Переступив черту (окончание)

Именно за это и обожал Папаша Дюп своего нового помощника, прощая ему мелкие шалости. В Николо он видел себя в молодости. Или вернее того, кем он хотел стать. Но не испытывал, при этом, и капли ревности к молодому, могучему и жутко энергичному итальянцу. Он был для кокаинового короля кем-то вроде младшего брата. О котором хочется заботиться и оберегать. И если чего не имел сам, хочешь, что бы это было у него. Николо заговорил также быстро, как и оказался возле шефа:

Эти двое парней меня просто поражают. Сами разобрались с кубинцами и причем как! Все Майями об этом говорит. «Кубаши» даже пикнуть не успели, и никто не ушел. Все их сраное кафе залито кровью. Трупы кругом валяются, и самое главное никто ничего не слышал. Утром какой-то чудик хотел кофейку выпить, его потом с трудом откачали, слабое сердце оказалось.

Николо на миг остановился, чтобы набрать побольше воздуха в свои могучие легкие. И в этот миг заговорил сам хозяин:

Ты имеешь в виду этого … Как его там? Колбасник со своим другом индейцем?

Спросил Папа Дюпре без особого азарта. Но сам он был действительно удивлен и заинтересован. Давно кубинцы были словно заноза в заднице. На переговоры не шли, мало того, отвечали на деловые предложения дерзостью. С ними надо было разобраться. Но никто и предположить не мог, что с этим могут справиться всего два человека.

Да, да. Они. Как работают, босс?! Вам нравиться?

Неплохо. Я бы сказал стильно. Мы их, по-моему, уже дважды нанимали?

Да, первый раз… Я помню, перебил своего помощника Дюпре.

Ты лучше скажи, что это за прозвище — Колбасник?

Точно не знаю. Но говорят, что он очень колбасу любит. Даже в тюрьме о колбасе мечтал. Там, по-моему, его Колбасником прозвали.

Сам-то он откуда?

Из простых уличных мальчишек. Но соображает неплохо и потому, как говорится, дожил до зрелых лет. Нож в его руке сам убивает. Я в деле его не видел, но вот Черный Гудвин рассказывал, что этот парень с тремя на улице справился.

А что индеец?

А что индеец, по-моему, Колбасник как-то спас ему жизнь, и теперь тот за ним хвостом ходит. Умереть за Колбасника готов.

Я вот что подумал, — сказал задумчиво босс, — не взять ли нам их на постоянную работу. Не хочется, чтобы таких молодцов нанял кто-то против нас.

Вот и я об этом, — подхватил итальянец, — парни, мне кажется, что надо и нам пригодятся.

Ну и ладненько. У тебя еще что-то?

Спросил Папаша Дюп, ему хотелось вернуться к прерванному чтению.

Нет, у меня все.

Ты тогда вот что. На будущей неделе у меня будет маленький банкет, для своих. Пригласи-ка этих двоих от моего имени.

Понял.

И еще. Они-то хоть в приличном обществе себя вести умеют?

Итальянец на миг задумался и затем добавил:

Вы знаете, шеф, за манерами их я не следил, но в смокингах они выглядят как джентльмены, даже индеец.

Все понятно, можешь идти.

Папа Дюпре вновь погрузился в чтение. В данный момент судьба главного героя его беспокоила больше всего на свете. А Николо умчался прочь, вновь по дороге что-то опрокидывая.

Девять дней спустя кокаиновый король устраивал смотр руководящего состава своей организации. На подобные мероприятия приглашались особо отличившиеся бойцы. Солнце только что зашло за кроны могучих деревьев. Жара спала, и можно было, как следует повеселиться. Король стоял посреди холла в шикарном костюме, но вместо туфель на ногах у него были простые домашние шлепанцы. Папаша Дюп любил допускать мелкие небрежности в своем туалете. Но не приведи Господи, кто-то из гостей позволит себе подобную халатность.

Босс приветствовал всех коротким рукопожатием и дежурной фразой. Когда оркестр заиграл его любимую мелодию, Дюпре увидел в конце аллеи двоих высоких поджарых парней, лет примерно около тридцати. Эти двое молодых мужчин были сильно похожи, даже, несмотря на то, что один был светловолосый и имел перебитый мясистый нос, а другой был смуглый индеец с тонкими чертами лица. У этих двоих могла быть общая мать, а может быть отец. Как говорится — парни одной крови.

«Сейчас рассмотрим их поближе», подумал Папаша Дюп. Нужно отметить, что последнее время зрение его слегка ослабло. Но в этом он боялся признаться даже себе. Молодость уходила, просачивалась словно вода сквозь пальцы и никакие деньги ее не задержат. Перед витой калиткой вновь прибывших задержали охранники, ведь эту парочку они видели впервые, но после того, как им были предъявлены «пригласительные», «вышибалы» расступились.

Дюпре был слегка разочарован, увидев вблизи Колбасника и индейца. Не такими он представлял себе «мокрушников» сумевших прославиться за столь короткий срок. Эти двое были самыми непримечательными. Встретишь на улице, даже взгляд не задержишь. Но кокаиновый король прекрасно знал, как часто внешность бывает обманчивой.