Necrovita

Это темнота! Это темнота?… Смутное пятно белеет надо мной. Что это?

Я пытаюсь закричать и чувствую, как что-то с бульканьем проваливается внутри грудной клетки. Позвоночник трещит и выгибает меня колесом назад. Пятно исчезает, косо уйдя влево и вверх… Что со мной?

Кто я?

Что со мной?

Жар становится невыносимым и я кричу… кричу?… нет, это просто воздух с хрипом выходит через гортань. Что-то разрывается у меня в животе, и я с облегчением чувствую, как холодная жидкость выплёскивается на ноги и стекает вниз… изо рта выдавливается скользкий пузырь и лопается, обдав запрокинутое лицо ошмётками чего-то мокрого.

Я падаю.

Я ударяюсь затылком и на мгновение в глазах исчезает даже только что видимое мною подобие тусклой тьмы… Через секунду я лежу лицом в мягкой земле, ворочаясь и мыча. Ноги почему-то оказываются выше головы, и я сгибаю их в коленях, пытаясь встать. Меня переворачивает на спину, и вижу где-то под собой это проклятое блёклое пятно.

Луна!

Теперь я понимаю, что это луна!

Я упал в яму головой вниз… вот оно что.

Руки теперь слушаются лучше, и я неуклюже пытаюсь встать. Ноги путаются в чём-то бесформенном и твёрдом… совсем неразличимом во мгле. Я встаю, хватая одеревеневшими пальцами высокую траву… Где-то поверх едва обозначенного во тьме среза ямы вспыхивает болезненный ослепительный свет, и я отворачиваюсь от него:

— Н-н-не-е-е н-н-н… н-н-надо… Трава вырывается пучками… осыпаются края ямы… но я лихорадочно пытаюсь вылезти. Наглый свет всё сильнее бьёт в видящий глаз, куда бы ни поворачивалась моя голова.

Проклятье!

— Н-н-н-н… Внезапно наваливается ошеломляющее… неистовое… и от неожиданности я сползаю вниз, пытаясь закричать… Что-то безжалостно врывается в голову и раздавливает её!

— Гр-р-р… чш-ш-ш-ш-ш… гх-х-х… смотри-смотри! Он лезет!

Звуки! Я вспомнил! Это называется звуки!

Я открываю непослушный рот и пытаюсь закричать:

— А-а-а… Пальцы вцепляются в пучки травы. От напряжения жидкость смутно видимым в свете луны чмокающим выплеском выдавливается из головы.

— О-о-о! Ты видел?!

Живот и ноги скользят по срезу ямы… могилы?!

Что-то мешает мне, свисая через ремень, сквозь разорвавшуюся рубашку… путается в ногах… — М-м-м-ме-ла-н-н-ни-и!… Её звали Мелани! Все звали её Мелани… Я звал её Мелани… И я любил её!

Вспышка!

Меня с силой ударяет в лицо.

И только угасающим шёпотом, проваливающимся в черноту:

— Мелани… Мелани… Мелани… Я увязаю в ничто.

Я любил её… — Нет, ты видел? Ты видел?

— Ага… — Жуть, да? Как он в обратно могилу упал, видел да?

— Да видел я! Что ты пристал?

— А потом как поле-е-ез обратно… и воет!

— Память просыпаться стала… А ты блевать стал.

— Слушай, мы его из гроба вытаскивали, я и то не блеванул… а тут… просто я не ожидал, что из него польётся… из го-л-ло-вы… — Ты мне в машине только не рыгай! Сейчас тормозну — и вали отсюда!

— Перес-стань… — Дырка у него от пули — застрелился он… — Перестань, я говорю!

— Ладно, остынь… Остановить? Ну, гляди… раз держишься… — Давай девчонок в следующий раз пригласим, а?

— Не знаю.

— Надо Глорию оживить, помнишь Глорию?

— Её переломало всю. Авария же!

— Ну и что? Положим у могилы, как этого… и пусть повоет… — Посмотрим. Вряд ли. Безгрешная душа… — Ты чего, Крис? Давай! Ну, кого-нибудь! Девки все трусы обмочат!

— Пиво не жри с такой скоростью, а? И так мало… — Ага… … А здорово ты ему в лоб пулю всадил… он только — брык! — и обратно в яму… — Учись, пока я жив.

— Давай в следующий раз я буду сам «NecroVita» читать?

— Посмотрим. Это тебе не комиксы… — Ну, чего ты? Прочитаю… а что? Нормально!

… я пытаюсь вылезти. Теперь я вижу всё лучше и лучше. В пальцах покалывает. Наверное, возвращается чувствительность… Солнце встаёт.

Солнце… я помню его!

И Мелани.

Я подтягиваюсь, навалившись впавшим и скользким животом на осыпающийся и уже чуть подсохший край могилы.

Стоя на четвереньках, я поднимаю голову и смотрю в лик встающего над деревьями солнца.

Мелани!

— Ме-ла-ни-и-и!

Глаз заливает тягучей дрянью.

Где-то далеко начинает выть собака.