Взгляни на себя! Ты отвратительна мне: мерзость, грязь. Твои ноги не достойны ступать на землю! Радуйся, что ходить не можешь, самое достойное тебя — пресмыкаться. Скройся от света, мерзка тварь, ты не должна появляться перед человеческим взором. Богиня сделала хорошо, придав тебе вид мерзости, которой ты являешься. Не смотри на меня! Не смотрит!«Она отвернулась от колодца и вскинула руки к лицу.»
Добавить в моё избранное
5 мин, 39 сек 5168
Запах крови козлёнка перебил другой, она не учуяла его сразу. Так пахнет кровь, но не животного.
— Сфено… Эвриала… Что-то будто лопнуло, как натянутая плёнка, в её голове, кровь отхлынула от лица.
Они лежали рядом на камне, побуревшем от крови. Их обезглавили сонными, их тела кто-то разрезал, словно боялся, что будет недостаточно отсечь им головы.
— Сестрёнки… Ёе руки затряслись.
— Нет. Нет. Нет-нет-нет-нет-нет… Она рассмеялась, резко оборвав смех, подняла одну голову, поставила на камень, потянулась ко второй, отдёрнула и сжала дёрнувшиеся руки. Губы снова дёрнулись в улыбке.
Запах.
Он ещё внутри. Он пошёл дальше, когда расправился с ними, он искал её.
Она скользнула ко входу, подхватив колчан с земли.
Темнота как занавес сомкнулась у неё за спиной. Едва слышный шорох чешуи по каменному полу. Дыхание лёгкое, как тень. Взгляд в темноту.
Где ты? Ты здесь?
Слышу.
Она двумя пальцами оттянула тетиву. Короткий звон и тупой звук удара — стрела застряла в щите. Топот от колонны через зал. Она выхватила вторую стрелу и послала вслед первой, услышав, как она клюнула камень. Снова быстрые шаги. Он возник из темноты, разрезав воздух мечом. Мелькнул змеиный хвост, и меч высек искры из камня. Шипение змей, оскал острых клыков. Красная полоса на белой коже, вскрик, полный боли.
Она выпустила лук и метнулась в сторону, растворившись в темноте. Его тяжёлое дыхание совсем близко, так близко, что кажется, она может почувствовать смрад.
Рывок в сторону. Хвост щёлкнул пустоту, в ответ сверкнуло солнечным зайчиком лезвие. Она извернулась, выгнувшись дугой, лезвие ударило по чешуе, из колчана посыпались стрелы. Тонкая рука зацепила лук. Змеиная тень растворилась среди теней.
Кто вручил ему этот меч и щит, кто дал способ добраться сюда незамеченным?
За что, могучие боги?
Лопатками вжавшись в камень, она почти не дышала, прижимая ладонь к животу, а из под пальцев бежала кровь, во мраке казавшаяся чёрной, как вода в колодце.
Её взгляд напряжённо ищет его глаза, но наталкивается нас стрелу, лежащую у подножья колонны.
Бросок!
За её спиной топот и лязг металла. Она скользнула в проход между колонн, пальцы сжались на древке. Поворот головы, тяжёлый выдох, резкий запах пота, смешавшийся с запахом сырости и земли. Кольца хвоста взметнулись в тщетной попытке заслониться. Глаза широко распахнулись.
Зеркало щита отразило лицо девушки в обрамлении шипящих кобр.
«Обманщик».
Голова её полетела на пол.
Он наклонился, — кобры зашипели, и он едва успел отдёрнуть руку. Через минуту они уже утихли, и он засунул голову в мешок.
— Сфено… Эвриала… Что-то будто лопнуло, как натянутая плёнка, в её голове, кровь отхлынула от лица.
Они лежали рядом на камне, побуревшем от крови. Их обезглавили сонными, их тела кто-то разрезал, словно боялся, что будет недостаточно отсечь им головы.
— Сестрёнки… Ёе руки затряслись.
— Нет. Нет. Нет-нет-нет-нет-нет… Она рассмеялась, резко оборвав смех, подняла одну голову, поставила на камень, потянулась ко второй, отдёрнула и сжала дёрнувшиеся руки. Губы снова дёрнулись в улыбке.
Запах.
Он ещё внутри. Он пошёл дальше, когда расправился с ними, он искал её.
Она скользнула ко входу, подхватив колчан с земли.
Темнота как занавес сомкнулась у неё за спиной. Едва слышный шорох чешуи по каменному полу. Дыхание лёгкое, как тень. Взгляд в темноту.
Где ты? Ты здесь?
Слышу.
Она двумя пальцами оттянула тетиву. Короткий звон и тупой звук удара — стрела застряла в щите. Топот от колонны через зал. Она выхватила вторую стрелу и послала вслед первой, услышав, как она клюнула камень. Снова быстрые шаги. Он возник из темноты, разрезав воздух мечом. Мелькнул змеиный хвост, и меч высек искры из камня. Шипение змей, оскал острых клыков. Красная полоса на белой коже, вскрик, полный боли.
Она выпустила лук и метнулась в сторону, растворившись в темноте. Его тяжёлое дыхание совсем близко, так близко, что кажется, она может почувствовать смрад.
Рывок в сторону. Хвост щёлкнул пустоту, в ответ сверкнуло солнечным зайчиком лезвие. Она извернулась, выгнувшись дугой, лезвие ударило по чешуе, из колчана посыпались стрелы. Тонкая рука зацепила лук. Змеиная тень растворилась среди теней.
Кто вручил ему этот меч и щит, кто дал способ добраться сюда незамеченным?
За что, могучие боги?
Лопатками вжавшись в камень, она почти не дышала, прижимая ладонь к животу, а из под пальцев бежала кровь, во мраке казавшаяся чёрной, как вода в колодце.
Её взгляд напряжённо ищет его глаза, но наталкивается нас стрелу, лежащую у подножья колонны.
Бросок!
За её спиной топот и лязг металла. Она скользнула в проход между колонн, пальцы сжались на древке. Поворот головы, тяжёлый выдох, резкий запах пота, смешавшийся с запахом сырости и земли. Кольца хвоста взметнулись в тщетной попытке заслониться. Глаза широко распахнулись.
Зеркало щита отразило лицо девушки в обрамлении шипящих кобр.
«Обманщик».
Голова её полетела на пол.
Он наклонился, — кобры зашипели, и он едва успел отдёрнуть руку. Через минуту они уже утихли, и он засунул голову в мешок.
Страница 2 из 2
