Волчара

Щуплый, высохший от постоянных возлияний алкоголя старичок едва успевал увернуться от летящего в него барахла. Он не стал подбирать вещи, выскочил за калитку и побрёл по просёлочной дороге куда глаза глядят. Его красные веки наполнились слезами.

— Ну и подумаешь, что такого, ну выпил чуток с товарищем, ну заснул с цигаркой, дом то ведь не сгорел, подумаешь одеяло прогорело, жалко ей одеяла, а меня не жалко, вон руку как пожгло, нет бы спиртиком обработать рану то, а она воет аки волк на ягненка. Так приговаривая, дедуля брёл-брёл, пока его ноги не остановились у большого красивого особняка.

— Эко куды меня занесло. То ж дом известного в округе колдуна, все его стороной обходят, боятся. А чо бояться то? Колдун он ведь тоже человек… вроде бы… временами. И чо я здесь стою, глаза вылупив, вот пойду сейчас к ентому ворожею и поговорю с ним по душам.

Старик открыл калитку незапертых ворот и пошёл к дому. Откуда ни возьмись перед ним появились две огромные серые псины. Молча, без лая они смотрели с угрозой в его глаза. Волки! — пронеслась мысль. Старик попятился, звери двинулись на него.

— Фу, не трогать! — донёсся зычный голос — это сам хозяин дворца вышел встречать гостя.

Волки повернулись и исчезли в кустах, ровной грядой посаженных вдоль выложенной изысканной плиткой дорожки.

— С чем пожаловал, отец Василий? — произнёс хозяин, обращаясь к подошедшему мужику.

— О как! Откуда же он меня знает? — подумал дед, но в слух произнёс: Так это… как его… разговор есть.

— Ну, коль есть, что сказать пойдём в дом.

— пригласил хозяин.

Пройдя каким-то хитро извилистым коридором, по крутым каменным ступеням мужчины спустились в подвальное помещение. Большая полутёмная комната освещалась несколькими свечами, расставленными в разных местах. В комнате было прохладно, пахло плесенью, ладаном и страхом.

— Что ты хочешь от меня, Вася? — почти ласково спросил колдун.

Старик осмелел и молвил: Так это… жена меня выгнала, старый говорит я стал. Вот не сделаешь ли ты, мил человек, меня молодым, здоровым, сильным, да чтоб водку на дух не переносил?

— Хм, просьба твоя, Василий, трудная, но исполнимая, сделаю, как ты желаешь, только придётся тебе мне службу отслужить.

— Так эдак… я на всё согласен, хозяин!

— Тогда начнём немедля.

Колдун поставил старика в центре помещения в аккурат на начерченную на полу пентаграмму, перекрестился, прочёл «Отче наш», взял со стола, уставленного всякими колдовскими штуковинами, посох, украшенный набалдашником в виде волчьей головы и, размахивая этим орудием перед носом впавшего в транс деда, стал читать заклинания. По лестнице спустились два волка. В зубах одного из них белела кость, вроде как нижняя челюсть волка. Закончив заклинание, колдун взял из пасти волка кость и приложил её к груди старика. Кость как будто вросла в тело, слилась с ним. Дед ощутил острую боль в области сердца, упал и начал биться в конвульсиях. Постепенно человеческие очертания стали меняться на звериные. Одежда разорвалась и осталась лежать на полу. С кучи хлама, приходя в сознание, поднялся волк. Он потянулся, отряхнулся.

— Ну вот, Вася, теперь ты молодой, красивый, сильный, как и желал.

— хитро прищурившись, оглядывая новоиспечённого волка со всех сторон, ухмыляясь, произнёс колдун.

— Ну, как готов служить мне? Вливайся в стаю! Будишь теперь страшной злобной тварью на страже моего хозяйства.

Мысли в голове Василия, превратившегося в волка, вертелись стремительной чередой: Это ты что, из меня, из человека волчару сотворил? Я разве об этом просил? Служить тебе теперь? Да ни за что, да ни когда! Я не злой, я мирный, я… я… Волк прыгнул на обидчика и со всей силой ударил его лапами в грудь, сбил с ног и повалил. Он мог бы вцепиться клыками в горло поверженного врага, но не стал этого делать, бросив жертву, устремился вверх по лестнице. За ним погнались волки. Они загнали Василия в угол и, злобно рыча, стали наступать. Василий встал в бойцовую стойку и, вдруг, ему вспомнились слова любимого мультфильма. Он произнёс их по-волчьи: Мы с тобой одной крови. Ты и я! Волки опешили, переглянулись и ответили: Беги, брат, спасай свою шкуру, здесь ты погибнешь. Они повернулись и побежали прочь, делая вид, что ищут беглеца.

Василий не знал выхода из здания, он заглянул в одну из комнат, там никого не было, пахло множеством колдуновских вещей.

— Щас я устрою тебе кузькину мать — подумал волк. Он стал зубами и когтями ловко открывать ящики шкафа и письменного стола, вытаскивал и опрокидывал их со всем содержимым, раскидывал лапами по комнате. За тем он явился в спальню и разодрал в пух и прах все подушки, одеяла и матрац. Пробегая мимо кухни, хотел и там устроить бедлам, но наткнулся на кухарку, колдовавшую возле плиты.