Макситавр

— Маг опустил руки и густо покраснел.

— А как же ты у тебя ведь нет шансов.

— Чтобы со мной не случилось, до захода солнца тварь должна быть уничтожена. А насчет меня не волнуйся.

— Я смогла изобразить улыбку.

— Сегодня прекрасный день, чтобы обрести покой. Верно?

— Я пойду с тобой! — Лицо мага приняло решительное выражение.

— Нет, ты должен закончить ритуал.

Решительно направившись в сторону катакомб, я не испытывала ни какого всплеска храбрости и мужества. Боялась смерти, но долгой мучительной смерти боялась еще больше.

Возле входа в пещеру, меня догнал Святослов и протянул небольшой предмет. На мой вопросительный взгляд, ответил.

— Судя по тому, что ты испытала жар. Он использует проклятие «огненной стихий» водит твоей шкурой над открытым источником огня. Подлец решил зажарить твой мозг.

— То, что хочет сделать этот хренов гурман, я уже догадалась. Зачем мне твоя побрякушка.

— Чисто теоретически должно сработать.

— А практически?

— Надеюсь, ты мне об этом расскажешь. Это единственное что я смог придумать за пару минут.

— Спасибо, дай мне два часа и можешь начинать ритуал.

Мне не пришлось долго блуждать в лабиринте катакомб. Приблизительно каждые пять — шесть минут, мою рану как будто обдавало теплым ветерком. приближаясь к логову монстра, он становился все горячее и горячее. По мере моего продвижения в глубь котокомб, до меня стала доноситься грустная музыка. Похоже, кто-то включил старый патефон, и теперь голос давно умершей певицы, под заунывную мелодию минувших веков, вещала монстру о том, как жесток окружающий мир.

Войдя в логово твари, я была поражена ее видом. Это был большой грот. Метров двадцать в длину и четыре в высоту. Он была ярко освещен множеством свечей. По углам пещеры были разбросаны пустые и полные ящики с бутылками вина затянутые паутиной. На них сверху громоздились старинные картины в дорогих рамах. Посреди подземной залы стоял резной трон, в котором, поджав под себя лапы, сидел монстр и пытался корявой лапой листать старинную книгу.

— Яд твоих губ, проник в мое тело.

Растворился в крови, мою участь решив Смерть от томленья, растянулась на вечность Свет твоих глаз, образ бога затмил.

— прочитал он, шипящим, тихим голосом.

— Знаешь, женщина триста лет назад, я бы понял, что хочет сказать автор этих строк. Смог бы почувствовать его желание, представить женщину, которой посвящены эти строки, насладиться мыслью, о ее красоте и великолепие.

— Тварь поднесла книжку к свече и стала смотреть, как та загорается.

— А теперь я ничего не чувствую. Немогу отличить красоту от уродства, гармонию от хаоса. Мир стал бесцветным и безликим… Желания плоти, поглотили меня, стали моим миром, целью и средством.

Сухие страницы пожелтевшей от времени книги, быстро занялись. Через одно мгновение в руке макситавра полыхал маленький факел. Но, несмотря на пламя, он продолжал сжимать книгу.

— Можно привыкнуть к боли, к уродству, одиночеству. Только капризы плоти нельзя остановить и усмирить.

Отбросив в сторону горящий фолиант, чудовище опустило свою дымящуюся руку на кусок моего скальпа, лежащего на широком подлокотнике трона. Я почувствовала, как в мою голову вонзаются раскаленные невидимые когти. Подавив всхлип боли, я выставила перед собой кинжал с капсулой в рукояти.

— Эй, парень у меня есть кое, что для тебя.

— Правда. Я вижу, мы нужны друг другу.

— Он поднес к своему лицу мой волосы и жадно вдохнул их аромат.

— Желания плоти сжигают меня из нутра.

Я украдкой взглянула на часы, до назначенного мною срока оставалось еще пол часа. Монстр не торопился, маня убивать, значит, есть шанс заговорить ему зубы. На поединок у меня уже почти не осталось сил.

— Кто ты женщина с ароматом, моей давно минувшей юности? Зачем ты взяла мою кровь?

— Я Марина Соболева, хранительница веры и божьей воли.

— Бог желает моей смерти.

— Тварь зашлась хриплым хохотом.

— Господь желает, чтобы волки не трогали овец из его стада.

— «Гончие рая», когда-то я слышал о вас.

— Значит, ты знаешь, что если орден взялся за дело, то от него не уйти.

— Судя по тому, что ты здесь женщина смерть не самое страшное, что может с нами случиться.

— Кто ты макситавр, никогда раньше я не встречала подобных тебе и надеюсь уже не встречу.

— Я жертва собственных иллюзий и грез.

Монстр рассказал мне историю о молодом человеке, с детских лет имевшему склонность к черной магий. Историю о человеке, преклонявшемся перед женской красотой, ценящем высокие исскуства, знавшем толк в вине и еде. И желавшем наслаждаться всем этим вечность. Для этого он заключил договор с темными силами, которые в обмен на его бессмертную душу согласились открыть ему секрет вечности.