Сказка о любви

Так?

— Не, что Вы, Сергей Сергеевич! — тут же пошла на попятную Ольга.

— Тогда будьте добры, дослушайте для начала мое предложение относительно лечения, — продолжил Сергей Сергеевич, — смотрите, чтобы Вам было понятно, — Сергей Сергеевич достал снимок мозга Даши из истории, — видите светлое пятно на снимке?

— Да, — ответила Ольга, рассматривая не очень понятную, серую картину.

— А вот, пересекая светлое пятно, видна темная ветка. Видно?

— Да, видно.

— Это сосуд, питающий очень важную часть мозга. При детализации видна опасная близость сосуда и новообразования. Если мы в процессе операции затронем этот сосуд, самым безобидным исходом будет полная инвалидность пациента, понимаете?

Олю тут же бросило в жар. «… самым безобидным… А если не самое, то это…?».

— А не затронуть мы его просто не можем, — продолжал молодой врач, — для того, чтобы гарантированно избавить Вашу дочь от этой заразы, мы должны удалить и близлежащие ткани. Возможно, они тоже вовлечены в онкопроцесс. Оставлять пораженные клетки ни в коем случае нельзя! Рецидив будет молниеносным и с самым плохим прогнозом. А удалить их из-за сосуда мы тоже не можем, поэтому… — А что на этот счет думает заведующий? — снова перебила врача Ольга, пытаясь справиться с внезапно нахлынувшей «трясучкой».

— Глеб Миронович целиком и полностью согласен с моим планом лечения, — не выказывая никакого беспокойства, ответил Сергей Сергеевич, — так вот… — А можно с ним как-то поговорить? — переживания брали верх над здравым рассудком. Рассудок повелевал выслушать врача молча, а эмоции требовали немедленного бунта.

— Может спросить у него?

— А давайте спросим! — раздался густой, крепкий бас за спиной.

Ольга обернулась. Сзади нее стоял большущий, метра два ростом мужчина в белом халате. Абсолютно лысая голова с окладистой, наполовину седой бородой, посаженная на поистине богатырское тело, огромные, едва ли не с голову, ручища… Да этот зав больше мясник, чем врач!

— Глеб Миронович, — привстал Сергей Сергеевич.

— Сиди, сиди, Сережа, — сказал огромный доктор подрастающему поколению и снова обратился к Ольге:

— И зав Вам ответит, что целиком и полностью солидарен со своим коллегой. Потому, что Сергей Сергеевич — замечательный врач, обладающий достаточным опытом в онкологии, перспективный специалист, которого ждет, Сережа, — Глеб Миронович погрозил огромным указательным пальцем молодому врачу, словно бы предостерегая от необдуманных действий, — самое светлое будущее. И, уж если на то пошло, я считаю, что Сергей Сергеевич — лучший нейрохирург не только в нашей клинике, но и во всей области!

Молодой врач немного застеснялся, а Глеб Миронович продолжил:

— Вы выслушали план лечения от своего лечащего врача?

— Я… — что-то попыталась сказать Ольга.

— Так вот, выслушайте его для начала. А потом принимайте решение. И я Вам настоятельно не рекомендую предпринимать каких-то активных, необдуманных действий, как то, — Глеб Миронович стал загибать огромные пальцы, перечисляя предостережения:

— в срочном порядке искать другую больницу и другого врача, продавать последнее, чтобы поехать в зарубежную клинику для лечения или же вовсе обращаться к каким-то магам и колдунам. Поверьте, кроме потерянного времени Вы больше ничего не приобретете. А время в Вашем случае — самый ценный ресурс. Вам понятно?

— Понятно, — безропотно кивнула Ольга.

— Вот и замечательно! — улыбнулся наконец великан в белом халате.

— Кстати, меня зовут Глеб Миронович.

— Ольга, — тихонечко представилась Оля, на которую громогласный спич грозного на вид зава произвел отрезвляющий эффект.

— Сережа, зайди потом ко мне, — сказал молодому врачу Глеб Миронович и удалился из ординаторской.

После этого Ольга, как самая послушная отличница в школе, внимательно выслушала Сергея Сергеевича, обсудила все вопросы, касающиеся лекарств и, согласившись со всеми рекомендациями, со спокойной душой отправилась в палату к дочке. Этот грозный с виду зав произвел на Ольгу какое-то умиротворяющее впечатление. Оля показалось, что такого Врача (именно с большой буквы) любая опухоль испугается. Даже самая зловредная.

«Нихрена себе зав!» — думала по дороге к палате Ольга. Солнечный чертик.

Следующая неделя, равно, как и последующие две, стали отправной точкой в борьбе с этим гадским гадом, имени которого врачи из деликатности не называли, именуя его то новообразованием, то опухолью. Но теперь, вот сейчас, лежа с дочкой в онкологии, Оля прекрасно осознавала, с чем или с кем им приходится иметь дело.

Раньше слово «рак», произнесенное не только в отношении закуски к пиву, хоть и вызывало у Ольги некий дискомфорт, но всё же было чем-то достаточно далеким, чем-то, что вроде бы есть, но не здесь, не сейчас, не в этой жизни.