Страна вечного льда, край снега. Царство мерзлоты, где живое приспосабливается, борется за свое существование, цепляется за тонкую нить жизни. Много веков льды сковывали скалы, покрывали снега, пряча от взора посторонних. Хвойные леса, махровым платком, ласково обнимали полуостров, пытаясь согреть и сохранить ничтожные крупицы жизни. Множество мелких, быстрых горных рек, как вены, рассекали вечную мерзлоту, срываясь в водопады на конце своего пути.
Добавить в моё избранное
15 мин, 20 сек 5259
Только дикие звери иногда составляли её компанию, развлекая рассказами об увиденном ими. Королева, улыбнувшись тусклому солнцу, дотронулась пальцами до ножен, висевших на её тонкой талии. С этим кинжалом, сотворенным вместе с ней, она всемогуща. Никто и ничто не могло противостоять ей. Её воля — закон в этих землях, а люди посмели нарушить границу и осквернить земли кровью.
Как долго она искала себе слугу и сейчас, возможно, что среди воинов найдется, тот, кто сможет помочь ей не умереть от скуки. Одиночество всегда было её вечным спутником, вырывая из холодного сердца королевы редкие искры света и доброты. Эти чувства ей не нужны, как и общество других людей. Только в последнее время одиночество медленно стало убивать её, вытягивая жизнь и растворяя девушку в окружающем холоде. Чтобы не исчезнуть, ей нужен был Он. По крайней мере, Королева так думала, надеялась, и готова была ради этого пожертвовать множеством душ.
Скользя между ледяными, замерзшими деревьями по следу воинов, Королева загоняла асиров на свои владения, ближе к замку. Зная, что оттуда они точно не смогут уйти, если она сама не отпустит их. Легкая улыбка оживляла белоснежное лицо Королевы, такое же белое, как окружающий её снег. Холодная красота повелительницы зимы могла завоевать сердце любого воина, только любовь её несла одну лишь смерть… Временами, Снежная Королева покидала свои владения, наведываясь в поселения викингов. И горе тому клану, что окажется на её пути — малейшее прикосновение превращало в вековой лед все, к чему она прикасалась. Вместо оживленных, шумных человеческих поселений оставались холодные, тихие ледяные склепы, запечатавшие в себе души людей. Те, кто когда-то давно в своей жизни, повстречал Снежную Королеву и, каким-то чудом, оставался в живых, сходили с ума, рассказывая своим соплеменникам о необычайной красоты девушке, несущей с собой смерть.
Души смертных — вот что оживляло ледяные статуи созданные Королевой. Она была поистине великим скульптором. Лед и холод способен надолго запечатать суровую красоту, не уродуя её временем.
Ветер красиво развевал воздушную серебряную ткань платья королевы, со стороны казалось, что это обычное облако ледяной пыли скользит по сугробам. Мелкие горные реки, скованные льдом, как серебряные тропы, отсвечивали холодное солнце севера. Иногда тишину разрушал скрип замерзших деревьев, вой голодных волков, так почитаемых местным населением. Вечные слуги Одина, метались по безжизненным просторам, пытаясь выжить. Их покровитель насмешливо наблюдал за ними с небес и, усмехаясь, не пытался помочь животным.
Одинокий, старый ворон, заметив Королеву, громко поприветствовал свою госпожу и, неуклюже качнувшись на замерзших лапках, слетел вниз, запрыгав рядом с девушкой. Мудрость, которой он обладал, была неведома людям и только поэтому Королева терпела его присутствие. Как жаль, что тебе не ведом дар слова, — с грустью подумала Снежная Королева, посмотрев на своего спутника. Рассекая черными крыльями ледяной воздух, ворон взмыл высоко в небо, чтобы рассмотреть, что же заставило владычицу покинуть свой замок. Снежинки забивались под перья, заставляя ворона щурить подслеповатые глаза. Еще утром его разбудило странное чувство, что-то вытянуло его из теплого гнезда и швырнуло с высоты вниз. Запах крови приторно растворился в воздухе, заставив ворона подняться на крыло. Ему было ясно одно — Королева снова задумала что-то великое и голодным сегодня он не останется наверняка.
Отступление асиров переросло в бегство по лесу, негостеприимному и суровому даже для привыкших к этому северян. Утопая по пояс в сугробах они упорно продолжали пробираться вперед. Вьюга, которая началась на поле битвы, не затронула лес — тут царило безмолвие и тишина, как если бы умерли все звуки. Слышно было лишь хриплое дыхание воинов. Севард вел своих родичей, пытаясь оставить между собой и преследователями как можно большее расстояние. Впереди мелькнула фигура — вождь не успел рассмотреть кто это. В груди стало на миг тяжело. Подняв голову к небу и попросив Одина о защите, Севард повел асиров дальше.
На лес опускалась ночь, наступало время, когда оживали легенды и старинные предания. Викинги крепче сжимали в руках оружие. По-прежнему кругом была тишина, лес словно скорбел по сынам севера, пробиравшимся сквозь него.
Остановившись, на небольшой поляне, Севард осмотрел уставших соплеменников.
— Где Хуберд?
Асиры растеряно оглядывались по сторонам, а на их лицах было написано безмерное удивление.
— Я только что видел его.
— Торлаф развел руками, виновато глядя на старшего брата.
— Нужно разделиться и найти его.
— По приказу вождя асиры разбились на две группы и разошлись в стороны, медленно продвигаясь по глубокому снегу.
Они нашли его. Севард молча стоял и смотрел на то, что недавно было его соплеменником. Тело Хуберда было изуродовано, переломано, смято и выжато досуха.
Как долго она искала себе слугу и сейчас, возможно, что среди воинов найдется, тот, кто сможет помочь ей не умереть от скуки. Одиночество всегда было её вечным спутником, вырывая из холодного сердца королевы редкие искры света и доброты. Эти чувства ей не нужны, как и общество других людей. Только в последнее время одиночество медленно стало убивать её, вытягивая жизнь и растворяя девушку в окружающем холоде. Чтобы не исчезнуть, ей нужен был Он. По крайней мере, Королева так думала, надеялась, и готова была ради этого пожертвовать множеством душ.
Скользя между ледяными, замерзшими деревьями по следу воинов, Королева загоняла асиров на свои владения, ближе к замку. Зная, что оттуда они точно не смогут уйти, если она сама не отпустит их. Легкая улыбка оживляла белоснежное лицо Королевы, такое же белое, как окружающий её снег. Холодная красота повелительницы зимы могла завоевать сердце любого воина, только любовь её несла одну лишь смерть… Временами, Снежная Королева покидала свои владения, наведываясь в поселения викингов. И горе тому клану, что окажется на её пути — малейшее прикосновение превращало в вековой лед все, к чему она прикасалась. Вместо оживленных, шумных человеческих поселений оставались холодные, тихие ледяные склепы, запечатавшие в себе души людей. Те, кто когда-то давно в своей жизни, повстречал Снежную Королеву и, каким-то чудом, оставался в живых, сходили с ума, рассказывая своим соплеменникам о необычайной красоты девушке, несущей с собой смерть.
Души смертных — вот что оживляло ледяные статуи созданные Королевой. Она была поистине великим скульптором. Лед и холод способен надолго запечатать суровую красоту, не уродуя её временем.
Ветер красиво развевал воздушную серебряную ткань платья королевы, со стороны казалось, что это обычное облако ледяной пыли скользит по сугробам. Мелкие горные реки, скованные льдом, как серебряные тропы, отсвечивали холодное солнце севера. Иногда тишину разрушал скрип замерзших деревьев, вой голодных волков, так почитаемых местным населением. Вечные слуги Одина, метались по безжизненным просторам, пытаясь выжить. Их покровитель насмешливо наблюдал за ними с небес и, усмехаясь, не пытался помочь животным.
Одинокий, старый ворон, заметив Королеву, громко поприветствовал свою госпожу и, неуклюже качнувшись на замерзших лапках, слетел вниз, запрыгав рядом с девушкой. Мудрость, которой он обладал, была неведома людям и только поэтому Королева терпела его присутствие. Как жаль, что тебе не ведом дар слова, — с грустью подумала Снежная Королева, посмотрев на своего спутника. Рассекая черными крыльями ледяной воздух, ворон взмыл высоко в небо, чтобы рассмотреть, что же заставило владычицу покинуть свой замок. Снежинки забивались под перья, заставляя ворона щурить подслеповатые глаза. Еще утром его разбудило странное чувство, что-то вытянуло его из теплого гнезда и швырнуло с высоты вниз. Запах крови приторно растворился в воздухе, заставив ворона подняться на крыло. Ему было ясно одно — Королева снова задумала что-то великое и голодным сегодня он не останется наверняка.
Отступление асиров переросло в бегство по лесу, негостеприимному и суровому даже для привыкших к этому северян. Утопая по пояс в сугробах они упорно продолжали пробираться вперед. Вьюга, которая началась на поле битвы, не затронула лес — тут царило безмолвие и тишина, как если бы умерли все звуки. Слышно было лишь хриплое дыхание воинов. Севард вел своих родичей, пытаясь оставить между собой и преследователями как можно большее расстояние. Впереди мелькнула фигура — вождь не успел рассмотреть кто это. В груди стало на миг тяжело. Подняв голову к небу и попросив Одина о защите, Севард повел асиров дальше.
На лес опускалась ночь, наступало время, когда оживали легенды и старинные предания. Викинги крепче сжимали в руках оружие. По-прежнему кругом была тишина, лес словно скорбел по сынам севера, пробиравшимся сквозь него.
Остановившись, на небольшой поляне, Севард осмотрел уставших соплеменников.
— Где Хуберд?
Асиры растеряно оглядывались по сторонам, а на их лицах было написано безмерное удивление.
— Я только что видел его.
— Торлаф развел руками, виновато глядя на старшего брата.
— Нужно разделиться и найти его.
— По приказу вождя асиры разбились на две группы и разошлись в стороны, медленно продвигаясь по глубокому снегу.
Они нашли его. Севард молча стоял и смотрел на то, что недавно было его соплеменником. Тело Хуберда было изуродовано, переломано, смято и выжато досуха.
Страница 2 из 5
