Маленькая девочка сидела на высоком стуле перед целой коллегией людей в белых халатах. Ее ярко освещали лампы, хотя остальное помещение было затемнено. Девочка сидела, обняв маленького игрушечного медведя и что-то тому рассказывала. Доктора немного поворчали, а потом одернули ее...
Добавить в моё избранное
5 мин, 1 сек 3257
— Лучше отвечай на наши вопросы, хорошо?
— Ладно, — кивнула девочка, ничуть не расстроенная тем, что ее диалог с медведем столь нагло прервали.
— Итак, расскажи нам еще раз про своих друзей. Кто они, как выглядят, что тебе говорят.
— Хорошо! А с кого начинать?
— А с кого хочешь, только не торопись, мы будем тебя очень внимательно слушать, хорошо?
— Ага.
Девочка немного подумала и спросила:
— А ничего, что они тут?
— Кто тут? — не понял главный доктор.
— Мои друзья, — пожала плечами девочка, — они же могут обидеться… — Ничего страшного, можешь сказать им, чтобы они на нас обижались, это ведь не ты сама рассказываешь, а мы тебя попросили.
— А. Хорошо, — улыбнулась девочка, спросила у своего медведя что-то еще и начала.
— Тогда я начну с Круэлти. Он очень высокий и худой, хотя он постоянно горбится. У него волосы, словно черная щетка, когда он сердит, то начинает смеяться. Он смотрит прямо, никогда глаза не отводит — они у него странные без белого, полностью черные. А еще он часто носит с собой чемодан. Такой небольшой. Он часто рассказывает мне сказку о старом инквизиторе. Только я не знаю, кто такой инквизитор… Ревенжи маленькая, но тоже худенькая, у нее белые волосы и глаза такие, будто сейчас заморозит. Она очень холодная, а руки у нее горячие. Когда мне холодно, она меня греет своими руками. И всегда молчит. Ангер… — Кто?
— Ан-гер, — повторила девочка, — у нее очень длинные руки. Раза в два длиннее, чем у других людей. И она слепа — глаза совсем белые. Даже на предметы иногда натыкается. И волосы у нее черные и длинные — запутанные, она не хочет их расчёсывать, говорит, что ей не важно как она выглядит. И вообще ей ничего не важно. Она всегда говорит очень быстро и иногда непонятно. Читин выглядит ребенком, хотя он ненамного младше остальных. У него один глаз зеленый, а другой синий, а волосы светлые. Он говорит очень тихо, но его всегда очень хорошо слышно. Даже я его иногда не вижу, а иногда он появляется словно из ниоткуда. У него маленький горбик есть, только он его прячет, стесняется, наверное. Он мне подсказывает, что нужно говорить, когда я не знаю ответа. Он вообще мне очень сильно помогает. Он говорит, что ему это нравится, но я ему не верю. Он — красивый, несмотря на рост, он очень красивый. И страшный. Есть еще Хатред, он очень похож на Ангер, только руки не такие длинные и он наполовину зряч. Наверное, они брат и сестра. Хатред больше Ангер и иногда разговаривает с Читином, только я не понимаю о чем они говорят. Читин меня защищает, он разговаривает со мной и помогает видеть людей не такими, каким их видят остальные. Он говорит, что каждый человек может быть настоящим, только если кого-то ненавидит. Это правда?
— Ты лучше продолжай, — замялся профессор.
— Хорошо. Мой мишка сказал, чтобы про него я в последнюю очередь рассказала. Так правильно?
— Как захочешь.
— Хорошо. Есть Энви. У него длинные волосы, он не мальчик, и не девочка. Он очень красивый, еще красивее Читина, только Читину все равно, а Энви очень любит, когда ему говорят что он красивый. Он вообще очень любит когда о нем говорят. И со мной тоже говорит только о себе. Иногда он говорит о других, но только гадости. Иногда он дерется с Хатредом, но чаще они друг на друга внимания не обращают. А вот когда они вместе что-то замышляют, тогда может быть совсем нехорошо. Иногда и очень плохо.
— В чем разница между нехорошо и очень плохо?
— Когда не очень хорошо — кто-нибудь падает и расшибает коленку, а когда очень плохо, то навсегда уходит. Мама говорит, что тогда уходят далеко на небо, ждать, когда придет добрый дядя и всех накажет. Я не хочу, чтобы он приходил, потому что он и меня накажет — так мама сказала. И я не понимаю, если тот дядя добрый, то почему он будет всех наказывать? Мама говорит, что это потому, что он хочет, чтобы все стали хорошими, а хорошими люди бывают, когда их наказывают. Мама говорит, что люди должны нести наказание за все зло, что совершили. А почему нельзя просто исправить зло? И тогда наказывать… — Хватит! Продолжай говорить про своих друзьях. То, что говорит твоя мама нам неинтересно.
Девочка всхлипнула, потом сильнее обняла своего мишку, и только тогда продолжила:
— Осталось только двое. Есть Грид. Он хороший, и говорит, что никому меня не отдаст. Он меня бережет, и один раз спрятал от мамы. Он самый хороший, только постоянно недоволен, потому что хочет все-все на этом свете, а самого главного получить не может… Девочка замолчала. Доктора переглянулись между собой. ·Грид — Жадность, Энви — Зависть, Хатред — Ненависть. Читин — Обман, Ангер — Злость, Ревенжи — Месть, а Круэлти — Жестокость. Она что, будто бы видит людские пороки? Почему тогда не семь смертных грехов? Возможно в ее семье девочку запугали проповедями и это защитная реакция психики ребенка? А кто последний ее друг?
— Ладно, — кивнула девочка, ничуть не расстроенная тем, что ее диалог с медведем столь нагло прервали.
— Итак, расскажи нам еще раз про своих друзей. Кто они, как выглядят, что тебе говорят.
— Хорошо! А с кого начинать?
— А с кого хочешь, только не торопись, мы будем тебя очень внимательно слушать, хорошо?
— Ага.
Девочка немного подумала и спросила:
— А ничего, что они тут?
— Кто тут? — не понял главный доктор.
— Мои друзья, — пожала плечами девочка, — они же могут обидеться… — Ничего страшного, можешь сказать им, чтобы они на нас обижались, это ведь не ты сама рассказываешь, а мы тебя попросили.
— А. Хорошо, — улыбнулась девочка, спросила у своего медведя что-то еще и начала.
— Тогда я начну с Круэлти. Он очень высокий и худой, хотя он постоянно горбится. У него волосы, словно черная щетка, когда он сердит, то начинает смеяться. Он смотрит прямо, никогда глаза не отводит — они у него странные без белого, полностью черные. А еще он часто носит с собой чемодан. Такой небольшой. Он часто рассказывает мне сказку о старом инквизиторе. Только я не знаю, кто такой инквизитор… Ревенжи маленькая, но тоже худенькая, у нее белые волосы и глаза такие, будто сейчас заморозит. Она очень холодная, а руки у нее горячие. Когда мне холодно, она меня греет своими руками. И всегда молчит. Ангер… — Кто?
— Ан-гер, — повторила девочка, — у нее очень длинные руки. Раза в два длиннее, чем у других людей. И она слепа — глаза совсем белые. Даже на предметы иногда натыкается. И волосы у нее черные и длинные — запутанные, она не хочет их расчёсывать, говорит, что ей не важно как она выглядит. И вообще ей ничего не важно. Она всегда говорит очень быстро и иногда непонятно. Читин выглядит ребенком, хотя он ненамного младше остальных. У него один глаз зеленый, а другой синий, а волосы светлые. Он говорит очень тихо, но его всегда очень хорошо слышно. Даже я его иногда не вижу, а иногда он появляется словно из ниоткуда. У него маленький горбик есть, только он его прячет, стесняется, наверное. Он мне подсказывает, что нужно говорить, когда я не знаю ответа. Он вообще мне очень сильно помогает. Он говорит, что ему это нравится, но я ему не верю. Он — красивый, несмотря на рост, он очень красивый. И страшный. Есть еще Хатред, он очень похож на Ангер, только руки не такие длинные и он наполовину зряч. Наверное, они брат и сестра. Хатред больше Ангер и иногда разговаривает с Читином, только я не понимаю о чем они говорят. Читин меня защищает, он разговаривает со мной и помогает видеть людей не такими, каким их видят остальные. Он говорит, что каждый человек может быть настоящим, только если кого-то ненавидит. Это правда?
— Ты лучше продолжай, — замялся профессор.
— Хорошо. Мой мишка сказал, чтобы про него я в последнюю очередь рассказала. Так правильно?
— Как захочешь.
— Хорошо. Есть Энви. У него длинные волосы, он не мальчик, и не девочка. Он очень красивый, еще красивее Читина, только Читину все равно, а Энви очень любит, когда ему говорят что он красивый. Он вообще очень любит когда о нем говорят. И со мной тоже говорит только о себе. Иногда он говорит о других, но только гадости. Иногда он дерется с Хатредом, но чаще они друг на друга внимания не обращают. А вот когда они вместе что-то замышляют, тогда может быть совсем нехорошо. Иногда и очень плохо.
— В чем разница между нехорошо и очень плохо?
— Когда не очень хорошо — кто-нибудь падает и расшибает коленку, а когда очень плохо, то навсегда уходит. Мама говорит, что тогда уходят далеко на небо, ждать, когда придет добрый дядя и всех накажет. Я не хочу, чтобы он приходил, потому что он и меня накажет — так мама сказала. И я не понимаю, если тот дядя добрый, то почему он будет всех наказывать? Мама говорит, что это потому, что он хочет, чтобы все стали хорошими, а хорошими люди бывают, когда их наказывают. Мама говорит, что люди должны нести наказание за все зло, что совершили. А почему нельзя просто исправить зло? И тогда наказывать… — Хватит! Продолжай говорить про своих друзьях. То, что говорит твоя мама нам неинтересно.
Девочка всхлипнула, потом сильнее обняла своего мишку, и только тогда продолжила:
— Осталось только двое. Есть Грид. Он хороший, и говорит, что никому меня не отдаст. Он меня бережет, и один раз спрятал от мамы. Он самый хороший, только постоянно недоволен, потому что хочет все-все на этом свете, а самого главного получить не может… Девочка замолчала. Доктора переглянулись между собой. ·Грид — Жадность, Энви — Зависть, Хатред — Ненависть. Читин — Обман, Ангер — Злость, Ревенжи — Месть, а Круэлти — Жестокость. Она что, будто бы видит людские пороки? Почему тогда не семь смертных грехов? Возможно в ее семье девочку запугали проповедями и это защитная реакция психики ребенка? А кто последний ее друг?
Страница 1 из 2
