Память не отпускает… А то и наоборот, когда кажется что уже началась совсем как вроде бы и другая жизнь — неожиданно накатывает волна такой жуткой боли, что ты уже и не задумываешься даже — есть ли спасение этому… Мне тогда было тринадцать…
Добавить в моё избранное
5 мин, 42 сек 12425
Но не всем. Конечно же, не всем. Но обязательно находился кто-то из работающих в этой же фирме, у кого подобное бы вызывало, по меньшей мере, злость и ярость. Ну а Бугрицкий делал все, — чтобы такие люди находили друг друга.
Обладая весьма расстроенной психикой, — Бугрицкий невероятно легко находил какие-либо пороки в других. Причем для него уже не имело значения, что человек, быть может, стремился сделать все, чтобы о каких-то его особенностях поведения не узнали. Бугрицкий просто не замечал этого.
Но случалось, что люди, вроде как, и сопротивлялись тайному влиянию Бугрицкого. Ведь так случается, что ради удовлетворения каких-либо собственных амбиций, кто-то вполне согласен: и не замечать странности других. И тогда вроде как ничего и не происходило.
И Бугрицкому на этом бы и остановиться!? Но он уже не мог (а может, и не пытался?) сдерживаться. И давал волю тем тайным силам, которые находились в постоянной готовности в глубине души его.
И тогда, еще недавно дружный и сплоченный коллектив — начинал походить на очаг напряженности. А директор хватался за голову, выискивая способы навести былой порядок… Чаще всего это не удавалось. И после увольнения некоторых сотрудников — как-то оказывалось, что именно они были ключевыми фигурами, на которых держалась вся работа. И многие компании (в которых пришлось поработать Бугрицкому) закрылись. Но и там, где через какое-то время удавалось помирить сотрудников, — прежнего мира уже не было. И еще долго такие фирмы находились в явных аутсайдерах, безуспешно пытаясь выйти на прежний объем продаж. (Какое-то время Бугрицкий работал только в рекламных фирмах. И с приходом его — некоторые особо выгодные клиенты ушли навсегда).
Отчаяние… Жуткое отчаяние преследует меня… Я не знаю, как с этим справиться… Я не знаю, существует ли вообще какой-то способ высвобождения из этого… Из этого состояния души… Моего теперешнего состояния… Ибо казалось, еще недавно — и в правду все было совсем иначе… И тогда уже — имею ли я право жить?
Имею ли я право и дальше приносить людям несчастья, которые на них обрушиваются, когда я оказываюсь рядом с ними… И, если это действительно так, если я несу своей жизнью только боль и страдания окружающим, то я — не имею право на существование… Не имею… Не имею…
Обладая весьма расстроенной психикой, — Бугрицкий невероятно легко находил какие-либо пороки в других. Причем для него уже не имело значения, что человек, быть может, стремился сделать все, чтобы о каких-то его особенностях поведения не узнали. Бугрицкий просто не замечал этого.
Но случалось, что люди, вроде как, и сопротивлялись тайному влиянию Бугрицкого. Ведь так случается, что ради удовлетворения каких-либо собственных амбиций, кто-то вполне согласен: и не замечать странности других. И тогда вроде как ничего и не происходило.
И Бугрицкому на этом бы и остановиться!? Но он уже не мог (а может, и не пытался?) сдерживаться. И давал волю тем тайным силам, которые находились в постоянной готовности в глубине души его.
И тогда, еще недавно дружный и сплоченный коллектив — начинал походить на очаг напряженности. А директор хватался за голову, выискивая способы навести былой порядок… Чаще всего это не удавалось. И после увольнения некоторых сотрудников — как-то оказывалось, что именно они были ключевыми фигурами, на которых держалась вся работа. И многие компании (в которых пришлось поработать Бугрицкому) закрылись. Но и там, где через какое-то время удавалось помирить сотрудников, — прежнего мира уже не было. И еще долго такие фирмы находились в явных аутсайдерах, безуспешно пытаясь выйти на прежний объем продаж. (Какое-то время Бугрицкий работал только в рекламных фирмах. И с приходом его — некоторые особо выгодные клиенты ушли навсегда).
Отчаяние… Жуткое отчаяние преследует меня… Я не знаю, как с этим справиться… Я не знаю, существует ли вообще какой-то способ высвобождения из этого… Из этого состояния души… Моего теперешнего состояния… Ибо казалось, еще недавно — и в правду все было совсем иначе… И тогда уже — имею ли я право жить?
Имею ли я право и дальше приносить людям несчастья, которые на них обрушиваются, когда я оказываюсь рядом с ними… И, если это действительно так, если я несу своей жизнью только боль и страдания окружающим, то я — не имею право на существование… Не имею… Не имею…
Страница 2 из 2
