Зеркало было кривым. Оно стояло где-то на чердаке, закрытое обширным драным покрывалом, и каждый, кто находил его и заглядывал, пугался, поскольку видел в нем то, что было ему не понятно. Кроме этого зеркало обладало способностью усугублять. Все, что кривило оно, было им же усугубленным и выглядело отнюдь не красочно. Обычно, когда смотрятся в кривое зеркало — смеются, но только не в этом случае.
Добавить в моё избранное
93 мин, 35 сек 9379
Когда время пришло, он раздобыл «королевы», дал ей всю дозу и сказал:
— Прошлая жизнь закончилась. Теперь ты другая. Это уже происходило однажды. Просто прими это, как тогда. В тебе есть сила и кое-кто на нее посягает. Что ты станешь делать?
В тебе есть душа и на нее посягают тоже. Как ты поступишь? У тебя есть свобода и она тоже в опасности. Будешь ли ты бороться? Единственное, на что никто не может посягнуть, это на твой собственный выбор. Помни это.
Вокруг хищницы все вертелось с такой скоростью, что она перестала узнавать вещи. Наркотик был таким сильным, что все физическое тело стало сводить судорогами: ее стошнило. Первой неожиданностью был страх. Хоть он и был рядом с ней, тем не менее ей стало очень страшно. Она оказалась в другом мире. В таком, который она уже посещала и если бы не он… — Посмотри, как прекрасен этот мир! — Говорил он и она не понимала, что он имеет ввиду.
— Люди здесь долго не могут. Что бы быть в этом мире, нужно быть сильным. Ты уже знаешь одного отсюда, а он — он давно ждет тебя! Посмотри, он уже здесь!
Холод заставил ее оцепенеть. Это был страх. Он и вправду был уже здесь и шел прямо к ней. Молча и целенаправленно. Хищник намного сильнее ее. И когда он был уже совсем близко, она узнала в его мертвенно бледном лице того, которого долго искала… Прозрение Черт нервничал. Настолько сильно, что даже «королева» не помогала ему. Он знал, ощущал, что последний, недостающий осколок где-то рядом. Нужно просто его взять. Вот только где он конкретно? Черт подозревал, что его прячет Королева и с каждым днем все больше уверялся в этом. Королева же загадочно смотрела на своего страшного слугу и как будто не замечала, что с каждым днем он становится все сильнее; даже огромные альбиносы побаиваются его. Да и сам черт, пожалуй, уже не стал бы с ним связываться. И причина этому была только одна — осколок в сердце слуги. Ему вдруг стало это ясно как день, и он понял, что опасность настолько велика, насколько можно это вообразить. Нужно немедленно изъять осколок, иначе произойдет непоправимое. Так вот откуда прет эта энергия, которую он так давно ощущает. Вот где источник! Слуга Королевы. Тот, в которого по случайности попал осколок. Нужно было дать ему умереть, а не оставлять Королеве взамен на человеческий наркотик. Забрать осколок еще тогда, а не смеяться злорадно, ощущая себя властелином мира! Сейчас бы зеркало было целым и… Теперь же нужно спешить. Черт поднялся на землю и достал сотовый. Королева не отвечала и он, отбросив все рамки приличия, помчался к ее обиталищу. Она была дома и слуга вместе с ней. Они оба были обнажены, а губы Королевы еще сохраняли остатки финала: она облизывалась раздвоенным языком. Раздвоенным. Разве у людей бывают раздвоенные языки? Он ошалело смотрел на Королеву и слугу и не знал, что делать. Немедленные догадки стали приходить ему на ум и от них ему начало становиться не по себе. Слуга смотрел на него почти безразлично, но все же в уголках его черных глаз крылась ненависть, и черт знал, откуда она:«Королева» была его сердцем. Черту бросился в глаза шрам под левым соском слуги и у него не осталось сомнений — недостающий осколок там.
Его рука затряслась, когда он поднимал ее. Палец не хотел разгибаться, но все же черт смог указать на слугу. Королева, кажется, нисколько не была удивлена.
— Что случилось, милый мой? — Шутливо спросила она.
— Там… В нем… Мой осколок.
— Еле проговорил черт. Его тело тряслось от страха.
— Что ты говоришь, милый? Неужели? Что же нам, черт подери, теперь делать?— В словах Королевы звучала издевка.
— Убить… — Прошептал черт.
— Его… Надо убить. Пусть идет себе. А я заберу осколок… Королева громко засмеялась:
— Ну что ты такое выдумал, милый? — Лицо ее вдруг стало серьезным.
— Неужели ты забыл, что этот слуга — мой? Я буду решать, что с ним делать!
— В нем мой осколок. Осколок зеркала, которое… — Ах, я знаю! — Взмахнула рукой Королева.
— Что… Ты знаешь… — Черт запнулся.
— Знаю про твое зеркало, чертик. Ты чудесно его искривил, и этот осколочек сослужил хорошую службу: сделал меня сильной!
— Не тебя, Королева, его… — Какая разница, милый? Он — мой слуга. Да и я не проста! Неужели ты думаешь, что, живя уже пять тысяч лет, я ничему не научилась? Я среди людей, но живу в твоем мире. Как ты думаешь, что это может значить?
— Ты… Не из людей!
— Точно, милый мой! Уже не из людей. Хочешь, я скажу тебе, как все было? Я узнала про это зеркало давным-давно, когда ты, нажравшись сердца моего слуги, рассказывал о своих успехах! Разве могла я не использовать эту информацию?
— Так… Это ты разбила его? Ты перебила всех, кто за ним присматривал?
— Да, милый мой, это была я! Но разве тебя это не позабавило? Я видела, как ты радуешься, что оно разбилось, это страшное зеркало.
— Прошлая жизнь закончилась. Теперь ты другая. Это уже происходило однажды. Просто прими это, как тогда. В тебе есть сила и кое-кто на нее посягает. Что ты станешь делать?
В тебе есть душа и на нее посягают тоже. Как ты поступишь? У тебя есть свобода и она тоже в опасности. Будешь ли ты бороться? Единственное, на что никто не может посягнуть, это на твой собственный выбор. Помни это.
Вокруг хищницы все вертелось с такой скоростью, что она перестала узнавать вещи. Наркотик был таким сильным, что все физическое тело стало сводить судорогами: ее стошнило. Первой неожиданностью был страх. Хоть он и был рядом с ней, тем не менее ей стало очень страшно. Она оказалась в другом мире. В таком, который она уже посещала и если бы не он… — Посмотри, как прекрасен этот мир! — Говорил он и она не понимала, что он имеет ввиду.
— Люди здесь долго не могут. Что бы быть в этом мире, нужно быть сильным. Ты уже знаешь одного отсюда, а он — он давно ждет тебя! Посмотри, он уже здесь!
Холод заставил ее оцепенеть. Это был страх. Он и вправду был уже здесь и шел прямо к ней. Молча и целенаправленно. Хищник намного сильнее ее. И когда он был уже совсем близко, она узнала в его мертвенно бледном лице того, которого долго искала… Прозрение Черт нервничал. Настолько сильно, что даже «королева» не помогала ему. Он знал, ощущал, что последний, недостающий осколок где-то рядом. Нужно просто его взять. Вот только где он конкретно? Черт подозревал, что его прячет Королева и с каждым днем все больше уверялся в этом. Королева же загадочно смотрела на своего страшного слугу и как будто не замечала, что с каждым днем он становится все сильнее; даже огромные альбиносы побаиваются его. Да и сам черт, пожалуй, уже не стал бы с ним связываться. И причина этому была только одна — осколок в сердце слуги. Ему вдруг стало это ясно как день, и он понял, что опасность настолько велика, насколько можно это вообразить. Нужно немедленно изъять осколок, иначе произойдет непоправимое. Так вот откуда прет эта энергия, которую он так давно ощущает. Вот где источник! Слуга Королевы. Тот, в которого по случайности попал осколок. Нужно было дать ему умереть, а не оставлять Королеве взамен на человеческий наркотик. Забрать осколок еще тогда, а не смеяться злорадно, ощущая себя властелином мира! Сейчас бы зеркало было целым и… Теперь же нужно спешить. Черт поднялся на землю и достал сотовый. Королева не отвечала и он, отбросив все рамки приличия, помчался к ее обиталищу. Она была дома и слуга вместе с ней. Они оба были обнажены, а губы Королевы еще сохраняли остатки финала: она облизывалась раздвоенным языком. Раздвоенным. Разве у людей бывают раздвоенные языки? Он ошалело смотрел на Королеву и слугу и не знал, что делать. Немедленные догадки стали приходить ему на ум и от них ему начало становиться не по себе. Слуга смотрел на него почти безразлично, но все же в уголках его черных глаз крылась ненависть, и черт знал, откуда она:«Королева» была его сердцем. Черту бросился в глаза шрам под левым соском слуги и у него не осталось сомнений — недостающий осколок там.
Его рука затряслась, когда он поднимал ее. Палец не хотел разгибаться, но все же черт смог указать на слугу. Королева, кажется, нисколько не была удивлена.
— Что случилось, милый мой? — Шутливо спросила она.
— Там… В нем… Мой осколок.
— Еле проговорил черт. Его тело тряслось от страха.
— Что ты говоришь, милый? Неужели? Что же нам, черт подери, теперь делать?— В словах Королевы звучала издевка.
— Убить… — Прошептал черт.
— Его… Надо убить. Пусть идет себе. А я заберу осколок… Королева громко засмеялась:
— Ну что ты такое выдумал, милый? — Лицо ее вдруг стало серьезным.
— Неужели ты забыл, что этот слуга — мой? Я буду решать, что с ним делать!
— В нем мой осколок. Осколок зеркала, которое… — Ах, я знаю! — Взмахнула рукой Королева.
— Что… Ты знаешь… — Черт запнулся.
— Знаю про твое зеркало, чертик. Ты чудесно его искривил, и этот осколочек сослужил хорошую службу: сделал меня сильной!
— Не тебя, Королева, его… — Какая разница, милый? Он — мой слуга. Да и я не проста! Неужели ты думаешь, что, живя уже пять тысяч лет, я ничему не научилась? Я среди людей, но живу в твоем мире. Как ты думаешь, что это может значить?
— Ты… Не из людей!
— Точно, милый мой! Уже не из людей. Хочешь, я скажу тебе, как все было? Я узнала про это зеркало давным-давно, когда ты, нажравшись сердца моего слуги, рассказывал о своих успехах! Разве могла я не использовать эту информацию?
— Так… Это ты разбила его? Ты перебила всех, кто за ним присматривал?
— Да, милый мой, это была я! Но разве тебя это не позабавило? Я видела, как ты радуешься, что оно разбилось, это страшное зеркало.
Страница 11 из 24
