Апрель пришёл в эти серые дворы. Всё кругом пело — это замечали даже те, кто шёл набивать свои кошельки, ползая перед начальством, или получать совершенно бессмысленные знания в школах, училищах, институтах…
Добавить в моё избранное
5 мин, 13 сек 19715
Разве ты не видишь — там сияют звёзды, колышется пшеница, меня ждут, пахнет свежевыпеченным хлебом… как в деревне.
Я твой ангел-хранитель! Иди же туда, куда я указал тебе!
Не хранитель ты мне. Чувствую это. Мои хранители там.
Но они тебя не уберегли! Почему?
Значит, так нужно. Ведь и ты, «хранитель», не уберёг меня!
И он ступил туда, куда хотел.
А грузовик отбросил тело так, что у прохожих не осталось и надежды на его спасение. Глаза смотрели в небо. По ним было ясно, что умер он спокойно, даже необыкновенно спокойно, безмятежно. Врачам, закрывавшим тело брезентом, было не по себе: настолько они были удивлены безмятежностью взгляда.
А он всё шёл по пшеничному полю. Он почувствовал, что может связаться с близкими, оставшимися там, откуда только что ушёл. Почувствовал, что может успокоить их. Но явиться нужно осторожно, когда они спят. А они уснут до того, как им сообщат о трагедии — это он почему-то знал. Или мог такое устроить.
Он шёл и размышлял.
Неужели прожил так мало и без всякого смысла? Но тут же его посетила мысль, что жизнь нужна была для того, чтобы получить знания. Жизнь будет ещё, он вернётся, но когда-нибудь потом. А сейчас нужно отдохнуть. И не только — тут тоже дела есть. Он теперь будет оберегать кого-то в яви, которую покинул.
А где он сейчас находится? Осмотрелся — та же земля, такая же пшеница, сосны вдалеке, такие же созвездия на небе, как видел он всю жизнь, только в тысячи раз прекраснее — ничто не мешает всему этому показать свою настоящую красоту!
Но что это за люди идут от костра навстречу? Они родные, настолько родные, что, кажется, он не расставался с ними никогда, но так хочется встретиться с ними сейчас! Он понял, что знает их, конечно же, знает!
И он ускорил шаг.
Я твой ангел-хранитель! Иди же туда, куда я указал тебе!
Не хранитель ты мне. Чувствую это. Мои хранители там.
Но они тебя не уберегли! Почему?
Значит, так нужно. Ведь и ты, «хранитель», не уберёг меня!
И он ступил туда, куда хотел.
А грузовик отбросил тело так, что у прохожих не осталось и надежды на его спасение. Глаза смотрели в небо. По ним было ясно, что умер он спокойно, даже необыкновенно спокойно, безмятежно. Врачам, закрывавшим тело брезентом, было не по себе: настолько они были удивлены безмятежностью взгляда.
А он всё шёл по пшеничному полю. Он почувствовал, что может связаться с близкими, оставшимися там, откуда только что ушёл. Почувствовал, что может успокоить их. Но явиться нужно осторожно, когда они спят. А они уснут до того, как им сообщат о трагедии — это он почему-то знал. Или мог такое устроить.
Он шёл и размышлял.
Неужели прожил так мало и без всякого смысла? Но тут же его посетила мысль, что жизнь нужна была для того, чтобы получить знания. Жизнь будет ещё, он вернётся, но когда-нибудь потом. А сейчас нужно отдохнуть. И не только — тут тоже дела есть. Он теперь будет оберегать кого-то в яви, которую покинул.
А где он сейчас находится? Осмотрелся — та же земля, такая же пшеница, сосны вдалеке, такие же созвездия на небе, как видел он всю жизнь, только в тысячи раз прекраснее — ничто не мешает всему этому показать свою настоящую красоту!
Но что это за люди идут от костра навстречу? Они родные, настолько родные, что, кажется, он не расставался с ними никогда, но так хочется встретиться с ними сейчас! Он понял, что знает их, конечно же, знает!
И он ускорил шаг.
Страница 2 из 2
