Книга

Окинул взглядом страницу и приступил к чтению истории, которая, в принципе, началась с того самого момента, как в дом одного коллекционера старинных книг пришёл странный гость. Сказав, что по делу очень важному и интересному, посетитель снял мокрую куртку и сел в предложенное кресло. Но начать свой рассказ странный человек не спешил. Тянул, задавал глупые вопросы о погоде и новых фильмах. Пришлось напомнить о спешке. Время было позднее и совсем не хотелось выслушивать всякий бред. Тем более, что дождь за окном продолжал лепетать колыбельную, вызывая просто ужасное желание бросить все занятия и забраться под тёплое одеяло. Посетитель невесело кивнул и вынул из пакета книгу. Это было действительно стоящее издание. Потёртая кожа пахла почему-то корицей. Видимо, долгое время этот уникальный экспонат хранился рядом со специями, а вовсе не на книжной полке. Взять старинное произведение не удалось, так как владелец торопливо придвинул его к себе.

— Прошу об одном… Мне очень нужны деньги, я продам эту штуку по детской цене… Дам телефон свой, но… Не открывайте её здесь при мне. Хорошо? Пожалуйста! У меня проблемы, а если ещё раз на неё взгляну — могу не удержаться и передумать. Просто это дорого для меня, а надо поступить именно так. Или я опять влипну.

Странное предложение. К тому же визитёр даже не смотрел в глаза, словно боясь чего-то. И так сразу перешёл к дружескому обращению, словно знали друг друга тысячу лет. Это несколько коробило. Поэтому хотелось отказать, однако предмет на вид не просто редкий. Это было что-то уникальное. Опытный взгляд сразу уловил все особенности. Состояние прекрасное, а сколько лет… Судя по всему, уж очень много. Даже толстенная шкура животного, которое было сложно угадать с первого взгляда, протёрлась насквозь у корешка. Явно, следовало смириться со столь странной манерой поведения. Иначе, есть риск, что прямо из рук уйдёт такой предмет, которому просто нет цены.

— И сколько же?

— Пять сотен. Всего пять сотен… Только прямо сейчас! Понимаешь? — странно, но последнее прозвучало не столь уж и напористо. Словно б, если это окажется невозможным, условия можно и поменять. Вот только смысл? Это очень напоминало какую-то игру… Рулетку? Сумма незначительная, есть риск её потерять, но шанс выиграть нечто совершенно бесценное. А если что… Дальше играть никто и не предлагает.

— Откуда привёз? Хотелось бы узнать хоть что-то, — спокойно перешёл к торгам собеседник и закурил, продолжая рассматривать предложенное.

— Не поверишь! Купил у одного крестьянина. За всю свою очень долгую жизнь этот чудак даже не раскрыл её! Представляешь? Забыл на полке и всё! А я приобрёл за сущие гроши лишь из-за неведения этого дуралея!

И снова нет искренности… Да ладно. Можно и в архивах покопаться. Где-то кто-то уж точно должен был упоминать о ней. Не могли же никогда её и никто не видеть? Даже торговаться не стали. Просто и быстро, словно на рынке покупаешь хлеб. Затем продавец торопливо накинул верхнюю одежду и направился к выходу. Никаких колебаний. Более того… Радость едва сдерживалась за стеклом толстых очков. И вдруг вздохнул и чуть слышно спросил:

— А можно мне бумагу и карандаш? Кое-что написать… Вдруг не дозвонитесь, а будут вопросы?

Предложение приятное: следовательно, не боится, что полученную сумму потребуют обратно. Писать стал прямо в дверях на подоконнике, несмотря на неудобства и необходимость опасаться колючек молочая, росшего там. А затем вылетел из дома буквально бегом. Оставив в полной растерянности. И вот… тихо тикающие часы в шкафу единственные нарушают покой. «Необходимо бороться с недоверием», — пронеслось в мозгу. Вот теперь следовало раскрыть новое приобретение и понять, насколько оно стоящее. Всё возможно. Может быть, всё подделка и номер странного человека не ответит.

Аромат произведения человеческих рук немного волновал. Но, растворив загадочную дверь в мир древней литературы, пришлось облегчённо вздохнуть. Это было именно то, о чём может только мечтать в самых своих тайных грёзах любой коллекционер. На листах, сделанных из чего-то непривычного, пожелтевшего много веков назад, с трудом различались неизвестные буквы. Это завораживало и манило, словно самое прекрасное сокровище. Вдруг одолело грандиозное желание понять смысл увиденного. Язык был незнаком, однако напоминал что-то из восточных диалектов. Переполненный любопытством, новый обладатель бросился на поиски словарей. Как ни странно, но название оказалось вполне доступно для столь неумелого переводчика. «Книга судеб». Это пугало и завораживало. Видимо, это был какой-то незнакомый до сих пор старинный трактат по философии, каким-то чудом сумевший избежать известности, закопавшись в недрах шкафов и сараев, совсем не знакомых со смыслом рукописи. Желание знать стало заполнять все мысли, все чувства. За окном снова пошёл дождь. Пришлось прибегнуть к компьютеру. Начать лихорадочные поиски подходящих материалов для перевода.