила баррикадирование. С нее в воздух поднялась пыль, а у Безымянной стали накатываться слёзы, хрипящее прерывистое дыхание нарушало гробовую тишину. Она не понимала, почему ей снится этот кошмар. Он запустился после произошедшей аварии в метро. Сначала она думала, что это только одна ночь, но в мозгу что-то сломалось, и диск с фильмом заел, теперь только это. Возможно, так возвращалась память, потому что она совершенно не помнила, зачем ехала, почему она ехала, куда. Ей не сказали, ведь они не знают, а она должна, но нет, ошибка, она не знает. Эти мысли кричали в голове, и от этого она хотела проснуться, но это было не возможно, сколько бы она сейчас не сжимала свои руки, сколько бы боли не причиняла себе. Вновь и вновь открывая глаза, она видела лишь грязный пол и простыни. Последнее вызвало резкую идею.
— «Точно! Если я не могу выбраться через дверь надо попытаться через окно!» — сказала девушка, вскакивая и стягивая за собой одеяло, позабыв о горе и мыслях, которые ничем не помогут.
Она рывком скинула его и стащила потрепанную ткань, затем тоже с остальными кроватями. Она умудрилась стянуть простынь и одеяло даже с дверной кровати. Она стащила это все на кровать возле окна и теперь удобно сидела сгорбившись над тканями и упорно связывала, как можно крепче, не жалея силы. Вдруг за дверью она услышала шорох, кто-то приближался… Паника подкатила к горлу и в последний раз она проверила самодельный канат и подкинула его к окну. Все еще, не уверена, выдержит ли, высота-то большая, там и ноги сломаешь и позвоночник, и легкие выбьешь, умрешь и не факт, что проснешься. Оставалось лишь то к чему его приделать, а время таяло на глазах и в дверь уже бились, а батареи как назло не было. Дверь потихоньку отъезжала, а дверь открывалась, вот уже виден свет через щель. В голове спасительно всплыл стул возле двери, точнее он стоял возле кровати. Набрав в лёгкие воздух, девушка рванула к стулу. Оттащив его, она привязала к нему конец простыни. На секунду замерев, прислушиваясь, она стояла у окна, но помотав головой, Безымянная выкинула спасательный канат и стала вылезать. Только сейчас позади двери кто-то стал скрести по железу кровати, оно мерзко рычало и билось.
Грохот… Девушка отпрянула на пол, когда увидела силуэт поднимающий голову. Ставни с пронзительным стуком ударились о раму и открылись вновь. Теперь они немного покачивались и точно выдали ее присутствие. С них незаметно отпала краска, маленькими такими кусочками.
— «Он точно меня видел, слышал… Кто это? Сторож? Просто сторож»… — с округлившимися глазами и трясущимся телом, всё ещё закрывая рот, шептала Безымянная.
Рывком встав на корточки, еле устояв, и всё ещё пошатываясь девушка подползла вновь к окну, зацепившись руками о бортик, она осторожно выглянула. На снегу, там что-то на снегу. Видно только половину, надо встать. И девушка встала, никого уже не было, хорошо. Она присмотрелась. Высунувшись наполовину и жмуря глаза от ветра, но разглядела. Дыхание прекратилось.
«Я иду за тобой, мой зайчик» В этой фразе не было обещания спасти или еще чего благородного и доброго, только угроза, да и такая знакомая. Почему она ее знает, почему даже помнит, какой голос это говорил. Таково не было, никто не ронял в ее присутствии этой фразы.
Она отпрянула от окна. Развернулась и рывком побежала к двери. Выглянула, подперев руками проем. Ничего, почему ничего. Коридор, но бесконечный, что в одну сторону просто двери, что в другую сторону. Ничего больше, ничего из того, что она видела пока шла сюда. Запомнившейся вывески «Гардероб» или поворота там дальше просто не было. Бесконечный коридор.
— «Нет, нет, пожалуйста, нет» — опустошенно зашептала девушка, не позволяя кричать, но и это не помогло, эхо усилило все сказанное ею и унесло куда-то вглубь.
Остается только запереть дверь, чем-нибудь тяжелым. Кроватью, да точно кровать, и можно комоды сверху положить. Ненадолго, но поможет. От чего она прячется, сказать Безымянная не могла, но так чувствовала. Девушка захлопнула дверь, не слыша эха за ней. Сейчас вообще ничего не было слышно, только странное посвистывание мелодии ветром, она не закрыла окно. Эта страдальческая песня вводила в уныние, но бежать к окну некогда. Безымянная метнулась к ближайшей кровати и, обойдя ее, повернувшись к двери лицом, стала толкать. А она скрипела, ее тонкие железные ножки без насадок противно скрежетали по кафелю на полу, а один раз одна из них застряла, просто провалилась в дыру, где должна была быть плитка бирюзового цвета. Но все обошлось, и девушка дотолкала койку до двери. Комоды же оказались достаточно легкими, еще бы, они же пустые.
Позади нее через какое-то время красовалась кровать с накиданными на нее комодами и другой более мене тяжелой аппаратурой. Девушка бездушно упала на постель возле окна после того как закончила баррикадирование. С нее в воздух поднялась пыль, а у Безымянной стали накатываться слёзы, хрипящее прерывистое дыхание нарушало гробовую тишину. Она не понимала, почему ей снится этот кошмар. Он запустился после произошедшей аварии в метро. Сначала она думала, что это только одна ночь, но в мозгу что-то сломалось, и диск с фильмом заел, теперь только это. Возможно, так возвращалась память, потому что она совершенно не помнила, зачем ехала, почему она ехала, куда. Ей не сказали, ведь они не знают, а она должна, но нет, ошибка, она не знает. Эти мысли кричали в голове, и от этого она хотела проснуться, но это было не возможно, сколько бы она сейчас не сжимала свои руки, сколько бы боли не причиняла себе. Вновь и вновь открывая глаза, она видела лишь грязный пол и простыни. Последнее вызвало резкую идею.
— «Точно! Если я не могу выбраться через дверь надо попытаться через окно!» — сказала девушка, вскакивая и стягивая за собой одеяло, позабыв о горе и мыслях, которые ничем не помогут.
Она рывком скинула его и стащила потрепанную ткань, затем тоже с остальными кроватями. Она умудрилась стянуть простынь и одеяло даже с дверной кровати. Она стащила это все на кровать возле окна и теперь удобно сидела сгорбившись над тканями и упорно связывала, как можно крепче, не жалея силы. Вдруг за дверью она услышала шорох, кто-то приближался… Паника подкатила к горлу и в последний раз она проверила самодельный канат и подкинула его к окну. Все еще, не уверена, выдержит ли, высота-то большая, там и ноги сломаешь и позвоночник, и легкие выбьешь, умрешь и не факт, что проснешься. Оставалось лишь то к чему его приделать, а время таяло на глазах и в дверь уже бились, а батареи как назло не было. Дверь потихоньку отъезжала, а дверь открывалась, вот уже виден свет через щель. В голове спасительно всплыл стул возле двери, точнее он стоял возле кровати. Набрав в лёгкие воздух, девушка рванула к стулу. Оттащив его, она привязала к нему конец простыни. На секунду замерев, прислушиваясь, она стояла у окна, но помотав головой, Безымянная выкинула спасательный канат и стала вылезать. Только сейчас позади двери кто-то стал скрести по железу кровати, оно мерзко рычало и билось.
Страница 3 из 12
