Рождество

Проповедник, у которого на одном глазу сверкнуло бельмо, восторженно продолжал:

— Я верую, братья мои! И на сегодняшнюю охоту я привел свою кровь! Входи, сынок!

Из сумрака в квартиру вошел невероятно высокий, худой парень, с заведенной, грозно пыхтящей бензопилой. Лицо его скрывала криво напяленная голова снеговика с длинным носом-морковью, должно быть, сорванная с какого-то уличного украшения.

— Папочка, я так тебя люблю,-раздался наивный детский голос,-Это будет лучшее рождество в моей жизни!-снеговик нежно обнял отца.

Проповедник на мгновение улыбнулся, но затем вновь страшно оскалился.

— Я, Ваш пастырь, призываю вас совершить очищение этой ночью! Да начнется ночь охоты! Да начнется ночь очищения!

— Да, веди нас, преподобный!-безумные голоса закричали громче.

Священник повернулся обезображенным лицом к решетке.

— Что ж, вот и пришло время!

Тут же клетка скрипнула и отворилась, одновременно пропустив через химеру весьма болезненный разряд. Словно загнанный зверь, Найджел зарычал и выпрыгнул из криво сваренных прутьев, ведомый неизвестными, древними инстинктами в сторону распахнутой входной двери.

Вслед ему донесся всё тот же грозный возглас:

— Беги, маленький кролик, прячься, пока можешь!

Двое осторожно крались по сумрачному проходу. Один был одет в грязный костюм оленя с надписью «Рудольф», а второй носил простенькую одежку, разве что на голове у него красовался бумажный пакет с прорезями для глаз. Должно быть, из какой-то местной забегаловки.

— Нет, я конечно уважаю преподобного Уэйбла, но все эти его религиозные закидоны, это уже слишком… И всё же, черт возьми, как я обожаю рождественскую охоту!-охотник, сжимающий в одной руке ружье, радостно обнял своего напарника, поправляющего пакет на голове.

Внезапно во мраке помещения промелькнула черная тень, но опытный взгляд охотника приметил ее. Раздался выстрел.

— Твою мать, я промахнулся! Какой быстрый! Ты видел его?!-Рудольф окликнул своего товарища.

— Что? Где он был? Дерьмо, я ни хрена не вижу… — Майк, твою мать, сними это убожество со своей тупой башки! Какого хрена ты опять без костюма?

Человек с пакетом из известной сети ресторанов что-то недовольно проворчал.

— Майк, кретин, я ни хрена не слышу что ты там мямлишь!-Рудольф скорчил гримасу.

Напарник разорвал пакет в области рта.

— Я говорю, мой костюм в химчистке!

В темноте вновь что-то зашуршало.

— Тихо! Он всё ещё где-то здесь… Выпусти-ка щелкунчиков… Майк достал из-за спины красный новогодний мешок и вывалил из него несколько капканов, которые тут же резво разбежались по темным уголкам коридоров. Один из них прополз мимо лифта, и едва не заметил притаившуюся в углу химеру, к которой медленно подбирались охотники.

Сделав резкий рывок, Найджел юркнул в соседний пустой проход и прошмыгнул в приоткрытую дверь давно заброшенного номера. Изможденный побегом клерк хотел было перевести дыхание, однако из туалета вышел еще один олень-охотник, старательно застегивающий ремень. Попытка выхватить оружие… но Найджел опередил его. Острые, как бритва, когти прошлись по горлу. Охотник захрипел, захлебываясь кровью, и в его руке сверкнул револьвер. Два выстрела. Брызги крови. Пара дыр в животе Найджела. Химера взвыла и, выбив дверь, тут же унеслась прочь, услышав позади себя дикие возгласы:

— Черт возьми, эта тварь прикончила Джозефа! К кому же мы теперь пойдем на рождественский ужин? Чертов ублюдок!

Раненый Найджел полз вдоль шестнадцатого этажа, оставляя на стене кровавые отпечатки. Среди бредовых видений он различил огромный белый шар, неспешно плывущий к нему. Раздался рев бензопилы. Из последних сил клерк рванул в очередную открытую квартиру и захлопнул дверь, опрокинув на неё тяжелый шкаф. Раздался визг, и лезвия бензопилы стали неумолимо прогрызаться сквозь баррикаду. Найджел обреченно сел напротив прихожей. Нет, в этом обличьи он умирать не собирается! Только не так! Дрожащей окровавленной рукой он вставил капсулу отмены программы наномашин в инъектор и всадил иглу в шею.

Найджел пришел в себя от жуткого гула над ухом. Пахло бензином. Снеговик сжимал своими длинными костлявыми пальцами бензопилу, которая казалась в его руках игрушечной. Замах… Найджел уже прощался с жизнью под голодное щелканье снующих вокруг капканов.

— Нет, сынок!-внезапно появившийся преподобный остановил руку Снеговика.

— Что такое, папочка?

Священник достал маленький фонарик и посветил на Найджела. Перед охотниками лежал совершенно обычный человек. Из раны в его животе сочилась кровь.

— Посмотри на него, сын! Он… очистился! Господь исцелил его тело и душу!

— Но, папочка,-чуть не плача взмолился здоровяк. — Я ведь ребятам обещал, что принесу им голову адского демона!