Темнота обрушилась так неожиданно, что я даже ослеп на некоторое время, а в голове все еще оставался звон от гудения лампочки, которая сейчас уже не горела. Но мир, потерявший свои зрительные образы, для меня не исчез, не растворился в этой темноте, а более резко обозначил границы предметов и пространство между ними.
Добавить в моё избранное
33 мин, 10 сек 5436
Для меня он обрел более четкие очертания, которые состояли не просто из углов, покатостей и кругов. Этот мир соткан из запахов и теперь, когда зрительное восприятие не давало нужной информации, яркость и многообразие окружающего нахлынуло на меня яростной волной. И это были не просто какие-то отдельные незначительные веяния, которые порою доносятся до обонятельных рецепторов с потоками воздуха — здесь существовали целые реки, текущие в разных направлениях. Целые океаны, мигрирующие в воздушных массах, практически не оставляющие места ничему другому кроме запахов. Мир был пропитан, пронизан и, казалось бы, зарожден среди них. И если бы меня спросили о первичности в этом мире, то я бы не задумываясь ответил, что в начале появился ЗАПАХ.
Удивительно, что некоторые существа не так остро ощущают его. А для нас запахи являются прежде всего хорошо видимыми вешками, которые ведут по этому миру. Следуя им, мы оказываемся в местах, где есть то, что помогает нам продолжить свой род. Есть то, что притягивает нас как магнитом и именно там, в подобных местах, мы начинаем свой великолепнейший танец — танец распадающейся материи, танец смерти. Потому что мы — мухи и я один из этого великого рода.
Я понимаю улыбку на устах от подобного высокопарного вступления после того как я назвал себя. Наверное это вполне справедливо с позиции человека, но я сейчас хочу рассказать историю, которая произошла со мной. Хотя, в общем-то, это могла быть история любого из моих сородичей, от которых так презрительно отмахивается человек.
Странно, что люди так мало внимания уделяют нам и приписывают моим родичам столько всяких гадостей. В частности, мы являемся чуть не основными разносчиками всяких болезней. И тут, наверное, глупо выступать в защиту своего рода, т. к. это будет выглядеть всего лишь слабой попыткой сломать устоявшийся стереотип. Но могу с полной уверенностью сказать, что мы переносим бактерий не больше чем сам человек. И это является фактом — посмотрите медицинскую энциклопедию и все станет ясно. Другой вопрос, что мы может без вреда для себя соприкасаться с бактериями, которые вредны для человека. А вообще у нас очень важное место в природе. Важное и почетное — как бы это не звучало странно.
Меня опять стали одолевать эти сильные запахи, которые просачивались из холодильника, поэтому мне так трудно сосредоточиться на своем рассказе. Я сижу на краю стола как раз напротив него и жду, когда кто-нибудь захочет открыть эту белоснежную дверцу, чтобы нырнуть в эти ароматные реки и, барахтаясь в них, плыть к истокам. Но пока мои ожидания напрасны: только что кухня опустела, оставив после людей их специфические запахи. Но какое-то ощущение внутри меня говорит о том, что везение меня не оставит надолго в этой сгущающейся темноте кухни и кто-то из людей обязательно вернется сюда, чтобы залезть в холодильник. Поэтому мне приходиться ждать этого мгновения, ждать и надеяться, что оно действительно свершиться.
Где-то в квартире открылась дверь и аппетитные веяния, долетавшие до меня из холодильника, понеслись от меня куда-то прочь. И я теперь мог опять вернуться к своему рассказу про себя и свой великий род, т. к. «бытовка» меня теперь не отвлекает от этого.
История. Даже при описании своего прошлого человек вольно или невольно соприкасается с моим родом. Это наверное потому, что мы всегда его сопровождали и поэтому иногда даже нам уделяется несколько строк в этих повествованиях.
Я не буду сейчас перечислять все известные мне случаи упоминания о мухах, но про два из них я все-таки скажу.
Первое выбранное мною упоминание относится к библейской истории, а именно к тем чудесам Моисея, которые он демонстрировал перед фараоном. Я думаю, что многие люди помнят это библейское пятое чудо — нашествие на Египет песьих мух. О, это была великая стена из живых крылатых существ, которые волнами обрушивались на города и поселения. Их было такое множество, что спустя еще несколько лет в Египте практически исчезли мухи этого рода. Ведь нельзя было единовременно собрать большое количество этих насекомых, чтобы потом эволюция вида продолжалась без изменений. Природа не терпит пустоты и авралов — в ней должно быть все планомерно и поступательно, а здесь как бы произошел перегруз системы.
Славное это было время как говорят наши легенды. Славное и стремительное как полет стрижа. Хотя наверное для человека удивительны подобные рассуждения простого крылатого насекомого. И спрашивается откуда обычная муха может знать свою историю, историю, которую даже человек не в состоянии воспроизвести так как требует того прошлое. Но, наверное, ответов на данный вопрос множество. И один из них — мы, мухи, может объединяться в большие сообщества для выполнения определенных целей. Мы становимся словно частями одного механизма, который подобен человеку, но при этом не материален как человек. Я называю его Гором, люди, которые встречались с подобными явлениями, называют эти существа демонами.
Удивительно, что некоторые существа не так остро ощущают его. А для нас запахи являются прежде всего хорошо видимыми вешками, которые ведут по этому миру. Следуя им, мы оказываемся в местах, где есть то, что помогает нам продолжить свой род. Есть то, что притягивает нас как магнитом и именно там, в подобных местах, мы начинаем свой великолепнейший танец — танец распадающейся материи, танец смерти. Потому что мы — мухи и я один из этого великого рода.
Я понимаю улыбку на устах от подобного высокопарного вступления после того как я назвал себя. Наверное это вполне справедливо с позиции человека, но я сейчас хочу рассказать историю, которая произошла со мной. Хотя, в общем-то, это могла быть история любого из моих сородичей, от которых так презрительно отмахивается человек.
Странно, что люди так мало внимания уделяют нам и приписывают моим родичам столько всяких гадостей. В частности, мы являемся чуть не основными разносчиками всяких болезней. И тут, наверное, глупо выступать в защиту своего рода, т. к. это будет выглядеть всего лишь слабой попыткой сломать устоявшийся стереотип. Но могу с полной уверенностью сказать, что мы переносим бактерий не больше чем сам человек. И это является фактом — посмотрите медицинскую энциклопедию и все станет ясно. Другой вопрос, что мы может без вреда для себя соприкасаться с бактериями, которые вредны для человека. А вообще у нас очень важное место в природе. Важное и почетное — как бы это не звучало странно.
Меня опять стали одолевать эти сильные запахи, которые просачивались из холодильника, поэтому мне так трудно сосредоточиться на своем рассказе. Я сижу на краю стола как раз напротив него и жду, когда кто-нибудь захочет открыть эту белоснежную дверцу, чтобы нырнуть в эти ароматные реки и, барахтаясь в них, плыть к истокам. Но пока мои ожидания напрасны: только что кухня опустела, оставив после людей их специфические запахи. Но какое-то ощущение внутри меня говорит о том, что везение меня не оставит надолго в этой сгущающейся темноте кухни и кто-то из людей обязательно вернется сюда, чтобы залезть в холодильник. Поэтому мне приходиться ждать этого мгновения, ждать и надеяться, что оно действительно свершиться.
Где-то в квартире открылась дверь и аппетитные веяния, долетавшие до меня из холодильника, понеслись от меня куда-то прочь. И я теперь мог опять вернуться к своему рассказу про себя и свой великий род, т. к. «бытовка» меня теперь не отвлекает от этого.
История. Даже при описании своего прошлого человек вольно или невольно соприкасается с моим родом. Это наверное потому, что мы всегда его сопровождали и поэтому иногда даже нам уделяется несколько строк в этих повествованиях.
Я не буду сейчас перечислять все известные мне случаи упоминания о мухах, но про два из них я все-таки скажу.
Первое выбранное мною упоминание относится к библейской истории, а именно к тем чудесам Моисея, которые он демонстрировал перед фараоном. Я думаю, что многие люди помнят это библейское пятое чудо — нашествие на Египет песьих мух. О, это была великая стена из живых крылатых существ, которые волнами обрушивались на города и поселения. Их было такое множество, что спустя еще несколько лет в Египте практически исчезли мухи этого рода. Ведь нельзя было единовременно собрать большое количество этих насекомых, чтобы потом эволюция вида продолжалась без изменений. Природа не терпит пустоты и авралов — в ней должно быть все планомерно и поступательно, а здесь как бы произошел перегруз системы.
Славное это было время как говорят наши легенды. Славное и стремительное как полет стрижа. Хотя наверное для человека удивительны подобные рассуждения простого крылатого насекомого. И спрашивается откуда обычная муха может знать свою историю, историю, которую даже человек не в состоянии воспроизвести так как требует того прошлое. Но, наверное, ответов на данный вопрос множество. И один из них — мы, мухи, может объединяться в большие сообщества для выполнения определенных целей. Мы становимся словно частями одного механизма, который подобен человеку, но при этом не материален как человек. Я называю его Гором, люди, которые встречались с подобными явлениями, называют эти существа демонами.
Страница 1 из 9
