— Заходи, подруга, заходи, — слегка пропел Марципан и отворил солидную дверь своего особняка. Нажал несколько кнопок и засиял свет, мелодично брызнула музыка, возникло спиртное и ананас. Затем прозвучало несколько многозначительных фраз. Десять танцевальных движений и вжикнула застёжка на платье. Губы зачмокали и тела упали в пушистую кровать. Часы напомнили о том, что полночь. И всё бы прошло по человечески, если бы откуда-то из угла не раздалось тихое хихиканье и разговорчик.
Добавить в моё избранное
4 мин, 26 сек 5552
— Гляди-ка как он её, а?
— А чего мужик здоровый, в охапку её и туда.
— Да видать большой человек.
А то, как же. Обстановка царская.
Любовница Марципана взвизгнула, вскочила, и, держа на себе падающее платье, выбежала в соседнюю комнату. Марципан, не торопясь встал и, выдернув из под матраса пистолет, направил его в полутёмный угол — Эй, гниды, кто там есть выползайте!— хрипло прошипел он.
Из угла появились два старика в мешковатых костюмах.
— Суседи мы ваши, вот как… Только, правда мёртвенькие, — проговорил один и в воздухе сильно пахнуло неживым.
Хозяин включил кондиционер.
— Не трепись, я вас понял. Абдурахману — привет.
— Да говорим же — живём по суседству, ну, правда, на три метра пониже вашего дома, — опять проскрипел старичок.
— Ну, хватит, вызываю охрану.
Марципан нажал на замаскированного клопа и в комнату вошли два хороших костюма большого размера.
— Вы, почему пропустили этих?— строго громыхнул шеф.
— Мы не пускали, они сами как то, — забубнили хорошие костюмы.
— Выкиньте их сейчас же!
Те, толкая обоих стариков, увели их на улицу.
Из соседней комнаты выглянула длинноногая и, оглядывая пространство, прошептала:
— Они ушли?
— Не могли не уйти.
— А кто они?
— Это так, дворники. Вмазали и забрались… Иди сюда, ногастая!
Он снова уложил её на кровать, намереваясь упасть сверху. И опять из того же угла послышалось тихое хихиканье. Девушка на этот раз подпрыгнула ещё выше и кинулась к выходу.
— Вы откуда опять, старьё?— еле выговорил от злости Марципан.
— Уж извиняйте, суседи мы ваши.
— Вы, почему здесь у меня, а?
— Так мы раньше тут лежали, а вы это место, стало быть, заняли.
— Какое место!
Два старичка стали наперебой рисовать прошлое:
— Так у нас кладбище было тутошнее.
— Вот его, того, снесли, значить.
— А нам как? Вроде исчезнуть надо, а не могём.
— Теперь как раз у вас в доме и являться будем. Вон в том угле возле креслов могилка его — Федькина, а как раз под телевизером — моя находиться, ну Степана.
— Щас мы вроде как без жилья остались. Ваш домик потеснил.
— Придётся нам у вас пожить. Поделиться горем и радостью. Да ты не жалкуй, товарищ. Мы и лясы точить умеем и песенку спеть. Меня вон даже немцы у плену Москва-радио звали. Меня послухать можно… Да вот ещё у первую мировую было. в14 годе. Сидять значит охфицеры у блиндажу. А там у них водка и курица. У бумаге лежит. И вызывают они солдата и говорят: Вот выпей, потом бери курицу закусывай. Если ногу ей оторвёшь, то мы и тебе ногу, а ежели крыло, то мы тебе руку чертеляпнем. Ну, солдат выпил. Берёт курицу и у зад ей палец-раз! И облизал. Ну, охфицеры видят — обманул их солдат, и прогнали его… Марципан тупо смотрел на колыхающуюся в воздухе говорящую и воняющую массу. Что это за финт? Очередная угроза Абдурахмана? Не похоже. Просто потусторонняя помеха, которую нужно устранить.
Он опять вызвал чёрных костюмов.
— Давайте попа везите и экстрасенса.
— Сейчас же ночь!
— Найдите срочно, дайте им денег, объясните. Ну!
Костюмы выскочили из дома.
Марципан привык делать всё сразу, нахрапом и не складывать дела ни в какие ящики… Во время визита батюшки и экстрасенса мертвецы чинно сидели в уголке. Они заинтересованно смотрели на те пассы руками которые производили борцы с потусторонними силами, но так ни куда и не исчезли.
В конце концов, батюшка оставил икону, а экстрасенс серый камень — изгонитель и оба быстро уехали.
Марципан от безнадёжности достал три бокала, наполнил, и два протянул в сторону усопших. Старички умолкли, но пить отказались — Не могём, хозяин.
— Да, теперь не выпить не закусить.
Неожиданно из-под стены показалось полчеловека мужского рода, с молящим выражением на лице. Руки его дрожали и тянулись к бокалам.
Мне дайте, мне!— хрипел он.
— Это тракторист наш, по пьянке околел, — пояснил один из стариков.
— Почему же он только наполовину? — устало спросил Марципан.
— Да потому что, товарищ, могилка так разместилась: ноги получились на улице, а остальное имущество внутри… Не пить тебе больше, всё, один туман от тебя остался!— громко сообщил один старичок половине тракториста.
— Ну, хоть полейте на то место, где я нахожусь.
Марципан плеснул коньяк в угол комнаты. Половина тракториста как-то успокоилась и даже зажужжала потихонечку песню.
Марципан тоже выпил и уже с удовольствием смотрел на балаболящих стариков.
— Так вы личи?
— Какие хрычи?
— Да такие — восставшие из могил.
— Может и так. Гуляем мы тут ночью у могилок, а теперь значит у доме.
— А чего мужик здоровый, в охапку её и туда.
— Да видать большой человек.
А то, как же. Обстановка царская.
Любовница Марципана взвизгнула, вскочила, и, держа на себе падающее платье, выбежала в соседнюю комнату. Марципан, не торопясь встал и, выдернув из под матраса пистолет, направил его в полутёмный угол — Эй, гниды, кто там есть выползайте!— хрипло прошипел он.
Из угла появились два старика в мешковатых костюмах.
— Суседи мы ваши, вот как… Только, правда мёртвенькие, — проговорил один и в воздухе сильно пахнуло неживым.
Хозяин включил кондиционер.
— Не трепись, я вас понял. Абдурахману — привет.
— Да говорим же — живём по суседству, ну, правда, на три метра пониже вашего дома, — опять проскрипел старичок.
— Ну, хватит, вызываю охрану.
Марципан нажал на замаскированного клопа и в комнату вошли два хороших костюма большого размера.
— Вы, почему пропустили этих?— строго громыхнул шеф.
— Мы не пускали, они сами как то, — забубнили хорошие костюмы.
— Выкиньте их сейчас же!
Те, толкая обоих стариков, увели их на улицу.
Из соседней комнаты выглянула длинноногая и, оглядывая пространство, прошептала:
— Они ушли?
— Не могли не уйти.
— А кто они?
— Это так, дворники. Вмазали и забрались… Иди сюда, ногастая!
Он снова уложил её на кровать, намереваясь упасть сверху. И опять из того же угла послышалось тихое хихиканье. Девушка на этот раз подпрыгнула ещё выше и кинулась к выходу.
— Вы откуда опять, старьё?— еле выговорил от злости Марципан.
— Уж извиняйте, суседи мы ваши.
— Вы, почему здесь у меня, а?
— Так мы раньше тут лежали, а вы это место, стало быть, заняли.
— Какое место!
Два старичка стали наперебой рисовать прошлое:
— Так у нас кладбище было тутошнее.
— Вот его, того, снесли, значить.
— А нам как? Вроде исчезнуть надо, а не могём.
— Теперь как раз у вас в доме и являться будем. Вон в том угле возле креслов могилка его — Федькина, а как раз под телевизером — моя находиться, ну Степана.
— Щас мы вроде как без жилья остались. Ваш домик потеснил.
— Придётся нам у вас пожить. Поделиться горем и радостью. Да ты не жалкуй, товарищ. Мы и лясы точить умеем и песенку спеть. Меня вон даже немцы у плену Москва-радио звали. Меня послухать можно… Да вот ещё у первую мировую было. в14 годе. Сидять значит охфицеры у блиндажу. А там у них водка и курица. У бумаге лежит. И вызывают они солдата и говорят: Вот выпей, потом бери курицу закусывай. Если ногу ей оторвёшь, то мы и тебе ногу, а ежели крыло, то мы тебе руку чертеляпнем. Ну, солдат выпил. Берёт курицу и у зад ей палец-раз! И облизал. Ну, охфицеры видят — обманул их солдат, и прогнали его… Марципан тупо смотрел на колыхающуюся в воздухе говорящую и воняющую массу. Что это за финт? Очередная угроза Абдурахмана? Не похоже. Просто потусторонняя помеха, которую нужно устранить.
Он опять вызвал чёрных костюмов.
— Давайте попа везите и экстрасенса.
— Сейчас же ночь!
— Найдите срочно, дайте им денег, объясните. Ну!
Костюмы выскочили из дома.
Марципан привык делать всё сразу, нахрапом и не складывать дела ни в какие ящики… Во время визита батюшки и экстрасенса мертвецы чинно сидели в уголке. Они заинтересованно смотрели на те пассы руками которые производили борцы с потусторонними силами, но так ни куда и не исчезли.
В конце концов, батюшка оставил икону, а экстрасенс серый камень — изгонитель и оба быстро уехали.
Марципан от безнадёжности достал три бокала, наполнил, и два протянул в сторону усопших. Старички умолкли, но пить отказались — Не могём, хозяин.
— Да, теперь не выпить не закусить.
Неожиданно из-под стены показалось полчеловека мужского рода, с молящим выражением на лице. Руки его дрожали и тянулись к бокалам.
Мне дайте, мне!— хрипел он.
— Это тракторист наш, по пьянке околел, — пояснил один из стариков.
— Почему же он только наполовину? — устало спросил Марципан.
— Да потому что, товарищ, могилка так разместилась: ноги получились на улице, а остальное имущество внутри… Не пить тебе больше, всё, один туман от тебя остался!— громко сообщил один старичок половине тракториста.
— Ну, хоть полейте на то место, где я нахожусь.
Марципан плеснул коньяк в угол комнаты. Половина тракториста как-то успокоилась и даже зажужжала потихонечку песню.
Марципан тоже выпил и уже с удовольствием смотрел на балаболящих стариков.
— Так вы личи?
— Какие хрычи?
— Да такие — восставшие из могил.
— Может и так. Гуляем мы тут ночью у могилок, а теперь значит у доме.
Страница 1 из 2
