Мне казалось, что я очень давно мертва, Как побитая по ранней зиме трава, Как замерзшая во стылом пруду вода, Я ходила по селеньям и городам.
Добавить в моё избранное
1 мин, 2 сек 19241
Поднимался над ущельями новый день - Я бродила по земле, чтоб спасать людей.
От болезней, сглаза, демонов и огня Я спасала даже тех, кто не спас меня.
Мне казалось, что вы тоже давно мертвы, Семь наемников, лишившихся головы, Возвращенных к новой жизни по воле зла, Вы, кого спасти хотела и не спасла.
Почему мы успокоиться не могли, Чтоб ступать и не касаться ногой земли, Чтоб безжалостная сила, чужая власть Не открыла бы навеки закрытых глаз.
… Но с одним из вас я травы рвала в полях, А над нами плыло небо — и только ляг, Как закружат, унесут тебя облака, Мне казалось, я, как воздух, была легка.
Но с одним из вас стояла лицом к лицу, Приготовившись к безвременному концу, Содрогалась твердь земли под моей ногой, Мне казалось, что весь мир вкруг меня — огонь.
Одному из вас глядела глаза в глаза, В сердце споря с каждым словом, что он сказал.
И с тех пор, когда искала, где неправа, Постоянно вспоминала его слова.
Над горою освященный барьер дрожал, Его плавил изнутри нестерпимый жар:
Запах ярости и крови лился, как дым, И беда ступала прямо в мои следы.
Разрывалось громом небо над головой.
Я впервые ощущала себя живой, Я, вместилище из глины, сосуд в огне, Полагала, что мертва, оказалось — нет.
От болезней, сглаза, демонов и огня Я спасала даже тех, кто не спас меня.
Мне казалось, что вы тоже давно мертвы, Семь наемников, лишившихся головы, Возвращенных к новой жизни по воле зла, Вы, кого спасти хотела и не спасла.
Почему мы успокоиться не могли, Чтоб ступать и не касаться ногой земли, Чтоб безжалостная сила, чужая власть Не открыла бы навеки закрытых глаз.
… Но с одним из вас я травы рвала в полях, А над нами плыло небо — и только ляг, Как закружат, унесут тебя облака, Мне казалось, я, как воздух, была легка.
Но с одним из вас стояла лицом к лицу, Приготовившись к безвременному концу, Содрогалась твердь земли под моей ногой, Мне казалось, что весь мир вкруг меня — огонь.
Одному из вас глядела глаза в глаза, В сердце споря с каждым словом, что он сказал.
И с тех пор, когда искала, где неправа, Постоянно вспоминала его слова.
Над горою освященный барьер дрожал, Его плавил изнутри нестерпимый жар:
Запах ярости и крови лился, как дым, И беда ступала прямо в мои следы.
Разрывалось громом небо над головой.
Я впервые ощущала себя живой, Я, вместилище из глины, сосуд в огне, Полагала, что мертва, оказалось — нет.
