Холодная осенняя ночь грязным саваном укрыла больницу, когда я подошла к серому невзрачному зданию, ежась от ветра. Пожалуй, это единственное место в городе, где я чувствовала себя хорошо. Здесь я могла позволить себе быть естественной. Не прятать грусть за глупой улыбкой, не скрывать тяжелые годы одиночества под сеткой морщин в уголках глаз, не смущаться белых нитей в некогда золотой густой шевелюре. Здесь я становилась госпожой, королевой, богиней.
Добавить в моё избранное
5 мин, 9 сек 12623
Мы сможем поговорить. Он пригласит меня на свиданье. А я буду заботится о нем. Нет, не так, как заботилась о прочих пациентах. Я буду делать это по-настоящему.
Но я безумно ревновала. Я хотела чистых, незапятнанных чувств. Ласковых взглядов, нежных прикосновений. Замечтавшись, я не заметила, как жадно скалится мое второе я. Голодные глаза горели огнем безумия. А рука уже тянулась к карману.
«Нет!», — прокричала я мысленно, но этот крик показался мне шепотом.
«Да! Он снова будет наш. Ведь подруги всегда делятся хорошими вещами. А мы с тобой самые лучшие подруги», — пропел сиропный голос.
Я разжала ладонь. В ней лежала ампула с голубоватым раствором. Я попыталась сопротивляться, но руки уже вскрыли стеклянный контейнер и наполнили содержимым шприц.
«Оставь его мне… пожалуйста»…, — молила я, но тонкая игла уже пронзила крупную вену на мускулистой руке мужчины.
«Расслабься, дурочка, тебе понравится. Доверься мне. Нам всем это понравится. А сейчас скинь халатик и ступай к нему».
Я покорилась, и халат легким мотыльком спорхнул на кафельный пол.
«Остается лишь оседлать этого жеребца. Смотри, смотри! Видишь, он уже желает тебя!» Я видела. Концентрат виагры действовал мгновенно, и под простыней, укрывающей моего возлюбленного, уже высился гордый холм вожделения. Я сорвала покров и молниеносно погрузила в себя теплую плоть. В очередной раз я проклинала себя, что не смогла устоять перед отражением, которое в безумном экстазе плясало на всех блестящих поверхностях. Но короткий стон удовольствия прервал все проклятья, и я ватной куклой рухнула на покрытую испариной крепкую грудь. Я слушала, как стучит его сердце, и ощущала вибрации тела — он был мне благодарен. Где-то там, в призрачном мире грез и забытья, он благодарил меня и того суккуба, что жил в моей душе.
«Я же говорила, что нам всем это понравится», — блаженно заурчало отражение.
И в этот момент мы улыбнулись. Мы. Втроем.
Но я безумно ревновала. Я хотела чистых, незапятнанных чувств. Ласковых взглядов, нежных прикосновений. Замечтавшись, я не заметила, как жадно скалится мое второе я. Голодные глаза горели огнем безумия. А рука уже тянулась к карману.
«Нет!», — прокричала я мысленно, но этот крик показался мне шепотом.
«Да! Он снова будет наш. Ведь подруги всегда делятся хорошими вещами. А мы с тобой самые лучшие подруги», — пропел сиропный голос.
Я разжала ладонь. В ней лежала ампула с голубоватым раствором. Я попыталась сопротивляться, но руки уже вскрыли стеклянный контейнер и наполнили содержимым шприц.
«Оставь его мне… пожалуйста»…, — молила я, но тонкая игла уже пронзила крупную вену на мускулистой руке мужчины.
«Расслабься, дурочка, тебе понравится. Доверься мне. Нам всем это понравится. А сейчас скинь халатик и ступай к нему».
Я покорилась, и халат легким мотыльком спорхнул на кафельный пол.
«Остается лишь оседлать этого жеребца. Смотри, смотри! Видишь, он уже желает тебя!» Я видела. Концентрат виагры действовал мгновенно, и под простыней, укрывающей моего возлюбленного, уже высился гордый холм вожделения. Я сорвала покров и молниеносно погрузила в себя теплую плоть. В очередной раз я проклинала себя, что не смогла устоять перед отражением, которое в безумном экстазе плясало на всех блестящих поверхностях. Но короткий стон удовольствия прервал все проклятья, и я ватной куклой рухнула на покрытую испариной крепкую грудь. Я слушала, как стучит его сердце, и ощущала вибрации тела — он был мне благодарен. Где-то там, в призрачном мире грез и забытья, он благодарил меня и того суккуба, что жил в моей душе.
«Я же говорила, что нам всем это понравится», — блаженно заурчало отражение.
И в этот момент мы улыбнулись. Мы. Втроем.
Страница 2 из 2
