Другой мир

Вы читали надпись внизу?

Молодые люди переглянулись и одновременно кивнули головами.

— Отлично, это и есть ответ на ваш вопрос. По словам этого чокнутого священника, зеркало — путь в другой мир, мир страданий и боли. И тот, кто находится по эту сторону, может помочь тем, кто мучается там, в другом мире, — старик сделал еще глоток и поставил чашку на стол.

— И как мы можем помочь? — спросил нынешний владелец зеркала.

— Вытащить эту тварь, кем бы она там ни была.

— И что это за тварь?

Старик пристально посмотрел на своих собеседников.

— Священник говорил, что это обычные люди, такие же, как и мы с вами. Но на самом деле я не знаю, — наступила небольшая пауза.

— Я никогда не помогал всякому там первому встречному, тем более такому. После той ночи, когда я увидел это, я закрыл зеркало толстой тканью и больше никогда не открывал. А потом смекнул, что его можно хорошо продать, — старик ехидно улыбнулся.

— И продал. Вам.

Молодой человек посмотрел на своего друга, вздохнул, а затем поинтересовался:

— Почему вы не стали помогать этим?… — А потому, что я не обязан, — немного раздраженно ответил старик.

— С какой стати я должен вытаскивать из зазеркалья всяких там призраков. Я живу своей жизнью и не собираюсь тратить ее еще на кого-то. И вам не советую. Лучше всего продайте это зеркало подороже, или вообще выбросьте. Но не пытайтесь вернуть его мне. Я его назад не возьму.

На этом разговор со стариком можно было считать законченным.

— Что ты думаешь по поводу всего этого? — спросил молодой человек, находясь на переднем пассажирском сидении машины, несущейся рано утром по трассе под управлением близкого друга.

— Мне некогда думать, я за дорогой слежу.

— Я серьезно.

— А я тоже.

Наступила пауза.

— Вообще, я думаю, у вас у обоих крыша поехала.

— Но ведь не может быть так, чтобы у двоих людей был один и тот же глюк.

— Значит, видимо, может. У вас же один глюк на двоих.

Молодой человек замолчал.

— Нет, так не бывает. Старик прав. Мы не сошли с ума. Это реальность.

— Уж не знаю, где тут у вас реальность, но то, что ближайшие несколько дней я буду ночевать с тобой в одной комнате — это точно.

Следующую ночь юноша действительно провел под пристальным наблюдением своего друга. Они много разговаривали, шутили, пили дорогое вино, обсуждали дела, бизнес, своих знакомых. И, в конце концов, одурманенные алкоголем, заснули прямо в той самой комнате, в которой все произошло накануне. Хозяин дома сидел в удобном кожаном кресле, положив ноги на придвинутый деревянный стул. Когда голова опустилась на плечо, и мозг отключился, хрустальный бокал с красным вином медленно выпал из расслабленных пальцев.

Вопреки советам старика, друзья не накрыли зеркало тканью, а оставили его стоять в прежнем виде. Через какое-то время это упущение дало о себе знать.

Стекло ярко засверкало, стало жидким. Обрамление рамы из драгоценных металлов задвигалось. Наружу медленно стали вылезать худые, трясущиеся руки, прося о помощи.

Разбуженный нервным прерывистым шепотом, молодой человек приоткрыл глаза и от страха полез вверх на спинку кресла. Он не ожидал и не хотел еще раз увидеть подобную картину. И на несколько секунд впал в состояние шока. Наконец, переборов частично свой страх, он медленно опустился и попытался здраво оценить происходящее в комнате.

— Помоги. Помоги, — шептало нечто живое и так напоминающее человеческое.

— Помоги-и-и, — просило оно.

— Кто… ты? — дрожащим от страха голосом спросил хозяин дома.

— Я человек, находящийся по ту сторону этого мира, — дрожащим от боли голосом ответило существо.

Юноша сглотнул.

— Что все это значит?

— Времени осталось очень мало. Скоро все закончится. Ты должен спасти меня, пока еще это возможно.

— Я… я не понимаю.

— Вы, люди, не знающие боли, живете в другом измерении. Вы далеки от страданий, и не замечаете, что творится вокруг. Вы как будто из другого мира. Здесь все совершенно по-иному.

Наступила небольшая пауза. Немного успокоившись, но все еще испытывая страх, хозяин дома приблизился к зеркалу и спросил:

— Где здесь?

— Здесь, в измерении страдающих людей.

— Почему я должен помогать тебе? — разозлился молодой человек.

— Потому что только ты или подобный тебе может сделать это.

— И что же во мне такого особенного?

— Ты — счастлив.

Наступила еще одна пауза. Немного подождав, существо продолжило:

— Я понимаю, тебе страшно. Чужая боль всегда пугает. Но я прошу: помоги мне. Я умоляю: помоги-и-и, — худые, трясущиеся руки сильнее потянулись из зеркала, ожидая соприкосновения.