Болотная тварь

Так, на пониженной передаче, спустя полчаса мы медленно выбрались из грязи, а через час были на месте. Оглядевшись немного вокруг, мы принялись собирать орехи. Примерно в три часа дня мы пообедали тем, что нам приготовили дома. Иван достал из своей сумки бутылку водки и предложил выпить. Мы выпели по пол стакана, покурили и вновь принялись работать.

Предчувствие Ивана не подвело. Орехами мы набили тогда около двадцати мешков. Два мешка оставлю себе, а остальное продам, думал я, когда залез в кузов, чтобы посмотреть на наш «урожай». Я был доволен.

Солнце, которое в тот день не часто появлялось из-за туч, собиралось опускаться за линию горизонта, а в тайге стемнеет еще раньше. И мы собрались в обратный путь. Водку Ивана мы решили допить дома, потому что просто валились с ног от усталости.

На обратном пути, когда мы уже подъезжали к болоту, я увидел, что Иван уснул. Он склонил голову и продолжал держаться за дверную ручку. От усталости меня тоже клонило в сон, но я изо всех сил сопротивлялся этому желанию. Машина ехала медленно, двигатель монотонно мурлыкал, и вдруг я не заметил, как начал засыпать. С тех пор я проклинаю себя за это. Если бы я не уснул, мы не застряли бы в грязи, и я бы не потерял друга. Но я уже сполна расплатился за этот грех.

Помню интересное состояние, когда я засыпал. Моя голова упала на грудь, точно была отлита из свинца, и я почувствовал, будто нырнул под воду. Я слышал все звуки вокруг меня, но в то же время спал. Я не видел, как грузовик сходит с заветной колеи, и увязает в грязи. Как его колеса скользят в глине и взбивают воду словно миксер.

Я проснулся оттого, что грузовик перестал двигаться, и тут же понял в чем дело. Растолкав Ивана, я рассказал ему все что приключилось. Я заметил, как он испугался. Всеми силами он старался не показывать это, но я догадался. И тут во мне поселилось какое-то нехорошее предчувствие.

— Может нарвать веток, и подложить их под колеса, — предложил Иван.

— Это вряд ли поможет.

— Что ты предлагаешь? — В его голосе прозвучали нервные нотки.

— Сидеть здесь, пока нас кто-нибудь не вытащит?

— Видишь вон ту сосну? — внезапно спросил я. Еще в начале разговора я заметил это дерево. Ирония судьбы: до суши нам не хватило, буквально десяти метров и мы увязли в самом конце болота. А прямо перед нами росла эта сосна.

— Ну, вижу.

— Если зацепить за нее трос от лебедки, мы попробуем вытащить сами себя.

— Получится? — недоверчивым тоном спросил Иван.

— Не знаю, но попробовать стоит. Уж лучше, чем сидеть без дела.

Через пару минут Иван, полностью раздетый, стоял по пояс в слякоти и держал в руках трос лебедки. Он благополучно добрался до сосны, крепко прицепил трос к стволу дерева и повернул в обратном направлении. Темнело… — Твою мать, — выругался вдруг Иван, когда подошел к машине, — что тут такое?

Я посмотрел на Ивана — его взгляд устремился куда-то вниз, под машину.

— Коля, посмотри, — прикрикнул он, — тут что-то живое.

Я высунулся из кабины и уставился, куда показал Иван. Тут я заметил, что под машиной что-то есть. Это Что-то, на моих глазах проплыло под грузовиком. На поверхности грязи осталась только волна.

Бульк! — звук сзади.

БУЛЬК-БУЛЬК! — откуда-то справа… Я хотел было сказать Ивану, чтобы он запрыгнул на подножку, но было уже поздно. Это Что-то, это чудовище схватило Ивана за ноги и с огромной силой увлекло за собой в болотную грязь.

Я испугался, мое тело похолодело, и я не мог шевелиться. Я смотрел на эту волну, которая начала метаться по всему, свободному от зарослей участку болота.

Чудовище, утащившее Ивана, металось из стороны в сторону, иногда останавливалось и кувыркалось на месте. Еще были пузырьки воздуха — я понял, что это борьба. Иван пытался освободиться от смертельной хватки монстра, а я стоял как в копаный и не мог ничего сделать. Все это продолжалось с полминуты, потом все стихло. Сперва никаких движений не было, затем только одна волна покатилась в сторону зарослей. Я понял, что все кончено; эта тварь убила моего друга, а теперь тащит его, чтобы… Проклиная себя за бездействие, я взял под сиденьем монтировку, огляделся по сторонам, — в это время волна пропала в зарослях — и спрыгнул в грязь. Я шел. Помню то ощущение: ноги постоянно скользили и за что-то цеплялись; на ноги наматывались водоросли, а на штаны прилипал мох. С каждым метром идти становилось все труднее и труднее. К счастью я не отвлекал свое внимание на это, у меня было только одно желание — убит! Убить тварь, погубившую моего друга!

Когда я вошел в заросли, мне в нос ударил страшный запах болотной гнили и разложения, а потом мне открылась на столько ужасная картина, что, описав ее, я, наверное, не буду столь точен. Метрах в десяти от меня был небольшой холмик. Сначала я не обратил на него внимания, но потом я услышал отвратительный писк.