День, когда для меня началась Беда, я, как и все, наверное, могу вспомнить поминутно: прямо от того самого момента, когда я проснулась в своей постели. Говорят, так же помнят 22 июня, те, кто пережил Великую Отечественную, а американцы — где они были, когда убили их президента Кеннеди…
Добавить в моё избранное
12 мин, 48 сек 12497
А за моей спиной загремело, я оглянулась через плечо, и увидела, как Васька сбил с ног дядю Сеню — Митрофана«, и рычит, и рвет его задними лапами, совсем, как Мурка мою ногу, когда играет. А дядя Сеня …, он даже не делал попыток, хоть как-то отбиться от Васьки, а смотрел на меня и тянулся свободной рукой ко мне и все разевал и разевал свой страшный широкий рот, и щелкал зубами, а его клоунские ботинки все скребли и скребли по линолеуму, как у робота, хоть Васька его уже почти пополам перервал, а так ведь не бывает. Я тогда поняла, что случилось что-то совсем плохое… и, наверное, с Тарасом Николаевичем тоже такое случилось, и мне стало страшно, что здесь, в цирке они все такие стали. И поэтому, когда в коридоре появился Виталик, весь белый, как мел, а с ним Мурат из пожнадзора, я попятилась ближе к Ваське — я уже его не так боялась, как людей, или кто они теперь. И даже когда он меня позвал, я только головой помотала и еще дальше за Ваську отошла — он как раз с» Митрофаном«покончил, так же как и с Тарасом Николаевичем. Он, по-видимому, уже понял, куда надо укусить, чтобы э т и дергаться переставали, он вообще очень умный, Васечка.»
Я глянула на него-ну, чтобы понять, как он на Виталика с Муратом реагировать будет — а он опять на них посмотрел-посмотрел, но прыгать не стал, а наоборот лег, а Виталик меня спросил:
— Катя, он тебя не укусил? Ну, «Митрофан», в смысле?
Я ответила, что нет, и заревела, и рассказала, путаясь, что тут было, а он мне сказал, что это всюду так — вот только что было сообщение, и люди умирают, а потом оживают, а если такой укусит живого — то он тоже заразится и умрет… — ну, короче, все, что теперь про Беду каждый знает. И он подошел ко мне, и обнял, и сказал, что надо отсюда уходить.
Я спросила, где мама — а он мне ответил, что она и другие живые там, в бухгалтерии. А я тогда спросила про Ваську — что, он теперь тоже умрет? Но Виталик сказал, что в сообщении говорилось, что опасаться надо крыс и собак, а кошки, вроде, не заражаются, даже если их кусают. А Васька, как амурский тигр — как раз представитель кошачьих, так что, наверное, ему ничего не грозит.
А когда мы уже выходили — Васька нас опять спас, без него мы точно не заметили бы Мику. Он наверху прятался, а когда мы мимо бы проходили — точно на кого-нибудь свалился бы. И я почему-то думаю, что он меня бы выбрал, этот шимп меня всегда не любил. А так Васька вовремя зарычал, подняв голову — и мы увидели, как Мика ползает там, в нагромождении конструкций для акробатического номера. Он видно понял, что его заметили, но все равно решил напасть, потому что перепрыгнул ниже. Я увидела, что он стал каким-то большим, а клыки у него, которые и так были немаленькими, вообще изо рта вылезли, как у саблезубого тигра, что в книжке «Волшебник Изумрудного города» нарисован. Я как-то сразу поняла, что Мика сейчас стал очень опасным, опаснее даже дяди Сени— «Митрофана», хоть мы и не знали тогда ничего про морфов. Если бы Васька его не учуял — он бы нас всех тогда убил, а не только Мурата. Только кто же мог подумать, что эти твари такие живучие: Виталик его достал, когда он пасть свою щерить начал, а он только челюстями лязгнул, кинжал перекусил — и все равно успел броситься и Мурату горло перервать, прежде чем издохнуть. Васька его уже, практически, с мертвого Мурата сорвал. А Виталик не зря, все-таки, свой номер так оттачивал — прямо в рот Мике попал. У него и правда был классный номер — Смертельное колесо«назывался, он там с завязанными глазами ножи швырял в колесо, на котором его ассистентка Оля вертелась. Ну, глаза он понарошку завязывал, видеть то он видел — но все равно, красиво было. Только на афише смешно получилось: там на строчку» Смертельное колесо«— Виталий Банников», сверху начало слова «Аншлаг» наложилось — и получилось — Бан -Ан. Так его все«Бананом» и звать стали.
А Васька Мику только лапой тронул, и не стал рвать, а вот на Мурата, который еще дергался, рычать начал, и чем тот тише дергался, тем громче Васька рычал. Виталик тогда сказал мне отвернуться, достал еще один нож и наклонился над Муратом. Только я уже столько насмотрелась, что отворачиваться не стала — и видела, что он сделал. А Васька сразу после того рычать перестал… … Папа тогда тоже уцелел, и смог приехать за нами, вместе с военными, уже ближе к вечеру. Виталик поехал с нами, но скоро ушел — я слышала, он теперь где-то на север. Не то в Пскове, не то в Питере. Васька ушел еще раньше, как только услышал рычание военного грузовика — словно решил, что с людьми с огнестрельным оружием ему лучше не встречаться. Может, оно и к лучшему — все же он хищник, хоть и кошачий. Я верю, что он тогда сумел выбраться из города и живет где-нибудь в лесах, а может даже, вернулся в свою родную амурскую тайгу. Пищи ему хватает — кабанов сейчас расплодилось немеряно. А охотников на них — сильно поубавилось. И хоть я тогда плакала, и звала его, но папа сказал, что на свободе ему будет лучше.
Я глянула на него-ну, чтобы понять, как он на Виталика с Муратом реагировать будет — а он опять на них посмотрел-посмотрел, но прыгать не стал, а наоборот лег, а Виталик меня спросил:
— Катя, он тебя не укусил? Ну, «Митрофан», в смысле?
Я ответила, что нет, и заревела, и рассказала, путаясь, что тут было, а он мне сказал, что это всюду так — вот только что было сообщение, и люди умирают, а потом оживают, а если такой укусит живого — то он тоже заразится и умрет… — ну, короче, все, что теперь про Беду каждый знает. И он подошел ко мне, и обнял, и сказал, что надо отсюда уходить.
Я спросила, где мама — а он мне ответил, что она и другие живые там, в бухгалтерии. А я тогда спросила про Ваську — что, он теперь тоже умрет? Но Виталик сказал, что в сообщении говорилось, что опасаться надо крыс и собак, а кошки, вроде, не заражаются, даже если их кусают. А Васька, как амурский тигр — как раз представитель кошачьих, так что, наверное, ему ничего не грозит.
А когда мы уже выходили — Васька нас опять спас, без него мы точно не заметили бы Мику. Он наверху прятался, а когда мы мимо бы проходили — точно на кого-нибудь свалился бы. И я почему-то думаю, что он меня бы выбрал, этот шимп меня всегда не любил. А так Васька вовремя зарычал, подняв голову — и мы увидели, как Мика ползает там, в нагромождении конструкций для акробатического номера. Он видно понял, что его заметили, но все равно решил напасть, потому что перепрыгнул ниже. Я увидела, что он стал каким-то большим, а клыки у него, которые и так были немаленькими, вообще изо рта вылезли, как у саблезубого тигра, что в книжке «Волшебник Изумрудного города» нарисован. Я как-то сразу поняла, что Мика сейчас стал очень опасным, опаснее даже дяди Сени— «Митрофана», хоть мы и не знали тогда ничего про морфов. Если бы Васька его не учуял — он бы нас всех тогда убил, а не только Мурата. Только кто же мог подумать, что эти твари такие живучие: Виталик его достал, когда он пасть свою щерить начал, а он только челюстями лязгнул, кинжал перекусил — и все равно успел броситься и Мурату горло перервать, прежде чем издохнуть. Васька его уже, практически, с мертвого Мурата сорвал. А Виталик не зря, все-таки, свой номер так оттачивал — прямо в рот Мике попал. У него и правда был классный номер — Смертельное колесо«назывался, он там с завязанными глазами ножи швырял в колесо, на котором его ассистентка Оля вертелась. Ну, глаза он понарошку завязывал, видеть то он видел — но все равно, красиво было. Только на афише смешно получилось: там на строчку» Смертельное колесо«— Виталий Банников», сверху начало слова «Аншлаг» наложилось — и получилось — Бан -Ан. Так его все«Бананом» и звать стали.
А Васька Мику только лапой тронул, и не стал рвать, а вот на Мурата, который еще дергался, рычать начал, и чем тот тише дергался, тем громче Васька рычал. Виталик тогда сказал мне отвернуться, достал еще один нож и наклонился над Муратом. Только я уже столько насмотрелась, что отворачиваться не стала — и видела, что он сделал. А Васька сразу после того рычать перестал… … Папа тогда тоже уцелел, и смог приехать за нами, вместе с военными, уже ближе к вечеру. Виталик поехал с нами, но скоро ушел — я слышала, он теперь где-то на север. Не то в Пскове, не то в Питере. Васька ушел еще раньше, как только услышал рычание военного грузовика — словно решил, что с людьми с огнестрельным оружием ему лучше не встречаться. Может, оно и к лучшему — все же он хищник, хоть и кошачий. Я верю, что он тогда сумел выбраться из города и живет где-нибудь в лесах, а может даже, вернулся в свою родную амурскую тайгу. Пищи ему хватает — кабанов сейчас расплодилось немеряно. А охотников на них — сильно поубавилось. И хоть я тогда плакала, и звала его, но папа сказал, что на свободе ему будет лучше.
Страница 3 из 4
