Накинув куртку, я быстро спустился во двор. Димка ждал меня возле парадной, сидя с ногами на обшарпанной скамейке и нервно теребя в руках пакетик с чипсами…
Добавить в моё избранное
11 мин, 9 сек 19598
Увидев меня, он резко вскочил на ноги. Пакетик тут же полетел в переполненную урну.
— Ну, что? Идем?
Я коротко кивнул. Мы быстрым шагом направились к автобусной остановке.
Стояла необычайно холодная поздняя осень, и обильно покрывавшие дорогу сухие листья блестели в лучах случайно выглянувшего солнца хрусталиками инея. Морозный воздух щипал лицо, а изо рта при дыхании шел пар.
— Где Катя? — спросил я, прикрывая ладонями успевшие замерзнуть уши. Жаль, шапку не захватил. Все эта проклятая спешка.
— Она уже там, — ответил Димка.
— Пытается самостоятельно определить степень сложности ситуации.
— Вот, дура!— я в сердцах сплюнул на крышку люка.
— Вот куда она лезет? А?
— Она ведь первая их обнаружила, — попытался оправдать девчонку Димка.
— И что? Можно теперь и в огонь прыгать? — я никак не мог успокоиться.
— Ладно. Сядем в автобус, я с ней поговорю.
Прождали мы общественный транспорт минут двадцать. Маршрутки, и те как назло не желали останавливаться, набитые до отказа людьми издевательски торжественно проезжали мимо. У меня уже успели отмерзнуть все открытые части тела, когда к остановке не спеша подполз старый потрепанный автобус, и мы с облегчением прямо-таки влетели в более-менее теплый салон.
Народа было не много. Однако все сидячие места оказались заняты. Привалившись спиной к заиндевевшему окну, я закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться.
Катя долго не откликалась. Спустя какое-то время у меня в голове возник ее взволнованный голос:
«Да, Макс. Я тебя слышу, но тут такой шум. Соседи собрались милицию вызывать».
«Что у тебя сейчас происходит? Можешь подробно объяснить?» Она на несколько секунд замолчала. Видимо, сказывалась нервная обстановка. Затем Катя заговорила вновь:
«Мужчина и женщина. Не молодые. У женщины проявились довольно сильные задатки, о которых и не догадывалась. Недавно началась очередная ссора с мужем, и в эмоциональном порыве она его умертвила. Потом, осознав содеянное, впала в панику, пытаясь поднять бездыханное тело. И знаешь, подняла. Но, к ее ужасу это был уже не человек. Приезжайте — сами все увидите».
«Ты только сама не лезь», — предупредил я девчонку. — Ни в коем случае не вмешивайся. Пассивно наблюдай. Мы уже скоро будем«.»
«Я уже не ребенок, Макс», — обиженным голосом проговорила она. — Сама знаю, когда как поступить«.»
«Только не глупи»! — успел бросить я, прежде чем Катька заблокировала мой канал. И разве это не ребенок?
Я открыл глаза и тяжело вздохнул.
— Ну и как? — Димка вопросительно смотрел на меня.
— Хоть бы мать пожалела, раз своей головы на плечах нет, — махнул я рукой.
— Успеть бы… Нужную «высотку» мы нашли довольно быстро, ведомые Катиным маячком. Вот парадная, как всегда закрытая кодовым замком. Особо не напрягаясь, Димка быстро открыл дверь.
В холле света не было, видимо, перегорела лампочка, но нас это нисколько не волновало, так как учились видеть совсем в другом спектре. Подойдя к лифту, я безрезультатно понажимал мертвую кнопку вызова. Судя по остаточным всполохам энергоконтуров, жильцы уже несколько дней ходят по лестнице пешком. Ну, ничего. Мы молодые, поднимемся и без лифта. Не высоко идти, всего-то десятый этаж.
Многозначительно переглянувшись, мы потопали вверх по пыльной темной лестнице. Но уже на седьмом этаже Димка в изнеможении сел на ступеньку и, хватая ртом воздух, проговорил:
— Ты как хочешь, Макс, а я ухожу в тень.
После этих слов он прислонился спиной к стене, прикрыл глаза и моментально исчез в неожиданно возникшем позади него черном водовороте. Спустя секунду все стало как прежде, за исключением осиротевшей ступеньки.
Меня всего передернуло. Все никак не могу привыкнуть со стороны наблюдать эту жуткую картину. Когда сам уходишь, то ощущения совсем другие.
— Слабак, — пробормотал я, прекрасно осознавая, что Димка меня сейчас слышит. Чувствую его присутствие. Хоть и находится он в ином состоянии, но отследить его могу без труда. А вот стоит ли на это тратить силы?
Опрокинув стоящую на полу консервную банку-пепельницу, я, помчался дальше. Быстро преодолел оставшиеся этажи. Перед дверью в обозначенную квартиру остановился, созерцая, как маячок медленно рассасывается на пластиковой облицовке, втягиваясь внутрь нее черными потоками. Хорошие Катька маяки делает, нечего сказать.
Затаив дыхание, я прислушался к звукам, доносившимся из квартиры. Ничего определенного, только звон бьющейся посуды, да громкие женские крики. Хотя, есть еще что-то… Какое-то невнятное бормотание, разобрать которое не представляется возможным.
Неожиданно я услышал на лестнице топот чьих-то ног. Сюда быстро поднимались двое, возможно, судя по характерному звуку сапог, сотрудники милиции. Быстро они, однако… — Какой этаж?
— Ну, что? Идем?
Я коротко кивнул. Мы быстрым шагом направились к автобусной остановке.
Стояла необычайно холодная поздняя осень, и обильно покрывавшие дорогу сухие листья блестели в лучах случайно выглянувшего солнца хрусталиками инея. Морозный воздух щипал лицо, а изо рта при дыхании шел пар.
— Где Катя? — спросил я, прикрывая ладонями успевшие замерзнуть уши. Жаль, шапку не захватил. Все эта проклятая спешка.
— Она уже там, — ответил Димка.
— Пытается самостоятельно определить степень сложности ситуации.
— Вот, дура!— я в сердцах сплюнул на крышку люка.
— Вот куда она лезет? А?
— Она ведь первая их обнаружила, — попытался оправдать девчонку Димка.
— И что? Можно теперь и в огонь прыгать? — я никак не мог успокоиться.
— Ладно. Сядем в автобус, я с ней поговорю.
Прождали мы общественный транспорт минут двадцать. Маршрутки, и те как назло не желали останавливаться, набитые до отказа людьми издевательски торжественно проезжали мимо. У меня уже успели отмерзнуть все открытые части тела, когда к остановке не спеша подполз старый потрепанный автобус, и мы с облегчением прямо-таки влетели в более-менее теплый салон.
Народа было не много. Однако все сидячие места оказались заняты. Привалившись спиной к заиндевевшему окну, я закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться.
Катя долго не откликалась. Спустя какое-то время у меня в голове возник ее взволнованный голос:
«Да, Макс. Я тебя слышу, но тут такой шум. Соседи собрались милицию вызывать».
«Что у тебя сейчас происходит? Можешь подробно объяснить?» Она на несколько секунд замолчала. Видимо, сказывалась нервная обстановка. Затем Катя заговорила вновь:
«Мужчина и женщина. Не молодые. У женщины проявились довольно сильные задатки, о которых и не догадывалась. Недавно началась очередная ссора с мужем, и в эмоциональном порыве она его умертвила. Потом, осознав содеянное, впала в панику, пытаясь поднять бездыханное тело. И знаешь, подняла. Но, к ее ужасу это был уже не человек. Приезжайте — сами все увидите».
«Ты только сама не лезь», — предупредил я девчонку. — Ни в коем случае не вмешивайся. Пассивно наблюдай. Мы уже скоро будем«.»
«Я уже не ребенок, Макс», — обиженным голосом проговорила она. — Сама знаю, когда как поступить«.»
«Только не глупи»! — успел бросить я, прежде чем Катька заблокировала мой канал. И разве это не ребенок?
Я открыл глаза и тяжело вздохнул.
— Ну и как? — Димка вопросительно смотрел на меня.
— Хоть бы мать пожалела, раз своей головы на плечах нет, — махнул я рукой.
— Успеть бы… Нужную «высотку» мы нашли довольно быстро, ведомые Катиным маячком. Вот парадная, как всегда закрытая кодовым замком. Особо не напрягаясь, Димка быстро открыл дверь.
В холле света не было, видимо, перегорела лампочка, но нас это нисколько не волновало, так как учились видеть совсем в другом спектре. Подойдя к лифту, я безрезультатно понажимал мертвую кнопку вызова. Судя по остаточным всполохам энергоконтуров, жильцы уже несколько дней ходят по лестнице пешком. Ну, ничего. Мы молодые, поднимемся и без лифта. Не высоко идти, всего-то десятый этаж.
Многозначительно переглянувшись, мы потопали вверх по пыльной темной лестнице. Но уже на седьмом этаже Димка в изнеможении сел на ступеньку и, хватая ртом воздух, проговорил:
— Ты как хочешь, Макс, а я ухожу в тень.
После этих слов он прислонился спиной к стене, прикрыл глаза и моментально исчез в неожиданно возникшем позади него черном водовороте. Спустя секунду все стало как прежде, за исключением осиротевшей ступеньки.
Меня всего передернуло. Все никак не могу привыкнуть со стороны наблюдать эту жуткую картину. Когда сам уходишь, то ощущения совсем другие.
— Слабак, — пробормотал я, прекрасно осознавая, что Димка меня сейчас слышит. Чувствую его присутствие. Хоть и находится он в ином состоянии, но отследить его могу без труда. А вот стоит ли на это тратить силы?
Опрокинув стоящую на полу консервную банку-пепельницу, я, помчался дальше. Быстро преодолел оставшиеся этажи. Перед дверью в обозначенную квартиру остановился, созерцая, как маячок медленно рассасывается на пластиковой облицовке, втягиваясь внутрь нее черными потоками. Хорошие Катька маяки делает, нечего сказать.
Затаив дыхание, я прислушался к звукам, доносившимся из квартиры. Ничего определенного, только звон бьющейся посуды, да громкие женские крики. Хотя, есть еще что-то… Какое-то невнятное бормотание, разобрать которое не представляется возможным.
Неожиданно я услышал на лестнице топот чьих-то ног. Сюда быстро поднимались двое, возможно, судя по характерному звуку сапог, сотрудники милиции. Быстро они, однако… — Какой этаж?
Страница 1 из 4
