«Великий Дух несовершенен. У него есть светлая сторона и тёмная. Иногда тёмная сторона даёт нам больше знаний, чем светлая».
Добавить в моё избранное
55 мин, 0 сек 3937
То ли было раньше! Никто не бурил недра, нанося незаживающие раны матери-Земле, и не выкачивал её кровь, не уничтожал леса — её лёгкие, не травил реки, моря и океаны — её глаза и память. Скоро люди доберутся до её сердца и остановят его. Зачем понадобилось Хозяину заботиться об этих жалких людишках, возомнивших себя всемогущими? Их уже на планете больше семи миллиардов! Размножаются как крысы. Как больные крысы. Их главная болезнь — жадность. Пусть бы уничтожили сами себя. Неприятное это племя — нынешние люди. Почему Всевышний создал их подобно зверям? Вот когда на Земле жили Солнцееды, природе никто не угрожал. И Великаны заботились о своём доме — Земле. Поэтому все они сейчас обитают здесь от восьмого до двенадцатого уровня. А им на смену Всевышний прислал какого-то недоросля — гомо-сапиенса. Возможно, был нужен эксперимент. Но надо честно сказать, он не удался. Интересно, кого на смену этому обезьяноподобному существу пришлёт Всевышний? А если это снова будут Солнцееды? Тогда Ад закроют. Он не понадобится. Ад — изобретение человека и для человека. Значит, не станет нужен и Хозяин и его помощники… Чем тогда придётся заниматься? Хозяин может вернуться на свою прежнюю должность. Для него в Раю Отец всегда место держит вакантным. А нам? Как нам жить без Хозяина? Никто и никогда чертей в ангелов не переделывал. В обратном порядке бывало. Нет, надо выполнить последнее поручение Хозяина и отходить от дел. Попроситься в Солнцееды. Только не в человеки!
Вздохнув, Вячеслав поднялся и посмотрелся в стену, ставшей по его мысленному приказу зеркалом. Он оглядел себя снизу вверх: широкая кость, мускулистые ноги, узкие бёдра, рельефный живот, мощные мышцы груди и шеи, крутые плечи и крепкие руки, доброе открытое лицо. «Успешный мужчина никогда не выглядит важным и надутым, — вспомнил Чернов наставления Хозяина, — он должен производить впечатление простоты и открытости — иначе как смогут общаться между собой уверенные в себе люди? Хвастовство или» понты«производят впечатление только на идиотов, которые мечтают казаться» круче«других и быть лучше, чем они могут быть». На лице появилась скупая улыбка. От увиденного в зеркале Чернов ощутил прилив сил — для человека, внешне выглядевшего за сорок, совсем не плохо.
С мучившими его вопросами Вячеслав обратился к Хозяину, когда тот вернулся после выполнения очередных неотложных дел.
— Ты прав, — выслушав его сомнения, произнёс Хозяин, — возможно, мы с тобой будем не нужны в следующем мире. Но с человеком ещё не всё потеряно. Да, это очень трудный эксперимент. Труден он потому, что Отец наш дал своему творению свободу выбора между Добром и Злом. Этим он сделал его подобным себе. Ни Солнцееды, ни Великаны не могли грешить, потому что не имели такой свободы. В них не была заложена эта самая программа выбора. Но право принимать решения самому не дало человечеству ожидаемого преимущества над предыдущими цивилизациями. Между Добром и Злом часто гомо-сапиенс выбирает второе. Поэтому и появился Ад. Но для Отца нашего мир един. А какие внутри возникают течения, для него — частности. Ему всё равно, на каком языке, как часто и по каким книгам человечество возносит ему молитвы. Есть только Божественный замысел. И он должен быть исполнен. А мы с тобой рядовые исполнители. Разница между нами только в наших полномочиях. У меня их немного больше. До появления человека все двенадцать измерений были цветущим Раем. Ты не застал этих времён. А я их хорошо помню. Теперь нижние уровни отданы Отцом под нашу с тобой епархию. Выше находится так называемое Чистилище, а с восьмого по двенадцатое измерение — ступени Рая.
— Ваша Светлость, можно, я задам вопрос, который мучает, наверное, все поколения людей?
— Ну, задавай.
— Кто же такой Дьявол?
Хозяин помолчал, затем поднял свой взгляд:
— Понимаешь, Вячеслав, как я уже сказал, для Отца нашего не существует ни Добра, ни Зла. Эти понятия придуманы человеком. И они ему необходимы для ориентира, как правила игры, чтобы знать, в каком направлении двигаться. Для Создателя существует только логика, абсолютная логика и ничего более. Если Зло стоит на пути у Создателя, то оно уничтожается. Если же и Добро вдруг встало поперёк дороги, то и ему не будет пощады. Принцип равновесия и разумной достаточности. Я лишь слуга Отца нашего.
— Но если Дьявол не Зло, тогда, кто?
— Если Бог — это Любовь, то Дьявол — Равнодушие. Да, я живу внутри каждого человека — не добр и не зол. Я абсолютно нейтрален. Я рождаюсь вместе с человеком и всегда присутствую рядом во всех его делах и поступках. А иногда и определяю эти дела и поступки. Но встану на защиту кого-либо только в том случае, если сочту, что эта тварь для чего-то может сгодиться. Я — расчётливый игрок.
— Значит, Вы нужны, чтобы была сама возможность выбора? А не слишком ли дорогую цену должен платить человек за такую свободу?
Хозяин снова задумался:
— Помнишь формулу: движение — это жизнь.
Вздохнув, Вячеслав поднялся и посмотрелся в стену, ставшей по его мысленному приказу зеркалом. Он оглядел себя снизу вверх: широкая кость, мускулистые ноги, узкие бёдра, рельефный живот, мощные мышцы груди и шеи, крутые плечи и крепкие руки, доброе открытое лицо. «Успешный мужчина никогда не выглядит важным и надутым, — вспомнил Чернов наставления Хозяина, — он должен производить впечатление простоты и открытости — иначе как смогут общаться между собой уверенные в себе люди? Хвастовство или» понты«производят впечатление только на идиотов, которые мечтают казаться» круче«других и быть лучше, чем они могут быть». На лице появилась скупая улыбка. От увиденного в зеркале Чернов ощутил прилив сил — для человека, внешне выглядевшего за сорок, совсем не плохо.
С мучившими его вопросами Вячеслав обратился к Хозяину, когда тот вернулся после выполнения очередных неотложных дел.
— Ты прав, — выслушав его сомнения, произнёс Хозяин, — возможно, мы с тобой будем не нужны в следующем мире. Но с человеком ещё не всё потеряно. Да, это очень трудный эксперимент. Труден он потому, что Отец наш дал своему творению свободу выбора между Добром и Злом. Этим он сделал его подобным себе. Ни Солнцееды, ни Великаны не могли грешить, потому что не имели такой свободы. В них не была заложена эта самая программа выбора. Но право принимать решения самому не дало человечеству ожидаемого преимущества над предыдущими цивилизациями. Между Добром и Злом часто гомо-сапиенс выбирает второе. Поэтому и появился Ад. Но для Отца нашего мир един. А какие внутри возникают течения, для него — частности. Ему всё равно, на каком языке, как часто и по каким книгам человечество возносит ему молитвы. Есть только Божественный замысел. И он должен быть исполнен. А мы с тобой рядовые исполнители. Разница между нами только в наших полномочиях. У меня их немного больше. До появления человека все двенадцать измерений были цветущим Раем. Ты не застал этих времён. А я их хорошо помню. Теперь нижние уровни отданы Отцом под нашу с тобой епархию. Выше находится так называемое Чистилище, а с восьмого по двенадцатое измерение — ступени Рая.
— Ваша Светлость, можно, я задам вопрос, который мучает, наверное, все поколения людей?
— Ну, задавай.
— Кто же такой Дьявол?
Хозяин помолчал, затем поднял свой взгляд:
— Понимаешь, Вячеслав, как я уже сказал, для Отца нашего не существует ни Добра, ни Зла. Эти понятия придуманы человеком. И они ему необходимы для ориентира, как правила игры, чтобы знать, в каком направлении двигаться. Для Создателя существует только логика, абсолютная логика и ничего более. Если Зло стоит на пути у Создателя, то оно уничтожается. Если же и Добро вдруг встало поперёк дороги, то и ему не будет пощады. Принцип равновесия и разумной достаточности. Я лишь слуга Отца нашего.
— Но если Дьявол не Зло, тогда, кто?
— Если Бог — это Любовь, то Дьявол — Равнодушие. Да, я живу внутри каждого человека — не добр и не зол. Я абсолютно нейтрален. Я рождаюсь вместе с человеком и всегда присутствую рядом во всех его делах и поступках. А иногда и определяю эти дела и поступки. Но встану на защиту кого-либо только в том случае, если сочту, что эта тварь для чего-то может сгодиться. Я — расчётливый игрок.
— Значит, Вы нужны, чтобы была сама возможность выбора? А не слишком ли дорогую цену должен платить человек за такую свободу?
Хозяин снова задумался:
— Помнишь формулу: движение — это жизнь.
Страница 5 из 16
